Кассандра Клэр – Потерянная Белая книга (страница 67)

Магнус поднял руки ладонями вверх и изобразил весы.

– «Для грешников нет спасения». «Мир тем, кто искупит свои грехи». Мне очень жаль, Рагнор, но боги смерти вынесли решение, и их вердикт гласит: мир тебе.

– Ты веришь всему, что говорят тебе боги смерти? – сердито фыркнул Рагнор.

Магнус помог ему подняться на ноги.

– Как ты считаешь, они исчезли навсегда? Я… я использовал их могущество до конца?

Рагнор ответил:

– Бога невозможно уничтожить, Магнус. Черное и Белое Непостоянство. Из их имен следует, что они… непостоянны. Я уверен: через какое-то время они обретут новый облик здесь, в Диюе. – Он оглядел тесный храм с таким видом, будто впервые заметил, какое мрачное, грязное и убогое жилище отвел ему демонический хозяин.

– Рагнор, – спросил Магнус, – а что, кража Белой Книги была совершенно необходима? Этого потребовал Саммаэль?

Рагнор взглянул на Книгу, лежавшую на столе, и вздрогнул, словно только в этот момент вспомнил о ее существовании. Обернувшись к Магнусу, он издал хриплый смешок.

– Нет. Это была идея Шинь Юнь.

Магнус приподнял брови.

– Так она не нужна демону?

– Ну, не совсем так, она все-таки нужна, – признал Рагнор. – Он хочет, чтобы мы с ее помощью ослабили защиту Земли и нейтрализовали заклинания, помешавшие ему захватить ее в первый раз. Все это, чтобы он мог вернуться. – Он лукаво посмотрел на друга. – Но Шинь Юнь просто зациклилась на том, чтобы добыть Книгу.

– Потому что скучала по мне? – улыбнулся Магнус.

– Мир не вращается вокруг тебя, Магнус, – недовольно сказал зеленый чародей. – Хотя в данном случае ты прав. Шинь Юнь испытывает… сложные чувства по отношению к тебе. Кроме того, Книга нужна ей для каких-то неизвестных мне целей. Возможно, она и является любимой служанкой Саммаэля, но я ее успел неплохо изучить и догадываюсь, что она ведет свою игру.

– Именно это я и сказал! – самодовольно воскликнул Магнус. – Но что это за игра? Страховка на случай, если хозяин потерпит поражение?

– Подготовка своего возвышения, – объяснил Рагнор и поднялся на ноги. – О боги, – пробурчал он, – поверить не могу! Неужели я согласился жить в этой хибаре только потому, что мне внезапно захотелось стать рабом Саммаэля? Что за дыра!

– Не могу пообещать тебе особенного комфорта, – сказал Магнус, – я намерен отвести тебя в собор Святого Игнатия. Точнее, в его «отражение». Сейчас там прячутся Сумеречные охотники.

Рагнор помолчал некоторое время.

– Думаю, мне следует пойти с тобой, – наконец, сказал он. – Искупление должно с чего-то начинаться. А Саммаэль просто так не отпустит меня домой. – Он приуныл. – Ах, мой дом… я все равно не могу туда вернуться.

– Идем, – сказал Магнус. – Обсудим твое будущее после того, как окажемся хотя бы в относительной безопасности.

Рагнор взял Белую Книгу, подал ее владельцу, и Магнус принял ее. Утраченная собственность, наконец, вернулась к нему, но он чувствовал себя так, словно на плечи ему легло новое бремя. Вздохнув про себя, Магнус при помощи чар уменьшил Книгу и спрятал ее в карман.

Когда они вышли из храма и направились по улице в сторону собора Святого Игнатия, Магнус понял, что его друг ослабел. Рагнор шел медленно, осторожно переставляя ноги, как будто тело не полностью повиновалось ему.

Несколько минут они шли молча, в полной темноте, и Магнус сосредоточился на том, чтобы не сбиться с пути. Наконец, Рагнор заговорил:

– Магнус, я не знаю, как избавить тебя от шипа. Божественных мечей больше нет, и мне не приходит в голову никакого способа «извлечь» из тебя эту отраву. Шинь Юнь тоже не спасти, хотя она вовсе к этому не стремится. Тебе все равно придется сделать выбор – служить Саммаэлю или умереть, причем уже скоро.

– Значит, я умру, – бесстрастно ответил Магнус.

– Не умрешь, – вздохнул Рагнор. – Никто не выбирает смерть, когда есть возможность остаться в живых. Избежав смерти, ты логически обосновываешь свой выбор, находишь себе оправдания.

Магнус ничего не ответил. Ему показалось, что атмосфера Диюя изменилась. Прежде воздух был совершенно неподвижным, стояла гнетущая тишина, но сейчас поднялся небольшой ветерок. Слышался негромкий шелест, и время от времени Магнуса обдувало раскаленным воздухом. Рагнор тоже заметил это странное явление, поднял голову, огляделся, но потом снова угрюмо уставился в землю.

– Итак, – заговорил он. – Макс. – Откашлялся, помолчал. – Твой сын.

– Мы назвали его в честь младшего брата Алека, – объяснил Магнус. – Того, которого убил Себастьян.

Рагнор бросил быстрый взгляд на Магнуса.

– А ты знал, что Саммаэль появился на Земле прежде всего потому, что хотел добраться до сына Валентина Моргенштерна, Себастьяна? Это Лилит предложила отыскать его. Сказала, что у них общие цели. Но это неважно, ведь Себастьян умер задолго до того, как у Саммаэля появилась возможность его найти. Жаль, было бы интересно на это взглянуть.

– «Интересно» – не то слово, – усмехнулся Магнус. Помолчал немного и продолжал: – Рагнор… Пока тебя не было с нами, произошло кое-что, и мне кажется, ты еще не знаешь об этом. – Надо просто сказать, и все, как можно быстрее. – Рафаэль… он умер.

Рагнор остановился, и Магнус замер рядом с ним. Они стояли посреди черного города и молчали, слушая шум горячего ветра Диюя, который приносил с собой запах разогретого металла и обугленной плоти.

– Сын Валентина, Себастьян, – пробормотал Магнус. – Он… ну, это… захватил Эдом.

– О, я знаю, – протянул Рагнор, поднимая глаза к небу. – Мне уже надоело выслушивать бесконечные рассказы об этом. Думаешь, Саммаэль сунулся бы в эту никчемную серую пустыню, если бы имелась возможность пробраться в Эдом? Он же его просто обожает. Эх, Рафаэль…

Магнус сделал глубокий вдох.

– Себастьян захватил нас обоих в плен и приказал Рафаэлю убить меня. Рафаэль отказался. Тогда Себастьян убил его.

Он взглянул на Рагнора, который, казалось, в ускоренном темпе проходил все стадии реакции на потерю: на лице его попеременно отражались шок, гнев, отрицание и печаль.

– Он – то есть, Рафаэль – сказал, что возвращает мне долг. За то, что я когда-то спас ему жизнь.

Рагнор сделал над собой видимое усилие, чтобы успокоиться.

– В каждой войне бывают погибшие, – горько произнес он. – И если ты проживешь достаточно долго, то увидишь, как все твои друзья один за другим перейдут в разряд «погибших в бою». Бедняга Рафаэль. Он мне всегда нравился.

– А ты всегда нравился ему, – сказал Магнус.

– Насколько я понимаю, – произнес Рагнор после очередной паузы, во время которой единственным звуком во всем мире был рев горячего ветра, – нам повезло. Саммаэлю так и не удалось познакомиться с Себастьяном.

– Я думаю, что у них все равно ничего бы не вышло, – заметил Магнус. – Ни один, ни второй не любят работать в команде.

– А как получилось, что у вас появился Макс?

– Это долгая история, – улыбнулся Магнус, – и я расскажу ее тебе после того, как мы целыми и невредимыми выберемся из Ада.

– Расскажи в двух словах, – нетерпеливо пробурчал Рагнор и пошел вперед. Магнус поспешил за ним.

– Очередной брошенный ребенок-чародей, – бесстрастно произнес Магнус. – Очередная мать, охваченная ужасом. Среди пеленок была записка: «Сможет ли кто-нибудь его полюбить?»

Рагнор презрительно фыркнул.

– Эта история стара, как мир.

– Его оставили у крыльца Академии Сумеречных охотников, – продолжал Магнус. – Я был там приглашенным лектором. Кончилось тем, что мы забрали ребенка домой.

– Воистину, это верх идиотизма, – заметил Рагнор. – Откуда такое стремление спасать всех подряд?

Магнус взглянул на друга, не веря своим ушам.

– И это ты мне говоришь?

– Не пойми меня неправильно, я тебе, конечно, очень благодарен, – снизошел Рагнор.

– Я не это имел в виду, – сказал Магнус. – Я не говорил о том, что произошло сегодня. Я хотел напомнить тебе, что именно ты спас меня несколько веков назад. Так что, выходит, ты тоже идиот.

Ветер становился сильнее и горячее, что немало встревожило Магнуса. Они шли по темным улицам, мимо безликих пустых коробок с черными окнами. Магнус представления не имел, что это за квартал – вероятно, он являлся «отражением» какого-то района Шанхая, но здесь, в аду, где все было погружено во тьму, дома почти сливались с окружающим пейзажем.

Рагнор угрюмо произнес:

– По крайней мере, еще один чародей вырастет с любящими родителями, которым кое-что известно о Нижнем Мире.

Магнус знал, что эта фраза из уст Рагнора означает цветистую похвалу.

– Однако жаль, что он будет находиться под влиянием Сумеречных охотников.

– Послушай, – возмутился Магнус, – меня самого обучали Безмолвные Братья. Ты что, забыл?

– Ага, и теперь посмотри на себя, – буркнул Рагнор.

Некоторое время они шли молча. Даже в Аду было приятно вот так пройтись рядом со старым другом – несмотря на то, что в груди у Магнуса собиралась в комок чуждая магия, несмотря на то, что он не знал, как вернуться домой.