Кассандра Клэр – Потерянная Белая книга (страница 24)
– В последнее время нам приходилось наблюдать множество вещей, прежде казавшихся невозможными, – сказал Магнус, присоединяясь к компании.
Саймон, скрестив руки на груди, прищурился и посмотрел на мага.
– Например, полеты? Ты теперь можешь летать, просто так? В этом все дело?
– Я… я толком еще не понял, – рассеянно ответил Магнус, видимо, думая о чем-то своем, и улыбнулся Тяню, глядя мимо него. – Ке И Тянь, если я не ошибаюсь? Я Магнус Бейн. Верховный Маг Бруклина.
– Да, сегодня вы поднялись выше любого другого из известных мне магов, – улыбнулся Тянь.
Магнус указал пальцем в его сторону.
– Оригинальное чувство юмора. Как вы думаете, я могу здесь где-нибудь прилечь на минутку?
Алек подскочил к Магнусу, обнял его за плечи, не дал ему упасть. Магнус был бледен и дышал с трудом.
– Он нуждается в отдыхе, – быстро сказал Алек. – Мы можем отвести его в Институт?
Тянь покачал головой.
– Будет только хуже. Все члены моей семьи знают Магнуса, но с тех пор, как началась эта неразбериха с Порталами, в Институте постоянно толкутся посторонние, приходят, уходят. И та чародейка, которой вы очень не нравитесь, сможет добраться до вас снова.
– И что ты предлагаешь? – спросил Алек.
Тянь улыбнулся.
– Не хотите познакомиться с моей бабушкой?
Глава 7
Дом Ке
Магнус предложил открыть Портал в Дом Ке. Остальные, напомнив ему о неполадках в системе Порталов, единогласно проголосовали
Он знал, что ему необходимо улечься спать, причем очень скоро, немедленно, буквально через десять минут. Но в то же время он чувствовал себя на удивление хорошо. Поколдовав какое-то время, Магнус взмахом руки открыл Портал. Естественно, оттуда сразу же появились «жуки». Однако демоны даже не успели удивиться тому, что угодили в этот мир при свете дня. Они мгновенно разлетелись в клочья, забрызгав все вокруг ихором. Спустя примерно две минуты Магнус тяжко вздохнул и закрыл Портал.
– Больше не могу смотреть на эти жалкие беспомощные существа, – объяснил он.
Друзья озабоченно переглянулись. Тянь приподнял бровь и продемонстрировал телефон.
– Я вызвал такси.
Итак, Магнус сидел в машине и смотрел на мелькавшие за окнами здания Университета Цзяотун, на жилые кварталы. Он не бывал в Доме Ке уже… больше восьмидесяти лет. С тех пор Шанхай претерпел великое множество всяческих трансформаций.
Ему вдруг вспомнилось, как он впервые увидел результаты градостроительных работ барона Османа. Магнус вышел из Портала на острове Сите и некоторое время стоял в изумлении, не понимая, где находится. Он видел реку, видел шпили собора Нотр-Дам, расположенного на противоположном конце острова. Он дюжины раз открывал Портал, ведущий в это самое место, но в тот день ему показалось, что он ошибся и угодил в другой город.
Так было и сегодня. Мимо проносились незнакомые новые здания современного Шанхая.
«Нет, – думал Магнус, когда молодые люди помогали ему выйти из машины, – в новых домах нет ничего странного. Вот
Такси остановилось у простой серой бетонной стены. Красные двойные двери, блестевшие на солнце, служили единственным входом на территорию. Двери были такими же, как в прошлый раз. Магнус был поражен – это место совершенно не изменилось за восемьдесят лет.
Магические барьеры «пропустили» Тяня внутрь, и он жестом пригласил гостей следовать за собой. Сумеречные охотники из Нью-Йорка держались настороженно. Магнус отметил, что Джейс и Изабель крайне удивились, услышав, что фамильное «гнездо» Ке расположено вовсе не в Институте. Очевидно, семья Ке была многочисленной, традиционной китайской семьей. Дом Ке был построен раньше, чем Институт. Здесь жили те члены семьи, которые ушли на покой, или не работали в Институте, а являлись членами Шанхайского Конклава.
Магнус помнил, что территория была обширной, но главный дом выглядел весьма скромно. Он был уверен, что с двадцатых годов прошлого века здесь кое-что перестроили. Тем не менее, основная часть здания осталась прежней: колонны кирпичного цвета, кронштейны «доугун», простая ровная крыша без всяких украшений. Но, разумеется, не обошлось без традиционных стражей. Дом охраняли искусно вырезанные из камня львы и лошади, символ объединения семьи Ке с какой-то другой семьей, произошедшего много веков назад. Магнус отметил, что кронштейны теперь были выкрашены в синий. И ему казалось, что цвет этот становится все темнее и темнее прямо у него на глазах. Он услышал голос Алека и почувствовал, как веки сами собой опускаются.
Да, он действительно очень устал.
Магнус проснулся в небольшой, но уютной спальне и, выглянув в окно, увидел, что солнце начинает клониться к западу. Он чувствовал себя бодрым, свежим, как будто проспал сутки. Первым побуждением было отправиться на поиски Алека.
Магнус заставил себя подняться с постели и машинально взглянул на рану в груди. Халат был распахнут. Открыв глаза, он сразу заметил, что кто-то снял с него уличную одежду и переодел в халат. Скорее всего, Алек, предположил он. Точнее, он очень
Саммаэля?
Он обнаружил одежду, аккуратно сложенную на стуле возле кровати, переоделся, потом вышел в коридор. В конце коридора находилась небольшая гостиная, стены которой были увешаны разнообразным оружием – ох уж эти Сумеречные охотники, вздохнул Магнус про себя. В кресле сидел мужчина. Он слегка наклонил голову вперед – наверное, задумался или, может быть, задремал – и Магнус не видел его лица. «Как странно, – подумал чародей, – члены семьи Ке по-прежнему выглядят так, словно…»
Мужчина поднял голову, и Магнус вздрогнул.
–
Джем поднялся с кресла. В мозгу Магнуса промелькнуло: он хорошо выглядит для существа, появившегося на свет сто пятьдесят лет назад, успевшего побывать Сумеречным охотником и Безмолвным Братом, а потом, после всех этих лет, внезапно превратившегося в простого человека. Даже сейчас Джем предпочитал одеваться примерно так, как было принято во времена его молодости – на нем была простая белая рубашка с жемчужными пуговицами и нечто вроде коричневого пальто для верховой езды, скроенного по викторианской моде. При других обстоятельствах Магнус попросил бы у Джема адрес его портного.
Не говоря ни слова, Джем шагнул вперед и обнял Магнуса. Их дружба продолжалась уже долгие годы. Судьба мага во многих отношениях была незавидной, но в жизни бессмертных имелись и свои преимущества – в частности, возможность обнять друга, с которым ты познакомился свыше ста лет назад.
– Что ты здесь делаешь? – воскликнул Магнус. – О, только не подумай, что я не рад тебя видеть…
– Я имею полное право здесь находиться, – усмехнулся Джем, и в глазах его зажглись веселые искорки. – В конце концов, я принадлежу к семье Ке. Могу тебе напомнить, что при рождении я получил имя Ке Цзянь Мин.
– Значит… это просто совпадение? Ты решил навестить родичей? А Тесса с тобой?
Выражение лица Джема внезапно стало серьезным.
– Тесса со мной не пришла. Нет, это вовсе не совпадение. Я здесь по определенной причине.
Он пригласил Магнуса выйти в сад, и они направились к пруду. Магнусу показалось, что пруд имеет несколько иную форму, нежели восемьдесят лет назад, но он был прекрасен тогда, был прекрасен и сейчас. Хвойные деревья и ивы склонялись над водой так низко, что ветви их касались сверкающей глади. В тени деревьев, где-то у дна, сновали золотые, черные и белые карпы кои. В зеленой воде мелькали лишь смутные тени.
Через пруд был перекинут мостик, покрытый облупившейся красной краской. Мост вел к утоптанному дворику, где девочка в броне, лет одиннадцати-двенадцати, отрабатывала приемы боя на палках.
– Знаешь, я здесь родился, – заговорил Джем. – Это было до того, как мать с отцом возглавили Институт. – Он пристально смотрел на солнечные блики, плясавшие на поверхности пруда.
– Так где Тесса? – повторил Магнус.
– В Спиральном Лабиринте, – ответил Джем, и Магнус испустил вздох облегчения. – Но она оказалась там не по своей воле. Ее преследовала какая-то чародейка. Твоя знакомая, насколько я понимаю. Женщина с неподвижным лицом.
– Шинь Юнь Цзюн, – прошептал Магнус. – Да, пожалуй, ее можно назвать моей знакомой. Я приехал в этот дом сразу после битвы с ее армией демонов.
– Мне рассказывали, – кивнул Джем.
– Но зачем Шинь Юнь понадобилось преследовать Тессу? – недоумевал Магнус.
Джем поднял голову и бросил на друга удивленный взгляд.
– Ну… потому, что она – старшее проклятие, конечно же. Как и ты.