Кассандра Клэр – Механический принц (страница 27)

Снаружи стемнело, в стекла бился ветер и барабанили капли дождя. Постучав, в комнату вошла Софи с письмом на серебряном подносе:

— Вам письмо, мисс.

— Письмо? — Тесса удивленно закрыла книгу.

— Да, и не подписано. Мисс Ловлесс едва не прочла, но я успела! Вечно сует свой нос!

Тесса взяла конверт. И в самом деле, адресовано ей, незнакомый почерк с наклоном, кремового цвета бумага, обратного адреса нет. Она начала открывать конверт и вдруг заметила любопытный взгляд Софи, отразившийся в окне. Тесса с улыбкой повернулась к ней:

— Спасибо, Софи. А теперь можешь идти. — Такими словами выражались героини в романах, звучит довольно учтиво и необидно.

Разочарованная Софи взяла поднос и вышла.

Тесса развернула письмо и положила на колени.

Дорогая рассудительная мисс Грей!

Пишу вам в интересах нашего общего друга, Уильяма Херондэйла. Я знаю, что довольно часто он покидает Институт, когда пожелает. А значит, навряд ли его станут искать сразу. Поэтому и обращаюсь к вам, надеясь на ваш здравый смысл, — прошу, не считайте его отлучку обычной! Прошлой ночью он был у меня и, уверяю вас, ушел всамых расстроенных чувствах. Это еще мягко сказано. Есть все основания полагать, что он может причинить себе вред. Уильяма следует разыскать и убедиться в его целости и невредимости. Непростой он юноша, многие не любят его, но я верю, что вы, мисс Грей, так же, как и я, видите в нем не только плохое. Именно поэтому я решился писать вам,

Ваш покорный слуга.

Магнус Бэйн.

Постскриптум: На вашем месте я не стал бы показывать письмо миссис Бранвелл. Не рекомендую. М. Б.

Хотя письмо Магнуса произвело на Тессу неизгладимое впечатление — будто по венам побежал огонь, — она, пусть и с трудом, дотерпела до вечера, потом спокойно, как ей казалось, высидела ужин, ничем не выдав своих мучений. Софи невыносимо долго помогала ей раздеться, причесаться, разжечь камин, пересказывала сплетни за день. Двоюродный брат Сирила, работающий у Лайтвудов, сообщил, что Татьяна (сестра Габриэля и Гидеона) возвращается из свадебного путешествия, проведенного на континенте. Ее ждут со дня на день. Весь дом стоит вверх дном, потому как, говорят, характер у нее просто невозможный.

— Видать, дочь пошла в отца, — заметила Тесса. От едва скрываемого нетерпения голос сорвался, и ей с трудом удалось убедить Софи, что никакой целебный отвар из мяты ей не нужен, она просто устала и сон поможет ей куда лучше.

Едва Софи вышла за дверь, Тесса выскочила из постели, сбросила ночную рубашку и напялила платье, кое-как справившись со шнуровкой и набросив сверху короткую жакетку. Выглянув в коридор, она выскользнула из комнаты, на цыпочках подкралась к комнате Джема и тихонько постучала. Сперва никто не ответил, и Тесса решила, что он, наверное, уже лег спать, но тут дверь распахнулась, и на пороге возник Джем.

Он уже начал готовиться ко сну: снял ботинки и камзол, расстегнул ворот рубашки, серебристые волосы были в беспорядке. Ей захотелось пригладить их. Юноша удивился:

— Тесса?..

Без лишних слов она протянула ему письмо. Он взглянул в обе стороны коридора и жестом предложил пройти в комнату, затем, пока Тесса закрывала дверь, прочел письмо и смял в комок, бумага громко зашуршала.

— Я так и знал!

Теперь Тесса удивленно посмотрела на него.

— Что ты знал?

— Это не обычная отлучка. — Джем сел на край кровати и натянул ботинки. — Я почувствовал. Вот здесь… — Он прижал руку к груди. — Я знал, что-то не так. У меня тяжесть на сердце…

— Неужели он и правда что-нибудь с собой сделал?

— Сам — вряд ли, но вот влезть в такую переделку, где с ним что-то случится… — Джем поднялся. — Я должен идти.

— А как же я? Не вздумай искать Уилла один! — заявила Тесса, но Джем промолчал, и она напомнила ему: — Письмо-то пришло мне, а не тебе, Джеймс.

Он на миг прикрыл глаза, а потом взглянул на девушку, криво улыбаясь:

— Джеймс… Обычно один Уилл называет меня так.

— Прости!..

— Ну что ты, мне нравится звук моего имени у тебя на устах.

На устах… Такое нежное и немного нескромное слово, почти как поцелуй! Казалось, оно вибрирует в воздухе, оба заметили это и замерли. Но ведь это Джем, недоуменно подумала Тесса. Джем, а не Уилл, один взгляд которого действует на нее как прикосновение пальцев к обнаженной коже…

— Ты права, — откашлявшись сказал Джем. — Магнус не написал бы тебе, если бы не хотел, чтобы ты тоже искала Уилла. Вероятно, он считает, что твой дар может пригодиться. В любом случае… — Он бросился к шкафу и распахнул дверцы настежь. — Жди меня в своей комнате, я быстро!

Не помня себя, девушка вернулась в свою комнату и прислонилась к двери. Лицо горело, будто она постояла у камина. Тесса и сама не заметила, когда вдруг стала считать эту комнату своей. Огромная, просторная спальня, окна с многочастными переплетами и горящими мягким светом колдовскими огнями — все это разительно отличалось от ее крошечной комнатки дома в Нью-Йорке. Там стояли дешевая дощатая кроватка с тонким одеялом и тумбочка, залитая воском свечи, при которой она читала ночи напролет. В оконных рамах зияли огромные щели, и зимой в них свистел ветер, а стекла дрожали от его порывов.

Раздался легкий стук, рассеявший ее задумчивость. Тесса открыла дверь и увидела на пороге Джема. Он был в полном одеянии Сумеречного охотника — черное пальто из плотной, похожей на кожу ткани, черные брюки, ботинки на толстой подошве. Приложив палец к губам, он жестом велел следовать за ним.

Тесса решила, что уже около десяти часов вечера, поскольку колдовские огни едва горели. Джем шел кружным путем, совсем не той дорогой, которая вела к парадному входу. Она поняла, где они, только дойдя до двери в конце длинного коридора. Там оказалась круглая площадка, значит, они внутри одной из готических башен, что стоят по обе стороны Института.

Джем толкнул дверь и позвал Тессу внутрь, потом закрыл и запер дверь на ключ, а ключ сунул обратно в карман:

— Это комната Уилла.

— Ну надо же. Никогда здесь не была. Признаться, я думала, что он спит вверх ногами, как летучая мышь!

Джем рассмеялся, подошел к письменному столу и начал рыться в бумагах, а Тесса стояла, озираясь по сторонам. Сердце учащенно билось, будто она увидела что-то, не предназначенное для чужих глаз: тайную, тщательно скрываемую часть Уилла. Она убеждала себя не глупить, ведь это всего лишь комната с такой же мебелью, как и везде в Институте. Да и беспорядок здесь был изрядный — скомканная постель, одежда на спинках стульев, чашки с недопитым чаем на тумбочке. И книги, книги повсюду — на тумбочке, на кровати, в стопках на полу, в два ряда на полках вдоль стен. Пока Джем что-то искал, Тесса направилась к полкам, с любопытством читая надписи на корешках.

Как она и ожидала, в основном там были романы и поэзия. Многие книги на незнакомых языках, некоторые на греческом и латыни. И еще сказки «Тысячи и одной ночи», изданные Джеймсом Пейном, «Булхэмптонский викарий» Энтони Троллопа, «Отчаянные средства» Томаса Харди, несколько книг Уилки Коллинза: «Новая Магдалина», «Закон и женщина», «Две судьбы» — и новый роман Жюля Верна «Черная Индия», который Тесса мечтала прочесть. Наконец она увидела «Повесть о двух городах» и с грустной улыбкой сняла книгу с полки. Из нее выпали несколько листков бумаги, исписанных мелким почерком, и разлетелись по полу. Тесса нагнулась, чтобы поднять их, и застыла, моментально узнав почерк. Это была ее рука. В горле встал ком, когда она бегло просмотрела листки.

Дорогой Нат, сегодня я пыталась измениться — и не смогла. Они дали мне монету, а я не смогла найти связующую нить. Либо ее и не было, либо мой дар угасает. Ну ипусть бы угас, но они высекли меня — а тебя когда-нибудь секли? Конечно нет, глупость спросила. Мне так больно, будто на коже прочертили огненные полосы. Стыдно сказать, но я плакала, а ты знаешь, как я ненавижу плакать…

И еще:

Дорогой Нат, я так по тебе скучала сегодня — думала, умру! Если тебя больше нет, тогда никому в целом мире нет дела, жива я или нет. Я будто испаряюсь, исчезаю в пустоте, ведь если всем все равно, как знать, существуешь ли ты вообще?

Это были письма брату, написанные в Темном доме. Но не для чужих глаз — девушка вела что-то вроде дневника, чтобы выплеснуть ужас, печаль и страх. Тесса знала, что письма нашли и Шарлотта прочла их, но как они могли оказаться в комнате Уилла? Да еще спрятанные между страниц книги…

— Тесса, — позвал Джем. Она быстро сунула письма в карман и обернулась. Джем стоял возле стола с серебряным клинком в руках. — Именем Ангела, здесь такая свалка, думал, не найду! Уилл не взял из дома почти ничего, кроме отцовского кинжала. На клинке есть гравировка — символика Херондэйлов, птица. Надеюсь, с его помощью удастся напасть на след Уилла — кинжал несет на себе сильный отпечаток его личности.

Несмотря на ободряющие слова, Джем хмурился.

— Что случилось? — спросила Тесса, подходя к юноше.

— Я нашел еще кое-что. Уилл всегда доставал мне… лекарство. Он знал, что мне невыносимо все это — искать продавца в Нижнем мире, отдавать ему деньги… — Он судорожно вздохнул, будто его коробило от одной мысли об этом. — Я давал ему деньги, он уходил и приносил лекарство. И вот сейчас мне попался счет за последнюю покупку. Оказывается, наркотики, то есть «лекарство», стоит совсем не тех денег.