Кассандра Клэр – Механическая принцесса (страница 55)
– Но ведь только Консулу позволительно… – начал было Генри, но тут же осекся.
– Обрисую им сложившуюся ситуацию и обращусь за помощью, – пояснила Шарлотта. – Не знаю, чего мы этим добьемся, но уверена, что некоторые примкнут к нам.
–
– И я, разумеется, – сказал Габриэль. Теперь у него было совсем другое выражение лица – на нем читалась решимость, – и он никогда еще не казался Сесилии таким привлекательным.
– Я тоже, – кивнул Гидеон, потом перевел взгляд на брата, и в глазах его мелькнула тревога. – Против армии Мортмейна нас всего шестеро, включая Уилла, причем Сесилия еще не закончила тренировки. Наша миссия может оказаться… самоубийственной.
Сесилия поджала губы. Ей было досадно, что Гидеон посчитал ее слабо подготовленной.
– Сумеречных охотников, может, и шестеро, – вновь раздался тихий голосок Софи. – Но я тоже тренировалась и хочу сражаться вместе с вами. То же самое могу сказать о Бриджит с Сирилом. Так что нас уже как минимум девять.
В душе Шарлотты радость смешалась со страхом.
– Софи, но ведь вы совсем недавно начали тренироваться…
– Я стала тренироваться намного раньше мисс Эрондейл, – вскинула голову служанка.
– Но Сесилия – Сумеречная охотница…
– У мисс Коллинз врожденные способности, – сказал Гидеон. На лице его отражались противоречивые чувства. Ему не хотелось, чтобы Софи подвергала себя опасности, принимая участие в битве, но девушка действительно многое умела. – Я считаю, ей нужно пройти ритуал Вознесения и стать Сумеречной охотницей.
– Гидеон… – испуганно прошептала Софи, но Шарлотта уже повернулась к ней:
– Софи, дорогая, вы действительно хотите стать Сумеречной охотницей?
– Я… Я всегда этого хотела, миссис Бранвелл, но если для этого мне придется оставить службу у вас, то я против. Вы всегда были ко мне так добры… я не хочу уходить от вас, тем самым проявляя черную неблагодарность. Я…
– Не говори глупостей, – прервала ее Шарлотта. – Другую служанку я найду в любое время, но вот
Она вдруг осеклась, и Сесилия услышала невысказанное:
– Когда мы вернемся, – довела свою мысль до конца Шарлотта, – я выдвину твою кандидатуру.
– А я ее поддержу, – сказал Гидеон. – В конце концов, место отца в Совете теперь принадлежит мне… Надеюсь, его друзья прислушаются к моему мнению… да и потом, я просто не вижу другого способа пожениться…
–
– Жениться? – переспросил Генри. – Я не понял, вы собираетесь жениться на друзьях вашего отца в Совете? И на ком же?
Гидеон покраснел, ему явно не хотелось, чтобы эти слова сорвались с его уст, и теперь он понятия не имел, что делать. Он в ужасе посмотрел на Софи, но та и сама выглядела потрясенной.
Затянувшуюся паузу прервала Сесилия. Бросив салфетку на стол, она вскочила и, копируя мать, которая всегда говорила властным тоном, поручая кому-то работу по дому, произнесла:
– Что-то мы засиделись. Давайте-ка все на выход!
Как ни странно, ее послушались. Шарлотта пробормотала, что идет в гостиную писать членам Конклава.
– Нет, нет, Гидеон Лайтвуд, вы останьтесь! И вы, Софи, – сказала девушка. – А вы, Габриэль, уходите, и не надо на меня так смотреть. – С этими словами она подхватила младшего Лайтвуда под руку и вышла вместе с ним.
Убедившись, что Шарлотта и Генри скрылись, Сесилия прильнула ухом к двери и стала прислушиваться. Бледное лицо Габриэля пошло пунцовыми пятнами.
– Не делайте этого, мисс Эрондейл, – сказал он, – подслушивать – самое недостойное занятие.
– Это
Габриэль взъерошил волосы, вздохнул и вытащил из кармана стилус, с помощью которого быстро начертал на запястье руну.
– Что ж, раз вы говорите, действительно придется заняться, – сказал он и приложил ладонь к двери.
– Вы что,
– Сплошная романтика, – ответил Габриэль и вдруг нахмурился. – Точнее, была бы романтика, если бы мой брат не квакал, как замороженная лягушка.
Отпрянув от двери, Сесилия скрестила руки на груди:
– И что вам, собственно, не нравится? Может, вы не хотите, чтобы ваш брат женился на служанке?
Габриэль окатил ее свирепым взглядом, и девушка тотчас пожалела о своих словах.
– Любой поступок будет не хуже того, что сделал мой отец.
– Такую замечательную девушку, как Софи, мог бы осчастливить кто-нибудь и получше, – съязвила она.
Подавив вспышку гнева, Габриэль ответил на удивление спокойно:
– Ничего такого я не думал. Софи – чудесная девушка, а после Вознесения станет прекрасной Сумеречной охотницей. Она принесет нашей семье славу, а мы нуждаемся в этом.
– Я думаю, вы тоже сделаете все, чтобы вернуть честь своему роду, – серьезно произнесла Сесилия. – Вы только что совершили настоящий поступок, признавшись во всем Шарлотте. Для этого нужна смелость.
Габриэль на миг застыл в нерешительности, а затем сказал:
– Если хотите, возьмите меня за руку. Вы тоже сможете слышать все, что происходит в обеденном зале.
Сесилия кивнула. Рука Габриэля была теплой и шершавой. Она почувствовала, как под его кожей бежит кровь, и это странным образом ее успокоило. Вдруг до нее донеслось негромкое журчание слов. Сесилия закрыла глаза и прислушалась.
– О господи… – едва слышно произнесла Софи.
Ноги ее стали ватными, и она села на стул.
Гидеон стоял рядом с буфетом, и весь его вид выражал панику. Светло-каштановые волосы торчали во все стороны, будто их основательно взъерошил ветер.
– Моя дорогая мисс Коллинз…
– Все это… – перебила его Софи. – Все это так неожиданно.
Гидеон отошел от буфета и оперся на стол. Рукава его рубашки были закатаны, и Софи не могла оторвать взгляда от меток на коже, покрытой светлым пушком.
– Неожиданно? Но ведь вы должны были замечать, как высоко я вас ценю, с каким трепетом и восхищением к вам отношусь.
– С восхищением…
– Моя дорогая мисс Коллинз, – горячо заговорил Гидеон. – Буду искренен и скажу, что мои чувства к вам выходят за рамки восхищения. Их можно было бы назвать… самой пылкой привязанностью. Ваша доброта, ваша красота, ваше великодушное сердце волнуют меня сверх всякой меры и лишают покоя – именно этим и объясняется мое сегодняшнее поведение. Я понятия не имею, что на меня нашло и почему я высказал вслух самые сокровенные желания своего сердца. Вы не обязаны принимать мое предложение только потому, что я сделал его публично. Ответственность за все негативные последствия этого шага лежит исключительно на мне.
Софи подняла на него глаза. Щеки ее то вспыхивали румянцем, то бледнели, выдавая волнение.
– Но вы мне ничего не предлагали…
– Я… – испуганно начал Гидеон. – Как это?
– Никакого предложения с вашей стороны не было… – сказала Софи, пугаясь собственной смелости. – Когда все сидели за столом, вы сказали, что собираетесь жениться. Но это не более чем заявление. Предложение – это когда вы спрашиваете согласия у меня.
– Хоть кто-то поставил Гидеона на место, – восторженно шепнул Габриэль.
– Да помолчите вы! – сжала его руку Сесилия. – Дайте послушать, что говорит мистер Лайтвуд!
– Отлично, – немного оторопело произнес Гидеон, чувствуя себя воином, отправляющимся на битву с драконом, – будет и предложение.
Он пересек комнату и преклонил перед Софи колено.
Жизнь эфемерна, и некоторые ее мгновения хочется сохранить в памяти, как хранят сухие листья в книге, чтобы потом вновь и вновь наслаждаться ими. Софи знала, что никогда не забудет, как Гидеон дрожащей рукой прикоснулся к ее ладони, как закусил губу, перед тем как заговорить.
– Дорогая мисс Коллинз, прошу вас, простите меня за эту вспышку… Просто мое восхищение вами так велико, что я готов выражать его без устали. С тех пор как я поселился в этом доме, ваша красота, смелость и благородство поражали меня все больше и больше. И если вы согласитесь стать моей женой, то окажете мне честь, которой я совершенно не заслужил, но к которой всем сердцем стремлюсь.
– Боже праведный, – воскликнула Софи, начисто позабыв о том, что