Кассандра Клэр – Механическая принцесса (страница 26)

Войдя в гостиную вслед за Уиллом, Сесилия села и, как всегда, стала незаметно наблюдать за всеми. Во главе стола сидела Шарлотта. Сесилия уже поняла, что Шарлотта относится к той категории женщин, которые сохраняют спокойствие даже в самой непростой обстановке. Она была маленькой, но сильной, и чем-то напоминала Сесилии ее мать, хотя Шарлотта, понятно, не имела привычки постоянно бормотать что-то себе под нос на валлийском.

Генри. Он первым убедил девушку, что Сумеречные охотники, хотя и отличаются от остальных, но не настолько, чтобы представлять опасность. В самом Генри не было ровным счетом ничего пугающего – одна худоба да острые углы.

Затем Сесилия перевела взгляд на Гидеона. Он был меньше ростом, но пошире в плечах, чем Габриэль. Каждый раз, когда в поле его зрения появлялась Софи, он не сводил с нее красивых серо-зеленых глаз. Интересно, замечают ли другие его привязанность к служанке, да и что по этому поводу думает сама Софи.

Рядом с Гидеоном сидел Габриэль. Когда Сесилия думала о нем, мысли ее начинали путаться, и она поспешила отвести взгляд.

На обитом темным бархатом диване устроились Джем и Тесса. Сесилия заметила, как просветлел взгляд Джема, когда он увидел Уилла. Впрочем, про ее брата можно было сказать то же самое. Сесилия и раньше задумывалась: так всегда у парабатаев или их случай уникален? По ее мнению, ничего хорошего в столь тесных узах не было, особенно если один из побратимов, Джем, болен страшной болезнью.

Тесса что-то тихо сказала Джему, накрыв ладонью его руку, и Джем улыбнулся. Затем она метнула быстрый взгляд на Уилла, который пересек гостиную и по привычке оперся на каминную полку. Сесилия не могла не отметить, что на фоне пляшущих языков пламени ее брат выглядел эффектно.

«Тебе стыдно за брата… за то, что он питает к невесте парабатая такие чувства», – сказал ей Уилл. Будь на его месте кто-то другой, она ответила бы, что не стоит держать это в тайне. Рано или поздно правда все равно выплывет наружу. Но в случае с Уиллом она сомневалась. У него выработалась многолетняя привычка держать все в себе. Если бы она не была его сестрой, если бы не видела тех взглядов, которые Уилл украдкой бросал на Джема и Тессу, то и сама бы ни о чем не догадалась.

Да и потом, страшная правда заключалась в том, что свои чувства Уиллу придется таить и после смерти Джема. Если бы Джеймс Карстейрз не был так добр… она бы его возненавидела. Ведь он перешел дорогу ее брату, увел любимую девушку, и Сесилия была почти уверена в том, что, когда Джем умрет, Уилл даже не попытается вернуть Тессу. Как все это сложно… Джем болен, смертельно болен, и разве можно винить его? Сколько ему осталось? Ее брат преднамеренно бросил близких, и за это да, его можно винить. А Джема? Когда настанет его час, он ведь тоже бросит тех, кто его любит: Тессу, Уилла? Но ведь он не виноват…

– Рада, что вы все собрались, – произнесла Шарлотта, оторвав Сесилию от размышлений.

Глава лондонского Института не сводила мрачного взора с подноса, на котором лежал небольшой пакет.

– Я получила зловещее послание… От Магистра.

– От Мортмейна?. – Тесса подалась вперед, и Механический ангел на ее шее качнулся. – Он прислал письмо?

– Надо полагать, не для того, чтобы справиться о твоем здоровье, – сказал Уилл. – Что ему надо?

– Я прочту вам его послание, – с тяжелым вздохом ответила Шарлотта.

Моя дорогая миссис Бранвелл!

Простите, что беспокою вас в трудные для ваших близких времена, но я очень опечалился, хотя и не удивился, когда узнал о том бедственном положении, в каком оказался мистер Карстейрз.

Полагаю, вы догадываетесь, что в моем распоряжении оказалось большое, я бы даже сказал, огромное количество снадобья, столь необходимого мистеру Карстейрзу для поддержания жизни. Таким образом, мы оказались в весьма щекотливой ситуации, которую я жажду разрешить к нашему обоюдному удовлетворению. Буду рад совершить с вами обмен: вы мне мисс Грей, я вам – приличный запас серебра.

К письму прилагаю немного лекарства, столь необходимого мистеру Карстейрзу – пусть это будет доказательством моей доброй воли. Покорнейше прошу сообщить о вашем решении в письменном виде. Если правильно назвать автомату приведенную внизу письма последовательность цифр, я гарантированно получу ваш ответ.

Искренне ваш,

Аксель Мортмейн

– Это все, – сказала Шарлотта, сложила письмо и бросила его на поднос. – Далее следуют инструкции о том, как обращаться с автоматом, но нет ни единой зацепки, способной навести на его собственный след.

Повисла гробовая тишина. Сесилия взглянула на Уилла, который опустил глаза, стараясь скрыть их выражение. Джем стал пепельно-серым. Тесса замерла, на ее лице плясали отблески огня.

– Мортмейн хочет заполучить меня, – наконец произнесла она, нарушая молчание. – В обмен на серебро для Джема.

– Но это смешно, – сказал Джем, – письмо лишено всякого смысла, мы можем передать его Конклаву, чтобы они попытались выудить из него сведения о местонахождении Мортмейна, но не более того.

– Ничего они там не найдут, – спокойно сказал Уилл. – Магистр слишком умен, чтобы дать нам такую возможность.

– Но это же глупо, – продолжил Джем, – прибегать к столь грубой форме шантажа…

– Не согласен, – ответил Уилл. – К письму он приложил пакетик с серебром, которое позволит тебе какое-то время продержаться. Все остальное покрыто мраком.

– Мортмейн говорит обо мне, – перебила их Тесса, – значит, мне и принимать решение. – Она взглянула на Шарлотту и сказала: – Я поеду.

Вновь стало тихо. Шарлотта сидела бледная; Сесилия почувствовала, как ее руки, сжатые в кулачки, стали мокрыми; братья Лайтвуды выглядели так, будто хотели оказаться как можно дальше отсюда. В комнате словно поставили бочонок с порохом, который вот-вот взорвется.

– Нет, Тесса, – наконец сказал Джем, вставая, – тебе нельзя.

– Можно! – вскочила она. – Ты мой жених. Я не могу допустить, чтобы ты умер отчасти по моей вине. Что же касается Мортмейна, то физически он не причинит мне никакого вреда.

– Мы не знаем, что он собирается сделать! Ему нельзя верить! – неожиданно выпалил Уилл и судорожно вцепился в край каминной полки. Сесилия поняла, что он с трудом сдерживает рвущиеся наружу слова.

– Если бы Мортмейн пожелал видеть тебя, ты бы тоже поехал, – сказала Тесса, бросив на Уилла красноречивый взгляд.

От ее слов Уилл вздрогнул.

– Нет, – произнес Джем, – ему бы я тоже не позволил.

Тесса повернулась к Джему с выражением ярости на лице; Сесилия до этого никогда не видела ее такой.

– Ты не можешь запрещать – ни мне, ни Уиллу.

– Могу, – возразил Джем. – По одной простой причине. Серебро – не лекарство, Тесса. Оно может продлить мне жизнь, но не спасет ее. Я не позволю тебе жертвовать своей жизнью ради жалких остатков моей. Если ты отправишься к Мортмейну, твоя жертва будет напрасной. Я все равно не буду принимать этот наркотик.

– Джеймс… – поднял голову Уилл.

Тесса с вызовом посмотрела на Джема:

– По сути, ты отвергаешь жертву, которую я готова принести ради тебя. Но этим ты оскорбляешь меня.

– Лучше я оскорблю тебя, чем потеряю, – выкрикнул Джем, схватил со стола Шарлотты письмо и пакет и быстрым движением бросил в огонь.

Комната наполнилась криками. Генри рванулся вперед, но Уилл его опередил, потянувшись за письмом прямо в языки пламени.

– Уилл! – закричала Сесилия, подскочила к брату и оттащила его от камина.

Юноша упал, и из его рук вывалились горящий пакет и листок бумаги. Гидеон в два прыжка пересек комнату и погасил пламя ногой. На ковре лежали обгоревшие клочки и серебристый порошок.

Сесилия вздрогнула. Инструкции Мортмейна превратились в пепел.

– Уилл, – пробормотал Джем, падая на колени рядом с побратимом и вытаскивая из кармана стилус.

Руки Уилла покраснели и пошли волдырями. Он хватал ртом воздух от боли. Совсем как в тот день, подумала Сесилия, когда в девятилетнем возрасте упал с крыши дома и сломал руку.

– Byddwch yn iawn, Will, – прошептала она, увидев, что Джем стал быстро наносить стилусом Руну исцеления, иратце. – Все будет хорошо.

– Уилл, – пробормотал Джем, – Уилл, прости меня…

Когда иратце возымела действие, дыхание Уилла выровнялось, а кожа стала приобретать первоначальный цвет.

– Немного серебра все же осталось, – сказал он, припав спиной к Сесилии. От него пахло дымом. – Надо бы собрать, пока не…

– Сейчас, – сказала Тесса, становясь на колени и вытаскивая из кармашка платок.

Маленькая горстка серебра – все, что Уиллу удалось спасти от огня…

– Возьми, – сказала девушка и отдала платок с серебром Джему.

Он взглянул на нее с таким видом, будто хотел что-то сказать, но Тесса уже вышла из комнаты. Потрясенный до глубины души, Джем проводил ее взглядом.

– И что мы со всем этим будем делать, Уилл? – растерянно спросил он.

Ощущая неловкость, Уилл сел в кресло, рядом на небольшом табурете устроилась Шарлотта и стала втирать ему в руки целебную мазь. Под воздействием иратце руки почти не болели, но мазь была нелишней.

Шарлотта отправила Генри в подвал заниматься работой, а Габриэль и Гидеон ушли сами. Сесилия присела на подлокотник кресла, чтобы быть ближе к брату. Джем на всякий случай держал стилус наготове. Все были удручены. Уничтожение инструкций сделало невозможным принятие любых решений.