Касандра О'меил – Охота на инквизитора (страница 4)

Стоит мне только смириться, как я вновь начинаю чувствовать на себе чей-то взгляд. Мой инквизитор вернулся? Постоянно оглядываюсь по сторонам, но никого не вижу. Что же такое-то? Может у меня разыгралась паранойя? Давно такого не было, еще со времен первых гонений ведьм. Хотя и тогда я не особо волновалась по этому поводу. Я всегда стараюсь быть в тени, не акцентировать внимание на том, кто я. Быть ведьмой не так уж и плохо, если рационально подходить к своим возможностям.

Переживаю, что следить за мной может та самая мерзкая дама. Она явно была настроена серьезно. Неужели в округе не нашлось ни одной приличной ведьмы, согласной стать последней в их кругу? Глупости какие-то. Мне такого точно не надо, даже не хочу знать, что они задумали. Инквизиция отправит их на костер, а это не лучшее удовольствие.

Решаю немного отвлечься от забот и отправляюсь в городскую таверну. Увеселительное заведение расположено ближе к окраине города. По вечерам там часто выступают барды, а сладкий эль немного дурманит разум. Лучшее лекарство от навязчивых мыслей и других проблем. Мне нужно вернуться к привычному ритму жизни, и такая легкая встряска будет идеальным решением.

Я устраиваюсь за самым крайним столиком в большом зале, декорированном камнем и деревом. Не снимаю с плеч плащ, предпочитая оставаться инкогнито. Юная леди может вызвать в подобном месте неуместный интерес среди нетрезвых мужчин. Разносчица узнает меня сразу и приносит напиток с интересным фруктовым привкусом. На сцене сегодня разместился смазливый мальчик с голубыми глазами и длинными светлыми волосами. Он неуверенно перебирает струны лютни, издавая пока что никому не понятные звуки. Парень долго настраивается, а после начинает свою песню. Либо две кружки эля делают свое дело, либо голос у этого барда достаточно приятный. Музыкант поет балладу о девушке, потерявшей свою любовь, о соколе, лишившемся крыльев и бесконечном небе. Грустная история, конец которой никак не сможет стать хорошим. Баллады о любви редко приходят к радостному окончанию, как бы это ни было печально.

— Рози, пойми, я не могу не поехать, — убеждает меня Эрик. — Это моя работа. Я должен нести службу. Да и это всего на пару месяцев! А после я снова вернусь к тебе, любимая.

— Там сейчас опасно, — я обнимаю парня, никак не желая отпускать. — Говорят, война дошла до нашей границы.

— Это все байки, — отмахивается мой любимый. — Сколько раз я уже там был? Всего пара стычек была. Меня ни разу не ранили, знаешь же! Хватит паниковать, милая, лучше иди ко мне.

Он подхватывает меня на руки, отвлекая от плохих мыслей многочисленными поцелуями, которые я после еще долго буду вспоминать с болью в груди. Эрик просто относится к жизни, и охотно делится этим качеством со мной. Мы молоды, у нас впереди вся жизнь, и нельзя терять ни дня ее напрасно.

Не желаю дослушивать очередную сказку, в которой никто не останется счастлив. Отвлеклась, называется, только еще больше погрузилась в свои воспоминания. Расплачиваюсь с трактирщиком и спешу домой. На улицу уже давно спустились сумерки. Фонари освещают только центральные улицы, до которых еще нужно добраться. Я сворачиваю в короткий переулок, остается пройти самую малость, и на горизонте появится улица, на которой расположился мой питомник, как я слышу неприятный свист.

Передо мной будто из ниоткуда появляются два здоровенных бугая. Решаю не испытывать удачу и сразу же разворачиваюсь. Но не тут-то было. Позади меня стоят еще три неприятные личности, от которых веет опасностью, смертью и грязью. Что наемникам нужно от меня? Какого черта творится?

— Куколка, что же ты так опрометчиво разгуливаешь по ночам? — Постукивает кинжалом по ладони один из бугаев спереди. — Мало тебе приключений в жизни? Так мы быстро исправим ситуацию.

Я не вступаю с ними в диалог. Ничем хорошим это явно не закончится. Мужчины настроены воинственно. Неужели ведьма решила отомстить мне подобным образом?! Это же низко и мерзко. Чего можно добиться подобным поступком? Ненависти к людям? Так они не все такие.

Не делаю резких движений, не хочу провоцировать наемников. А это именно наемники. Слишком они выглядят чисто и гордо, хоть и одеты как простые граждане. Обычные пьянчужки или бандиты держатся не так. Пусть я и не много наемников повидала, но это могу утверждать с уверенностью.

Не дождавшись моих действий, мужчины наступают первыми. Меня хватают за руку и прижимают к стене, недвусмысленно задирая платье и стаскивая плащ. Грубые движения, болезненный захват и неприятная ситуация. Вдох-выдох. Я не могу это терпеть, да простит меня Инквизиция.

— Сом’иэнсу’эр, — шепчу элементарное заклинание, погружая окружающих в сон. Никакого вреда это им не нанесет, а я спокойно унесу отсюда ноги. Мужчины грузно оседают на пол, отключаясь, а я спешно поправляю одежду.

Как назло, небо пронзает искристая молния, а уши закладывает от басистого грома. Дождь начинается резко, укрывая все пространство стеной воды. Мокрое насквозь платье мешает идти, а выбившиеся из косы пряди налипают на лицо. Я спешу скрыться с места преступления, но натыкаюсь на мужчину. Что?! Неужели не все уснули? Но как же так…

— Леди, с Вами все в порядке? — Этот голос… О нееет… Почему он не появился рядом несколькими минутами ранее? Мой инквизитор…

— Почти, — я плотнее запахиваю на груди плащ, все же у меня помятый вид, который никак не скрыть.

Мужчина оглядывает меня с ног до головы. Дождь стекает по мне крупными каплями, заставляя поежиться от прохлады. Инквизитор склоняет голову набок, а потом смотрит мне за спину, что-то разглядывая там долгую минуту. Ведь он не может видеть тех наемников? Очень на это надеюсь. Не хочу проблем с законом… Тем более с этим отдельным его представителем.

— Пойдем, — вдруг переходит на «ты» инквизитор. — Ты вся промокла, мой дом рядом.

Это не вопрос, скорее констатация факта. У меня нет выбора, нет возможности отказаться, чтобы не вызвать подозрения. Инквизитор бесцеремонно берет меня за руку и ведет к центральной улице. Покорно ступаю следом за мужчиной, вглядываясь в его спину. Догадался ли он о том, что в переулке произошло что-то плохое? Или просто решил помочь промокшей девушке? Что меня ждет дальше? Мне хочется избежать проблем, но мысленно я все же рада, что рядом оказался именно мой инквизитор, а не какой-то другой человек.

Четвертая глава

Инквизитор и правда живет неподалеку, прямо за поворотом на главную улицу. Двери его дома выходят на проспект, а порожки прикрыты от дождя кованным навесом. Он ловко отмыкает замок и пропускает меня внутрь просторного холла. Здание встречает меня тишиной и чистотой, будто хозяина давно здесь не было. Может быть, он уезжал на весь месяц, когда я его потеряла?

— Проходи, слева гостиная, располагайся, — ориентирует меня мужчина. — Сейчас принесу полотенце и что-нибудь сухое из вещей.

— Не стоит, — я пытаюсь его остановить, но натыкаюсь на хмурый взгляд. Он как бы говорит, что лучше не качать права на его территории.

Прохожу в просторную комнату, выполненную в коричневых тонах. На полу мягкий ковер, и мне неловко ступать по нему мокрыми ногами. Диван расположен рядом с низеньким столиком, а на стене красуются картины начала времен. Это серия выполнена группой художников, им удалось запечатлеть последнее открытие врат в потусторонний мир. Как гласят легенды, оттуда в наш мир проникали ужасные чудовища, но я не застала тех времен, слишком уж давно это было.

Внимательно рассматриваю картины: они вызывают восхищение и нагоняют страх одновременно. Темные и кровавые цвета, переплетаются между собой, показывая весь ужас происходящего и неотвратимость последствий. Потусторонние твари выглядят такими реальными и в то же время неправильными и отторгающими. Люди на картине выглядят так, будто конец их близок, но они будут бороться за свой мир до последнего.

Присаживаться на диван в мокром платье не решаюсь. Я даже не снимаю с себя плащ, стараясь спрятаться в нем от происходящего. Мне хотелось увидеться с инквизитором, но опасения и неуверенность никуда не деваются. Мужчина возвращается ко мне через десять минут. Он сменил промокшую форму на свободные льняные брюки и тонкую рубашку, что придает ему более домашний вид. В руках у него махровое полотенце, в которое, кажется, можно укутать всю меня, и платье цвета моря.

— Вытрись и переоденься, я пока заварю чай, — снова этот тон, который не терпит препирательств. Да, и мне, если честно, не очень хочется оставаться в мокрой одежде и дальше.

К счастью, привести себя в порядок мне позволяют в одиночестве. Мокрые вещи аккуратно складываю на стол. Приходится остаться без корсета, из-за чего я чувствую себя практически голой даже в весьма приличном платье. Оно садится на меня как влитое. Вырез не нарушает ни капли дозволенных границ, но с моими формами выглядит чересчур соблазнительно. Я бы предпочла прикрыться чем-нибудь сверху, только все мои вещи насквозь мокрые.

Ступаю босыми ногами в сторону, куда ушел инквизитор. Мне неловко разгуливать по чужому дому, но усидеть на месте я не могу. Кухня находится прямо по коридору. Мужчина ловко орудует ножом, сооружая бутерброды, а из кружек исходит манящий аромат малины.