Karter Khan – GORD / Ковчег - 98/2 ТОМ 1 ( конкурс идут правки ) (страница 17)

Он исчез.

Вместе с последним словом схлынула и зона подавления – звуки мира вернулись оглушительным рокотом. Но в ушах всё ещё стояла та самая, всепоглощающая тишина откровения.

Мы стояли, парализованные не страхом перед призраком, а тяжестью выбора.

Лика первая нарушила молчание.

– Кристалл, – сказала она, глядя на пульсирующую поверхность. – Он сказал разбить его. Но мы не можем. Это наш единственный ключ.

Я посмотрел на свои руки. На шрамы, которых не помнил. На память о Леви, которая пульсировала где-то глубоко.

– Мы не разобьём, – сказал я. – Но и не позволим ему нас сломать.

Я шагнул к капсуле. Достал нож.

– Мы должны прикоснуться, – сказал я твёрдо. – Мы другие. Наша кровь, наш код – это ключ. Кристалл должен резонировать с ДНК.

Я без колебаний провёл лезвием по ладони.

Боль пришла не сразу. Сначала – холод металла. Потом жжение. Потом кровь – алая, густая, живая.

Она упала на мерцающую поверхность.

И мир исчез.

ГЛАВА 15: Синхронизация.

Мир не вернулся вместе со зрением. Вместо скал и ледяного ветра – абсолютное ничто, вакуум без времени и ощущений, где осталось лишь брошенное сознание.

А потом – структура.

Линии. Фрагменты. Логика, собирающаяся из хаоса, реальность вспомнила, что должна существовать. Пространство сложилось вокруг меня с резким, почти физическим толчком, и я оказался в огромном, пустом ангаре.

Стены из тёмного металла, высокий свод, теряющийся в полумраке. В центре, на платформе, стоял чёрный каркас доспеха. «Валькирия». Я узнал её по снам, хотя никогда не видел во плоти.

И я был не один.

Моё тело… оно двигалось, но не по моей воле. Ноги ощутили тяжесть брони, ставшей частью плоти. Суставы болели – чужая боль, знакомая до оскомины, я уже чувствовал её сотни раз.

– Синхронизация: 67%… 68%… Стабильно, – сообщил механический голос.

Я понял. Я был внутри него. Внутри Леви.

Он стоял перед «Валькирией», готовый сделать последний шаг. Его рука – ещё живая, ещё человеческая – тянулась к интерфейсу. В груди все сжалось безысходности.

Доспех принял его. Двинулся вперёд, шагнув в тень. Система GOЯD загудела, сканируя, подстраиваясь, принимая чужого за своего.

А потом что-то пошло не так.

Перед глазами всплыло лицо. Серые глаза, короткие волосы. Лика. Не из сна – настоящая, здесь, с рыжей чёлкой и тем же взглядом, что у той, которая ждала меня на скале. В груди защемило, и в ушах затрещал сигнал тревоги:

– Сбой распознавания. Синхронизация: 58%…

Экран визора потух. «Валькирия» дёрнулась, с грохотом опускаясь на колено. Инстинкт Леви: перегруппироваться, атаковать. Мой инстинкт: бежать.

Паника охватила нас обоих, и в этот момент доспех, уловив резкую реакцию, сработал как военная машина. Системы GOЯD заскрипели, готовясь выпустить удар.

В пиковом сбое всё слилось. Два страха, два ощущения: солдат в теле машины и человек, сражающийся за свою жизнь, встретились в одном моменте. И в этом слиянии я услышал голос. Не механический. Живой.

«Кто ты? Ты сново пришел.»

Я не знал, кому принадлежит этот вопрос. Ему? Мне? Нам обоим?

– Что происходит? – мой собственный голос прорвался сквозь гул, надорванный, полный чуждой ярости.

– Ты не должен был видеть.

Связь разорвалась, как искорёженный провод. Но перед тем, как тьма поглотила всё, я услышал шёпот. Тихий, усталый, бесконечно одинокий:

«Не пытайся быть, таким же как я.»

Мир вернулся ударом.

Я лежал на камнях, глядя в серое небо. Тело дрожало, каждая клетка вибрировала от перенапряжения. Я не мог пошевелиться.

– Артём! – Лика схватила меня за плечо, трясла, пытаясь вырвать из оцепенения. – Ты завис! Ты просто стоял, не двигаясь!

– Сколько? – выдавил я. Голос прозвучал хрипло, чужой.

– Десять, может, пятнадцать секунд. Что с тобой?

Я сел. Медленно, с нечеловеческим усилием. Посмотрел на свою руку – ту, что касалась кристалла. Пальцы горели, кожа покраснела, вздулась волдырями.

– Не трогай, – сказал я, когда Лика потянулась ко мне.

Она замерла, прислушиваясь к себе. Её лицо побледнело.

– Я тоже… – она запнулась. – Я чувствовала что-то. Как будто кто-то стоял за спиной. Дышал. Но там никого не было.

Она смотрела на меня, и в её глазах впервые появилось то, чего я не мог прочитать. Не страх. Не удивление. Что-то другое. Узнавание.

– Артём… он знает тебя. Тот, кто там был. Он знает.

Я не мог встретиться с её глазами. Смотрел куда-то в сторону, на скалы, на небо, на что угодно, только не на неё.

– Я был не здесь, – едва слышно произнёс я. – Я был там. Внутри него.

– Внутри Леви?

– Да. Я видел его. Чувствовал его боль. Его страх. Его одиночество.

Её рука, всё ещё сжимавшая моё плечо, дрогнула.

– Артём…

– Он знал меня, Лика. – Я поднял на неё глаза. – Когда наши сознания столкнулись, он не удивился. Он сказал… он сказал: «Ты пришел».

Тишина повисла между нами, густая и тяжёлая, как воздух перед грозой.

– Что это значит? – прошептала она.

– Я не знаю. – Я потёр грудь, там, где всё ещё ныло от контакта. – Но он не враг. Не чужой. Он… часть меня. Или я – часть его.

Мы сидели на холодных камнях, глядя на пульсирующий кристалл, и тишина гор больше не казалась спокойной. Она хранила то, что мы только что услышали.

Глава 16. «Валлория».

– Лика. Мы попытались. Нет смысла больше убегать.

– О чем ты?

– О том, что это больше чем мы. Раньше я думал что мы бежим от корпорации, которая пускает людей в расход. Я начинаю понимать. Маркус создал предвестника бури. Бури которая накроет всех нас.

– Хочешь сказать…

– Я хочу сказать, на нас надвигается что-то, с чем простой офисный сотрудник не справится. В первую очередь нам нужна защита. Если у «Заслона» есть ресурсы о которых говорил Семен. Мы должны попробовать.

– Ты наконец понял…