Каролина Шторм – Брошенная-2. Право мести (страница 4)

– Даже так?

– Почти каждую неделю мотается. Я его редко вижу.

Демид отметил, что никакого сожаления по этому поводу она явно не испытывает.

– Значит, большой начальник?

– Банкир.

О-о… В общем, примерно так он и думал.

– И что же он тебя одну оставляет без присмотра?

– Охрана дежурит на территории дома и в офисах. Ну, а мне телохранитель не нужен. Хотя… – жаркий красноречивый взгляд скользнул по широким плечам Демида, – ты бы подошел на эту роль.

– Сожалею, я этим не занимаюсь. Может, что-то ещё предложишь?

– Работу, ты имеешь в виду? Могу спросить у мужа, когда вернется.

Работа? Хм, интересный вариант. Работа бы ему не помешала. Тем более, сфера финансов близка как ничто другое. Вопрос лишь в том, насколько можно доверять мужу этой дамочки? И… как, кстати, её зовут?

– Демид, ты меня слышишь?

– Да-да. Просто задумался. Работа мне, действительно, нужна. Только рядовым сотрудником не пойду.

– Ты себя высоко ценишь.

– У меня есть опыт. И я ценю его.

– Ну, что ж, я попробую что-нибудь сделать для тебя.

Её рука легла на его колено. И медленно поползла вверх.

– Ты не ошиблась? – на всякий случай поинтересовался он. Хотя какая, к черту, ошибка? Не зря же она ему втирала про вечно отсутствующего мужа и вакантное место личного хранителя тела.

– Чему ты удивляешься, Демид? Разве не этого хотел, как только увидел меня?

– О-у, и кто ещё себя высоко ценит?

А внизу живота разгорался пожар. И в брюках становилось всё теснее. Умная женщина. И, наверняка, умелая. Такую грех не попробовать. Тем более, сама просится.

– Мы оба друг друга стоим, – сказала она. – Так что пока есть время, надо его использовать.

Демиду дважды повторять не надо. Резкий поворот, и вот уже внедорожник съехал с дороги в тень. Женщина, имени которой он до сих пор не знал, потянулась к Демиду, намереваясь оказаться сверху, но он перехватил её. Опустив сиденье максимально низко, уложил свою спутницу на спину. И навис сверху.

– Мне нравится, когда женщина подо мной.

– А по-другому никак? – хитро прищурилась она.

– Чуть позже. Сначала хочу узнать тебя. Да, и, может, скажешь, наконец, своё имя?

– Лия, – улыбнулась она и потянула вниз молнию его куртки.

Глава 4

Она жаждала его губ. Демид не дался. Обещание, данное самому себе ещё в те дни, когда он был на взлете. Не целовать женщину, которую не любишь. Только секс и ничего больше.

Лия под его запросы идеально подходила. Взрослая женщина, понимающая свои желания и весьма конкретная. Не нужно слов, чтобы дать понять Демиду, что она его хочет. Дерзкий, наглый, самоуверенный – он привлек её сразу.

Взаимно? Отлично.

Главное, чтобы никаких обязательств.

Демиду не хотелось раздеваться полностью. Но Лия так ловко орудовала умелыми пальчиками, что очень скоро освободила его от одежды.

– Тебе моя помощь не нужна? – Демид довольно грубо потянул её за ткань платья.

– Сама справлюсь.

Красиво изогнувшись, Лия подтянула подол вверх, открыв вид на узорные черные колготки, и сняла платье через голову. Демид подумал, что не в первый раз она проделывает подобное. Ей раздеваться в салоне авто не доставляет никаких неудобств. И сразу ядовитая колкость слетела с языка.

– И сколько их было до меня тут?

Да, он прекрасно знал, что женщинам подобных вопросов задавать не нужно. Что это некрасиво и невежливо. Но о какой, нахрен, вежливости может идти речь, если он узнал её имя после того, как она полезла расстегивать ширинку его брюк?

– Демид! – Лия шутливо, но вместе с тем увесисто ткнула его кулаком в грудь. – Тебе какая разница, что было до тебя? Если хочешь, я могу передумать.

– Хочу ли я? – он нарочно принял задумчивый вид. Со стороны это выглядело своеобразно: обнаженный мужчина, нависая над полураздетой женщиной, прикидывает, стоит ли ему продолжать. А женщина кипит гневом и готова обрушиться на него за то, что посмел сомневаться.

Впрочем, долго думать Демиду не пришлось. Дверца салона резко распахнулась. Демид едва успел бросить взгляд в сторону, чтобы увидеть, кто так бесцеремонно пытается нарушить их уединение. Но рассмотреть никого не получилось. В этот раз точный хук прилетел ему. Голова закружилась, и сознание вырубилось. Демид упал прямо на женщину, которую собирался трахнуть.

– Можно было поаккуратнее, – недовольная Лия с трудом выбралась из-под отяжелевшего мужского тела. Из одежды на ней всё ещё оставалось белье и колготки. А в проеме виднелось довольное лицо её недавнего обидчика с фингалом. – Ты куда пялишься? – взревела Лия. – А ну отвернись.

– Этому, значит, было можно, – обиженно протянул парень. – А я только черную работу выполняю.

– Тебе за неё хорошо платят, – напомнила Лия, вновь надевая через голову платье. В этот раз никакой изящности, она ни к чему. Соблазнять этих двоих громил с не самым высоким интеллектом ей не хотелось. – Помоги мне переложить его на сиденье.

– А дальше что?

– Дальше его надо связать как можно крепче и засунуть в багажник. Иначе, когда очнется, будет очень плохо.

Он сначала её прибьет и только потом вспомнит, что неплохо было бы задать пару вопросов. Импульсивность – второе я Демида Гордеева. Он вообще не способен думать холодной головой. За что и расплачивается сейчас.

– Опасная вы женщина, – хмыкнул парень. – Дядя Паша предупреждал, что с вами надо держать ухо востро.

– Троцкий знает, что говорит, – подтвердила Лия. – Ну, давайте поживее. Демид здоровый парень, скоро придет в себя.

– Да уж, – браток с фингалом потер руками скулу. – Врезал мне так, что я думал: челюсть не вправлю.

– Будет вам двоим за это компенсация, – пообещала Лия. – Но сначала доделайте начатое.

– Не вопрос.

Вдвоем парни вытащили Демида из салона. Он всё ещё не подавал признаков жизни. Парни знали, куда бить, чтобы вырубить соперника хотя бы ненадолго. Первый раз, когда они сцепились с Демидом, им нельзя было использовать свои навыки борьбы. Лия строго запретила наносить ему увечья. Но потом, когда Демид потерял бдительность, вырубить его оказалось очень легко.

Бабы, всюду виноваты бабы. Вот и Гордеев в очередной раз повелся на эти бабьи разводы – глазки, губки и всё такое. Ну-да, Троцкий предупреждал, что Гордеев слаб на это дело. И ничему жизнь не учит. Не первый раз из-за бабы в передрягу попадает. Попадает и ещё много раз.

Если, конечно, в живых оставят. Что, зная Троцкого и всех, с кем он общается, вряд ли.

– А его голым связывать? Или может надеть что-нибудь? – внезапно братки почувствовали мужскую солидарность к бесчувственному Демиду, обманутому в его лучших надеждах.

– Вот его штаны, – Лия двумя пальцами взяла одежду Демида и протянула парням. – Наденьте как-нибудь. Остальное необязательно.

Пока Демида упаковывали, она стояла, опершись о капот внедорожника, и курила. Ей не было его жаль. Хотя чувство вожделения Демиду удалось в ней пробудить. Но он всегда умел это делать. Своей грубостью, жесткостью, которая часто воспринималась как мужественность. Ошибочно, разумеется. Мужественность в понимании Лии Демиду была не свойственна. Она его слишком ненавидела, чтобы приписывать положительные качества.

– Ты мне за всё ответишь, Гордеев, – сделав последнюю затяжку, Лия бросила окурок в темноту. А потом села в свой удобный салон. На своё водительское место.

Братки помахали ей руками вслед. Но Лия даже не обернулась. Пошли к черту! На сегодня они ей не нужны.

* * *

Первое, что он увидел, открыв глаза – это темнота, сквозь которую неровными прядями пробивался тусклый свет. И следом в виски ударила боль. Не настолько сильная, чтобы оглушить полностью. Но достаточная, чтобы напомнить о том, что его неплохо приложили. А после он вырубился. И какое-то время пробыл без сознания.

Демид пошевелил руками. Ага, туго скручены за спиной и обвязаны какой-то веревкой. Ещё и затекли. Надо их размять, только места слишком мало. Ощущение, как будто он лежит в наспех сколоченном гробу, пропахшим бензином. Ноги свободны, но от этого пока не легче. Они тоже затекли. И вообще поза ужасно неудобная. Демид попытался перевернуться на бок, но только оцарапал плечо.

Тесно. И душно. И, черт возьми, тревожно.

В какой-то момент Демид ощутил, как вместе с этим гробом на колесах подскочил. Снова приложился головой, на этот раз о крышку. М-да, убогая перспектива. И водитель этого гроба явный профан. Руки растут не из того места. Показал бы он ему, как нужно машину водить.