Каролина Шевцова – Развод. Бумерангом по самые я... (страница 34)

Яшин саркастически обводит взглядом кабинет:

- То есть всё это больше моё, чем Казанского. Ну, сиротка, ну учудил...

Лицо Владлена становится каменным. В его глазах - что-то страшное, неживое. Он, кажется, даже перестает дышать, отчего еще больше походит на статую.

Я встаю, плавно поправляю складки на платье. Каждый жест - отточенный, безупречный.

- Запомни, Владлен, - говорю медленно, наслаждаясь каждым словом, - ты можешь сколько угодно сражаться со мной, но все равно проиграешь. Не знаю, кто тебе внушил, что ты что-то из себя представляешь. Ты ничтожество, ноль без палочки! И все - от коллег на твоей работе до лечащего врача, к которому тебя водила я, - знают правду. А главное... - делаю паузу, - ты знаешь её сам. Теперь живи с этим.

Разворачиваюсь и выхожу, оставляя дверь открытой. Уже в коридоре слышу, как Влад говорит моему бывшему:

- И кстати... - его голос звучит почти ласково, - если вдруг задумаешь обидеть мою Карину... Сибирские шавки кусаются очень больно.

Тихий рык, который следует за этими словами, заставляет меня ускорить шаг. Смешно. И... чертовски страшно. Прислоняюсь к стене и закрываю глаза. Сердце бешено колотится. Мы сделали это. Игра сыграна.

Из кабинета доносится грохот - похоже, Владлен в ярости швырнул что-то тяжёлое. Я улыбаюсь. Пусть ломает. Это только начало.

Я резко хватаю Влада под локоть и тащу к себе, пока тот не успевает добавить что-то еще более едкое.

- Пока, Катенька! - бросаю на ходу секретарше, даже не обернувшись.

Сердце бешено колотится, в груди бушует странная смесь ликования и адреналина. Получилось. Владлен сорвался. Сейчас он начнет метаться, совершать глупости – как делал всегда, стоило ему выйти из себя. А уж я знаю, как воспользоваться его следующей ошибкой.

Я быстро иду к лифту, едва сдерживая смех. Хочется расхохотаться во весь голос, поймать Влада за руку и закружиться с ним в дурацком танце прямо посреди этого вылизанного коридора. Но вокруг все такое неживое, такое правильное, что поневоле стараешься соответствовать месту в котором оказалась. Цепляю на лицо уже надоевшую маску и вызываю лифт.

Двери открываются.

Внутри стоит мужчина в черном костюме. Высокий, поджарый, с бесстрастным лицом. Мы не планировали встретить свидетелей, но теперь отступать неловко.

- Заходим, - шепчет Влад мне на ухо.

Поддерживает под локоть и слегка толкает внутрь.

Внутри… тихо.

Только тихий гул механизма и мое дыхание.

Я упорно смотрю на панель с кнопками, чувствуя на себе тяжелый взгляд незнакомца. Он разглядывает нас так, будто уже знает, кто мы. Будто ждал этой встречи.

3 этаж… 2 этаж… 1.

Я незаметно сжимаю пальцы Влада. Он отвечает легким нажимом - я здесь.

Наконец лифт останавливается.

Незнакомец вежливо отступает, пропуская нас вперед:

- Карина Викторовна, после вас.

Ледяная струя пробегает по спине.

Я резко поднимаю голову:

- Мы знакомы?

Но он лишь улыбается - беззвучно, одними уголками губ.

Мы выходим. Дверь закрывается за нами. Незнакомец уезжает обратно наверх. Все это до того странно, что я начинаю думать, что выдумала эту встречу. Пока не слышу обеспокоенный вопрос Влада.

- Ты его знаешь?

- Нет. - Я передергиваю плечами, сбрасывая неприятное ощущение. - А он меня - кажется, да.

Но черт с ним. Сейчас не время для паранойи. Я глубоко вдыхаю, снова чувствуя прилив эйфории. Мы сделали это!

- Так... - Влад внезапно подхватывает меня под локоть, уверенно направляя к машине. - Предлагаю спустить неприлично большую сумму в каком-нибудь ресторане. Никакой кабачковой икры, только черная, как дробь в масле. Помнишь, как в том анекдоте?

- Не помню.

- Вот и правильно, не к лицу хорошим девочкам знать всякие поганые анекдоты, - пальцы с локтя перемещаются на талию. Мне помогают сесть в машину. – Итак, лобстеры, икорка, вместо шампанского компот. Возражения?

Я фыркаю:

- Ты уже бросил курить. Теперь решил отказаться от алкоголя? Ради чего такие муки, Яшин?

- Ради кого, Кариша. Ради тебя – серьезно отвечает он. – Все ради тебя.

Я сажусь, все еще улыбаясь. Но в голове продолжает крутиться вопрос:

Кто был тот мужчина? И почему он назвал меня по имени?

Влад, заведя двигатель, ловко ловит мое настроение, переключает его как станцию на радио:

- Эй, хватит. Сегодня - наша победа. Остальное - завтра.

И я решаю - да, черт возьми, он прав.

Пусть Владлен теперь ломает голову. А мы... мы будем праздновать. С черной икрой и компотом!

 

Глава 27

Пришла и все испортила. Как всегда.

Я весь день бегал как угорелый, подпитываясь злостью на Карину. Без этого топлива свалился бы к обеду, не сделав и половины дел. А так… успел столько, что другому хватит на месяц.

Юристы мои опять валяют дурака. Вместо четкого плана - сопли, отговорки, бумажки. Разнес их так, что, кажется, даже секретарша за дверью вздрогнула.

Поговорил с девочками. Снова и опять рассказал, почему так важно держаться вместе в этой непростой ситуации. Попросил Катю оформить им билеты в Москву. Пусть один раз увидят, как все выглядит со стороны. И на меня посмотрят и на мамашу свою – злобную стерву!

Какого чёрта я вообще на ней женился?

От одного ее вида желудок сводит спазмами. А уж когда она явилась со своим бывшим... Тошнота снова подступила к горлу. После разговора с близняшками набрал гастроэнтеролога - того самого, «лучшего в городе», которого Карина когда-то так гордо мне представила. Записался без очереди.

И знаете что? Оказалось, я прекрасно могу обходиться без жены. Как ловко она убедила меня, что без ее помощи мне не выжить! А я, дурак, поверил.

На деле, мне не нужна нянька! История болезни - в компьютере. Схему лечения расписали так подробно, что разберётся даже ребёнок. Пробиотики, пребиотики, от изжоги, лёгкие успокоительные, какая-то цветочная пыльца… И главное - таблетки от запора, и отдельно от поноса. Как говорится, взболтать, но не смешивать.

Разберусь за пару дней.

- Новые назначения вышлю Карине Викторовне… - начал профессор, этот седой дед, которого она когда-то «с таким трудом» для меня нашла.

- Не надо, - резко оборвал я. – Обойдемся без моей супруги.

Он заморгал, крякнул, но не стал спорить.

В очереди в аптеке пытался дозвониться до Тимофея. Сын беспокоил больше всего. Надо объяснить парню, что я не враг ему. Что вместе мы сможем больше, чем вот так, поодиночке.

Он ожидаемо не ответил. Бесило даже больше, чем когда я был у него в блоке. Тогда я понимал, что Тим расстроен, что злится, а теперь, он тупо игнорирует мои звонки. Неужели ему настолько плевать?

Безразличие хуже всего.

Ладно. Доделаю дела - приеду к нему лично. С бутылкой хорошего коньяка. Выпьем. Он поноет. Я дам пару отцовских советов. Так и помиримся.

Из аптеки вышел почти в хорошем настроении. Даже сообщение Кати о том, что главный искал меня и «был очень недоволен», не испортило день.

Дела. У меня дела! И самые приятные я отложил на сейчас.