Каролина Шевцова – Развод. Бумерангом по самые я... (страница 33)

- И что же за предложение от моей дорогой женушки? - он язвительно растягивает слова.

Перевожу взгляд на Влада. Тот молча берёт со стола чистый лист, пишет сумму и протягивает Казанскому.

- Что это?! - Владлен шипит, будто ему подсунули дохлую крысу.

- Сумма, которую ты получишь после развода со мной, - объясняю я, тщательно подбирая каждое слово.

Цифра смешная. Я бы в жизни не предложила ее Владлену, если бы хотела договориться с бывшим. Но я не хочу. Поэтому отыгрываю свою роль до конца.

- Можно разовой выплатой, можно разбить на несколько на протяжение, ну скажем, лет пяти.

Господи, эти деньги не покрывают даже половину наших накоплений. Не говоря о том, что останется, реши я продать или выкупить свою долю в ресторане или салонах! А ведь еще дом! Еще машины! Представляю, в какой ярости сейчас Казанский...

Он молчит, и кажется, не дышит.

А потом начинает смеяться.

Сначала тихо, затем чуть громче. Хватается за голову, трясётся, будто в припадке, вытирает проступившие слезы.

Пока муж бьется в истерике, я спокойно рассматриваю маникюр. Красный. Почему-то раньше я выбирала скучный беж, а сегодня утром вдруг захотелось чего-то острого, как перец чили.

И помаду такую же... Но для администрации это слишком. А вот вечером... когда мы с Яшиным будем отмечать нашу маленькую победу…

- Ты совсем ебнулась?! - Владлен бьёт кулаком по столу, прерывая мои мысли.

Его глаза воспаленные, красные, аккурат в тон моего лака для ногтей.

Раньше такой взгляд пугал меня.

Теперь - забавляет.

- Что-то не так? - спрашиваю я нарочито спокойно.

- Всё не так! - он рычит. - Ты совсем поехала, раз приперлась сюда со своей дворнягой и строишь из себя бизнес-леди!

Яшин равнодушно осматривает кабинет, будто всё это его не касается.

- Я могу упечь тебя в психушку! - Казанский брызжет слюной. - Но не стану. Мне, в отличие от некоторых, дорога собственная репутация!

Он тяжело дышит, вытирая пот со лба:

- Сейчас вы уйдёте, а я делаю вид, что этого разговора не было. Завтра встретишься с моими адвокатами и узнаешь, что ты получишь после развода со мной.

Пауза.

- И чтобы ни ты, - он переводит взгляд на Влада, — ни твоя сибирская шавка не смели рыпаться. Есть вопросы?

- Гав! - невозмутимо отвечает Яшин и, высунув язык, начинает дышать точь-в-точь как Граф.

О Господи! Рожа у Владлена краснеет настолько, что я начинаю опасаться, не перегнули ли мы, потому что, кажется, у мужа вот-вот случится инфаркт.

Хотя, если подумать, похороны обойдутся дешевле, чем дележ совместно нажитого. Так что не даю бедняге опомниться и добиваю, сладко растягивая слова:

- Милый, кажется, вопросы должна быть у тебя. – Поворачиваюсь к Яшину, губы сами расплываются в улыбке. - Влад, пожалуйста, расскажи, моему супругу, что будет дальше. А то он, кажется, не понимает, во что ввязался.

При звуках собственного имени, которое муж так никогда и не слышал от меня, у Казанского меняется лицо. Он смотрит на Яшина почти что с ненавистью.

Будто перед ним не человек, а настоящее чудовище.

Влад наоборот, даже бровью не ведет. Это не игра, понимаю, что ему действительно плевать, кто там и что о нем думает – уральская школа дзен-пофигизма под названием «Самсара-Отъебись».

Он даже не удостаивает Казанского взглядом, будто того просто не существует.

- Итак, - начинает Яшин, и его голос звучит идеально - спокойно, чётко, без эмоций. Настоящий профессионал. - После развода ты получишь следующее...

По мере его слов лицо Казанского вытягивается, приобретая нездоровый зеленый оттенок.

- На ваш совместный счет, - продолжает Влад, - уже наложены ограничения. Каждый из вас может распоряжаться суммой до миллиона, все, что выше с разрешения второго супруга. Ресторан… - Он делает паузу. - Убыточный. Там столько проблем, что просто не советую начинать. Если будешь за него цепляться - потопишь и себя, и репутацию.

- Врешь! – Хрипит Владлен. - Чтобы у тебя и убыточно? Чтобы у тебя и проблемно? Карина, не смеши меня!

Я закидываю ногу на ногу, мысленно отмечая, что ножки то у меня еще ого-го.

- Ты бы знал об этом, если бы занимался не поиском молодой писи, а хоть немного вникал в проблемы семьи. С Рестораном жопа, я предупреждаю тебя об этом открыто и прямо, чтобы сильно ни на что не рассчитывал. Потому что даже в таком состоянии он принадлежит Тимофею.

- То есть ты… даже этого меня лишила? - Его голос дрожит от ярости. - Разобралась, какое наследство оставить моему ребёнку?

- У тебя нет ребенка, дурачок! Был, да только ты его променял на Лену, избил и выгнал. И вместо того, чтобы думать, как оставить меня без копейки, ты должен сейчас на коленях перед сыном ползать и вымаливать у него прощения!

Лицо Владлена каменеет. Кажется, я надавила на больную точку. Я знаю, что сделала ему больно, но мне мало, я хочу еще! Пускай он страдает так же сильно, как страдала и я! Я подаюсь вперед, готовая рвануть в бой, но Влад мягко кладёт руку мне на колено - спокойно, мол, я всё контролирую. И этот жест не ускользает от Владлена.

- А у вас, я смотрю, уже всё на мази, - криво усмехается он. - Не долго моя дорогая супруга убивалась в моё отсутствие.

- Было бы по чему…

Рука на колене сжимается чуть сильнее, и я сразу улавливаю сигнал. Нужно замолчать, иначе Владлен выставит нас из кабинета, и я не успею сделать то, что хотела.

Я перебираю складки на платье, всякий раз ненароком касаюсь руки Влада на своем колене. Владлен тоже видит это. Он еще пытается сохранить лицо. Но пальцы, которыми он вцепился в подлокотники кресла, выдают мужа.

- Не нужно делать вид, что ты меня ревнуешь, - говорю я, нарочито скучным тоном. - Мы ведь оба знаем, что ты только рад избавиться от обузы в виде меня. Хотя... - делаю театральную паузу, - ты уж слишком зациклен на материальном для человека, обретшего настоящую любовь. Или может... снова не то?

- Я счастлив! - рычит Владлен, но его глаза яростно сверлят руку Влада, лежащую на моем колене. - Просто не хочу быть посмешищем и носить рога!

Замечаю, как его взгляд скользит к двери - проверяет, закрыта ли она. Хорошо. Значит, он уже боится.

- А как девочки отнесутся к тому, что ты уже нашла мне замену? - бросает он, пытаясь перехватить инициативу. - Ты о детях подумала?

- А ты? - моментально парирую.

- Я думаю о них постоянно!

- В какой момент? - поднимаю бровь. - Когда планируешь лишить Тимофея наследства? Или когда пытаешься отжать у девочек мой подарок?

- НАШ! - он вскакивает, опрокидывая стул. - Этот подарок был НАШИМ! Как и всё, что мы вместе нажили! Ты - ты - ты - кругом ты, Карина!

Его лицо становится багровым, жилы на шее набухают. Именно этого я и добивалась - чтобы он потерял контроль.

- Наш дом! Наши счета! Наш ресторан! Наши салоны! Наша школа! Всё наше, и ты поделишь это со мной!

Я медленно выдыхаю, наслаждаясь моментом.

- А вот тут обломишься, - сладко улыбаюсь. - Школа - добрачное имущество. Она вообще не подлежит дележу.

- До брака там была халупа на пять парт! - он бьёт кулаком по столу. - Ремонт ты делала, когда уже была моей женой!

- Но не на твои деньги, милый, - торжествующе подаюсь вперёд. - Единственное, что ты приобрёл в браке - хроническую болячку и пивное пузо. И я не претендую ни на то, ни на другое. Что касается моей школы, я делала ремонт на доходы от нее же плюс личные сбережения.

- Какие, Карина?! Кому ты лечишь? У тебя не было ни копейки, когда мы сошлись!

- Отчего же? Все у меня было. И голова на плечах, и деньги. Я, знаешь ли, удачно вложилась после проданного мотоцикла.

Яшин вдруг облокачивается через подлокотник и легко целует меня в висок. Так естественно, будто делал это тысячу раз.

- Нашего Харлея? - его губы растягиваются в ухмылке. - Ты моя белочка запасливая! Чудо, а не женщина - всё в дом, всё в дом!

Владлен выглядит так, будто его ударили. Грубо, наотмашь. Я вижу, как в его глазах мелькает понимание.

- Представляешь, - продолжаю я, - ты всё время пенял мне, что я ушла от первого мужа ни с чем? А на продажу того самого "ничего" я смогла организовать школу, которая кормила тебя все эти годы. Смешно, да?