Каролина Шевцова – Измена. Простить, отпустить, отомстить? (страница 32)

- А у нас отношения?

- Тише девочка, - Тим приложил палец к моим губам. – Слышишь, шумит? Это мы их строим.

Его палец, шершавый и грубый, оцарапал мою кожу, когда рука сползла вниз, и опустилась мне на бедро.

- Мы очень разные.

- У нас с тобой уже был опыт с теми, кто на нас похож. Так что, может противоположности притягиваются?

- Я постоянно работаю.

- Отлично, мое спортивное питание стоит целую кучу денег, так что вливания в бюджет нам не повредят, - отшутился Тим.

- У меня есть дети.

- А у меня сестры и племянницы.

- Я старая.

- Тебе повезло, потому что я как раз геронтофил.

Все что я говорила рикошетом отлетало от Тимура. Ни один довод, ни один аргумент не работали в его лысой, упертой голове. И тогда я достала свой козырь, свой туз из рукава, полного комплексов, старых анекдотов и разрушающих мою жизнь установок.

- Тебя ни за что в жизни не примет моя семья.

- Отчего же? – Искренне удивился Тим. Кажется, такое ему даже не приходило в голову.

- Потому что ты не правильный еврейский мальчик с медицинским дипломом и скрипочкой. Я даже не представляю тебя у себя дома. Мои родители будут в шоке, а бабушка устроит настоящую истерику.

- Ну, знаешь ли, ты тоже не армянская девственница, о которой так мечтает моя мама!

- Что?!

- Что слышала. Жопа у тебя конечно наша фирменная, а вот нос до неприличия мал, и я вряд ли смогу убедить свою бедную матушку, что твои дети результат непорочного зачатия.

- А это уже… - от возмущения я стала задыхаться. Открывала рот и захлопывала его обратно, как рыба.

- Девочка, я просто хочу дать тебе понять, что не ты одна идешь на компромисс. У меня тоже есть своя история и свои мысли, как все должно быть. И я вот готов попытаться, просто попробовать. Вопрос в том, готова ли ты?

Я смотрела в черные, как омуты глаза. Эта темнота затягивала меня, я вязла в ней, путалась, погружалась все глубже и уже не могла выбраться. Потому что не хотела.

Тимур какой угодно: непривлекательный, неотесанный, неподходящий.

В нем все было слишком. Слишком напористый, слишком прямолинейный, слишком большой.

У него все было не так. Не такой статус, круг общения, работа и квартира.

И все это оказалось такой мелочью по сравнению с одним единственным «но».

Но мне с ним было хорошо. Так, как никогда раньше.

- А к черту, - прошептала я, и поцеловала его первой.

До хинкали мы так и не добрались. Впрочем, как и до десерта. Целовались как подростки, пока у меня не заболели губы, и не сбилось дыхание, будто такое вообще возможно. В жизни, не в фильмах.

Когда Тимур выбежал в ресторан, чтобы забрать заказ с собой, я долго-долго прятала горячие от стыда щеки в ладонях.

Мамочки, что ж я делаю? И зачем остановилась, если мне так хорошо?

Одним щелчком я откинула зеркальце, чтобы посмотреть на свое румяное и счастливое лицо. Глаза блестят так, будто я только что в лотерею выиграла. И почему-то хочется улыбаться.

Я бы могла долго разглядывать перемены в собственном отражении, если бы не вернувшийся Тим. Вместе с ним были три шелестящих пакета и крышесносный запах.

- С собой заберешь, - он произнес это так, что почти расхотелось спорить.

- Может, пополам разделим?

- Еще предложи счет разделить. Не может. Девочка, тебе нужно есть, и не только свекольную ботву, но еще и мясо, крупы, клетчатку, жиры.

- Да ем я, ем, просто это же… хинкали?

- От хорошей еды не поправляются, поправляются от недостатка сна, активности и нервов. И я молчу, что твоя идея с похудением полный бред! Ты отлично выглядишь, Насть.

- Та да, но попа… - я смущенно опустила лицо вниз, прямо на пакеты у меня на коленях. Черт, пахнет так, что рот автоматически наполнился слюной.

- Попа есть и, слава Богу! - Парировал он.

Спорить с лысым было глупо и как-то незачем. Я положила ладони на тепленькую упаковку с вкусняшками и замолчала, чтобы не говорить ему под руку.

С Тимуром как-то не хотелось конкурировать, и даже подумалось, что можно наконец отстегнуть яйца и повесить их на гвоздь в стене. Неужели, так бывает в отношениях? Никогда бы не подумала, что можно просто не париться, не волноваться, не контролировать.

И я даже не стала спорить, когда меня просто подвезли до дома и проводили к крыльцу.

- Зайдешь?

- Нет, - Тимур нежно-нежно поцеловал меня в губы.

Они до того обветрились, что на завтра появятся сухие корки и кожу стянет неприятной болью.

Но это только завтра, сегодня же мне хотелось нежности и любви.

Тимур бережно погладил меня по спине, приобнял, так, что мы чуть ли не стукнулись носами. Широко раскрыв глаза, я наслаждалась тем, как красиво он смотрит на меня. Как будто я ему действительно нравлюсь.

- Я не хочу спешить, Настя. Пускай все случится… правильно?

- После свадьбы, - от стресса я глупо шучу. Не знаю, зачем это ляпнула, просто сказала и все. Я уже хотела объяснить, что это шутка, и я не собираюсь второй раз замуж, мне бы с первым разобраться, но Тимур улыбнулся и ответил:

- После того как я надену свои парадные трусы. У мужчин они тоже есть. Не хочу пугать тебя своими шароварами в клеточку.

- А у меня хлопковые в горох, - губы непроизвольно растягивались в ответной улыбке, как у городской сумасшедшей.

- Обожаю горох.

Мы могли бы долго стоять на пороге и нести всякую чушь, но я стала зевать. Тимур нехотя разжал объятия, чтобы выпустить меня на волю. Уходить от него было грустно, будто я расставалась с кем-то значимым.

Дома я закинула пакеты в холодильник. Желудок пусть переваривает тех дурацких бабочек, которые летают у меня в животе и щекочут меня изнутри. Есть не хотелось вообще, а голову кружило от эмоций.

После душа я сначала схватилась за телефон и только потом за полотенце.

От Тимура пришло два сообщения.

Он доехал, и он уже скучает.

Я на это ничего не ответила. Пускай не зазнается и не решит, что так просто меня завоевал. Ага, особенно логично это было после того, как я позвала его домой. Явно не на чай с ватрушками.

Хотя нет, ватрушка все-таки была. Рука непроизвольно легла на мягкий как тесто живот и сжала бок. Не то чтобы я стеснялась своей фигуры, но… а и к черту! Тимур не только видел меня в обтягивающих лосинах, он знает, сколько я вешу! Не с моих слов, а прям видел эту цифру своими глазами! Если он не идиот, то догадывается, что это не чистые мышцы и стальной рельеф.

А если идиот, значит, найду кого-то поумнее.

Наконец я забралась под одеяло. Телефон снова загорелся, но на этот раз писала моя бабушка.

«Твой оболтус у меня. Будет проситься назад – не пущай. В глазах ноль раскаяния. Сейчас его накормлю, а завтра буду с дурака порчу снимать, это ж надо такое отчебучить».

От сердца сразу отлегло. Я хоть и злилась на Никиту, волноваться от этого меньше не стала. И знать, что твой ребенок пришел к бабушке куда лучше, чем искать его по квартирам многочисленных знакомых. И с порчей она хорошо придумала, лишним не будет.

Главное, чтоб Никита заикаться не стал, когда ба начнет бить яйца об его дурную голову.

Совсем счастливая я выключила звук и засунула телефон под подушку.