Каролайн Пекхам – Обреченный трон (страница 138)

Я прикусила губу, так как улыбка натянула уголки моего рта, а Дариус бросил на меня взгляд, который говорил, что он затрахает меня нахрен, если у него будет хоть полшанса. И если выбирать мне, то с удовольствием дам ему такой шанс. Но звезды как всегда были занозой в моей заднице, и вместо Дариуса я собиралась провести ночь в постели его отца. Мерзость.

Двойные двери в дальней части зала резко распахнулись, и в комнату вошел Лайонел с Кларой и Вардом по обе стороны от него, на его губах играла ухмылка, которая говорила о том, что где бы он ни был, он ничего хорошего не замышлял. Стелла пристроилась на шаг позади них, стараясь не выглядеть обиженной стервой, но я провела достаточно времени рядом с ней, чтобы разглядеть это дерьмо. Она ненавидит, что он променял ее на ее же дочь. И я понимаю, что она права — это было довольно неприятно и достойно отвращения. Но и она жаждет занять место под его рукой, и хотя Стелла старается не подавать виду, я вижу ее дерьмо насквозь.

— Надеюсь, вы все провели прекрасный вечер, — обратился Лайонел, распахнув руки, чтобы охватить этим заявлением всех присутствующих. — Но уже поздно, и я уверен, что вы все хотите вернуться в свои дома к завтрашнему Рождеству.

Музыка резко оборвалась, и я обменялась взглядом с Дариусом, прежде чем смогла остановить себя, задаваясь вопросом, что послужило причиной такого внезапного окончания вечера. Конечно, было уже поздно и все такое, но Лайонел пропал на час или больше, и казалось странным появиться вновь только для того, чтобы сказать всем, чтобы они съебались.

Гости поспешили удалиться, другие Наследники помахали нам, следуя за своими семьями. Дариус выпрямился в своем кресле, когда Лайонел прорвался сквозь толпу, игнорируя всех остальных и направляясь прямо к нам.

— Все еще тоскуешь по моему Опекуну, как я вижу, мальчик? — спросил Лайонел, одарив Дариуса презрительным взглядом, когда он встал над нами.

— Я думаю, он ее люююююбит, — проворковала Клара, запрыгивая на стол и ставя босую ногу прямо на оставленный там чизкейк, не подавая виду, что это ее совсем не беспокоит.

— Любовь, — усмехнулся Лайонел, его верхняя губа оттопырилась. — Какая глупая затея.

— Разве любовь не должна побеждать все? — непринужденно спросил Дариус, которого, казалось, совершенно не волновало, что он приманивает чудовище.

Последние гости вышли, и Вард закрыл двойные двери, прислонившись к ним спиной и наблюдая за нами с голодным выражением на лице, которое могло предвещать только неприятности.

— Давайте проверим это на практике, не возражаете? — спросил Лайонел, щелкнув запястьем так, что копье теней вырвалось из его руки и ударило Дариуса в грудь, сбив его со стула и повалив на пол.

Я вскочила на ноги, задыхаясь от ужаса, но не успела двинуться дальше, как почувствовала на себе взгляд Лайонела.

— В чем дело, Роксания? — спросил он мягким тоном, побуждая меня посмотреть в его сторону.

Но я знаю, что мой страх за Дариуса написан на моем лице слишком явно, и мое сердце гулко билось, когда я не сводила с него глаз, наблюдая, как он корчится на полу под пытками, которые ему устраивали тени.

— Я задал тебе вопрос, девчонка, — прорычал Лайонел, и я потянулась к теням, когда страх толчком пронесся по моему телу. Я нырнула в них с головой и позволила им поглотить меня, а затем повернулась, чтобы посмотреть на него, и тьма разлилась по моему зрению.

Мои губы скривились в жестокой ухмылке, когда он наблюдал за мной, и я придвинулась на шаг ближе к нему, пытаясь придумать ответ, который он хотел услышать, и одновременно дрожа от проникшего в меня поцелуя тьмы.

— Я просто наблюдала за его болью, — сказала я с оттенком веселья в словах, хотя они и жгли мой язык желчью.

Лайонел рассматривал меня еще несколько секунд, протянул руку, зажав мой подбородок большим и указательным пальцами, и я посмотрела прямо в его глаза, оценивая меня.

— Никогда больше не колеблись, когда я попрошу тебя о чем-то, — прорычал он.

— Да, мой король, — согласилась я.

Его взгляд задержался на мне, затем он улыбнулся, от чего у меня отлегло от сердца из-за этой проклятой связи, но также я расслабилась, когда его внимание отвлеклось от меня.

— Вставай, — огрызнулся Лайонел на Дариуса, убирая тени с его тела, и его сын перекатился на четвереньки, пытаясь восстановить дыхание.

Я отчаянно хотела подбежать к нему, яростно ненавидя Лайонела, Клару, Стеллу и Варда, не имея равных ни одному другому чувству, которому я когда-либо поддавалась. В один прекрасный день я наброшусь на их задницы, как Феникс, и сожгу их всех дотла. Но до тех пор я ненавижу себя почти с такой же ненавистью за то, что стою в стороне и смотрю, как они причиняют боль стольким людям.

Дариус ухватился за край стола и поднялся на ноги, оскалив зубы на отца и пуская дым между губ.

— Ты гребаный трус, — прорычал Дариус. — Ты прячешься за тенями и за девушкой, которую ты привязал к себе против ее воли, и отказываешься сражаться со мной, как Фейри. Все здесь знают, что это потому, что я смогу победить тебя. И ты так чертовски боишься наступления этого дня, что продолжаешь создавать новые препятствия между нами. Но однажды я прорвусь и докажу, что твои страхи верны.

Лайонел зарычал в ответ, от него струился резкий запах дыма, когда он подошел ко мне сзади и положил обе руки мне на плечи, его хватка оказалась сильной, когда он крепко сжал меня.

— Думаю, тебе пора идти спать, мальчик, — промурлыкал Лайонел, и я нахмурилась, так как он не сделал ни единого замечания Дариусу за его слова. — Ты явно пьян, а остальные из нас устали.

Дариус хотел возразить, но я бросила на него умоляющий взгляд, уговаривая его не делать этого. Я не могу спокойно смотреть, как Лайонел мучает его, и я догадываюсь, что он понимает, о чем я прошу, поскольку он пробормотал несколько отборных ругательств и пошел прочь от нас.

— Проводи моего сына обратно в его комнату, Стелла, — приказал Лайонел. — Он явно пьян и ему нужно время, чтобы проспаться.

— Да, мой король, — промурлыкала она, мило улыбаясь, и рысью направилась за Дариусом к дверям.

Вард отошел в сторону, чтобы Дариус и Стелла могли выйти из комнаты, а Лайонел развернул меня, чтобы я посмотрела на него, когда дверь снова закрылась, и улыбнулся, как заботливый родитель, проведя пальцем по моей щеке.

— Какая ты умница, правда, Роксания? — мягко спросил он, снова поглаживая меня, а я ненавижу, насколько мне нравится, когда он так хвалит меня, и как наслаждаюсь теплом его рук на моей коже.

— Она не такая умная, как я, — пробормотала Клара, но Лайонел проигнорировал ее, улыбнулся мне, взял за руку и повел к выходу.

Я шла рядом с ним, когда мы подошли к Варду, и он ухмыльнулся мне, его глаза с кроваво-красными тенями, казалось, на мгновение вспыхнули тьмой, заставив мой живот завязаться от напряжения.

— Я все еще любимица, не так ли, папочка? — хныкала Клара, спеша за нами, а я раздраженно хмыкнула, позволяя дурацкой связи управлять моими реакциями, пока Лайонел вел меня через дворец к своим покоям.

— Ты все еще хочешь быть фавориткой, Роксания? — спросил он низким голосом, наклоняясь ближе, чтобы прошептать мне на ухо, его горячее дыхание коснулось моего носа и заставило мой желудок заурчать.

— Да, — заставила я себя сказать, но даже притяжение уз не облегчило мне произнесение слова.

— Тогда, возможно, тебе повезло.

Я едва не вырвала свою руку из его хватки при этом предположении, сумев удержаться от подобного, но все же вздрогнула достаточно сильно, заставив его укоризненно посмотреть на меня.

Я втянула в себя тени, стараясь не реагировать, надеясь, что он сочтет это непроизвольное движение не более чем мышечным спазмом.

Мы начали подниматься по спиральной лестнице в его покои, и мое сердце колотилось все сильнее с каждым шагом, который мы делали по направлению к вершине башни. Я выслушивала крики протеста Клары по поводу того, что он уделяет мне больше внимания, чем ей, с отчаянной надеждой, что их будет достаточно, чтобы заставить его уступить ей.

— Пора, Ваше Высочество, — объявил Вард, когда мы достигли его покоев, и я в замешательстве оглянулась на него, когда Лайонел втащил меня в огромную комнату на вершине Королевской башни.

Хотя, наверное, я должна была почувствовать облегчение от того, что этот гад последовал за нами внутрь. Лайонел не увлекается вуайеризмом, насколько мне известно, поэтому я сомневаюсь, что он планирует трахать кого-либо, когда Вард в комнате.

— Папочкааааа, — громко заскулила Клара, когда Лайонел подтолкнул меня, чтобы я встала в центре комнаты, а затем отступил назад, окинув меня критическим взглядом.

— Клара, если ты не заткнешься и не усвоишь свое место, я буду вынужден наказать тебя, — прорычал Лайонел. — И не так, как тебе нравится.

Клара казалась готовой к истерике, и мои глаза проследили за ее движениями, когда она повернулась и побежала к кровати, упав на нее с драматическими рыданиями.

— Сними платье, Роксания, — прорычал Лайонел, его взгляд был устремлен на меня, а Клару он и вовсе игнорировал.

— Что? — воскликнула я, переведя взгляд на Варда, который снова занял позицию у двери, жестокая ухмылка исказила его черты.

— Твое платье. Разве ты не хочешь доставить мне удовольствие? — с вызовом спросил Лайонел, и мне пришлось бороться с тем, чтобы не дать своему рту раскрыться, так как я слишком долго смотрела на него пустыми глазами, а между его зубов клубился дым. — Есть ли какая-то причина, о которой я должен знать, почему ты вдруг не хочешь показать мне свою любовь? — надавил он, и я быстро покачала головой.