Каролайн Пекхам – Обреченный трон (страница 122)

— Ну, ты можешь прятаться здесь, подальше от этой ведьмы, когда захочешь, — пробормотал он, заварив кофе и протягивая мне кружку. На ней был изображен маленький лучик солнца, проглядывающий сквозь облако, и я подумала, не был ли этот сервиз маминым.

— Спасибо. — Я дунула на кофе, чтобы чем-то себя занять, но, несмотря на то, что я ввалилась к его голой заднице, это как-то не казалось таким неловким, как в последние пару раз, когда я бывала тут.

И на этот раз я хотя бы представляла, что сказать, дабы поддержать разговор. Что было немного грустно, поскольку раньше у нас никогда не было проблем с разговорами. Но открыться ему сейчас стало трудно, и я не уверена, что хочу, чтобы снова стало легко. Тори и Сет заронили семя в мою голову насчет Ориона, и с каждым днем оно становилось все больше и больше. Учитывая все, что я знаю о причинах его поступков, как я могу вечно злиться на него? Особенно после всего, через что он прошел. Он был достаточно наказан за всё это. Но мысль о том, чтобы простить его, открывает еще больше вопросов, с которыми я не готова столкнуться. Даже если я признаюсь, что все еще люблю его, что тогда? Он хочет, чтобы я жила дальше. Он не видит для нас будущего. Он достаточно ясно дал это понять. Какая неразбериха.

— Есть шанс, что ты захочешь помочь мне с другим заклинанием? — спросила я, надеясь, что мы сможем сосредоточиться на этом на некоторое время и держаться подальше от неудобной территории, вроде нас.

— Конечно, — сказал он, потягивая свой кофе и наблюдая за мной поверх него. — Чему Медовая Высотка не смогла научить тебя на этот раз?

— Левитации, — вздохнула я. — Я могу перемещать небольшие предметы, но она не разрешает мне практиковаться на предметах больше пяти килограммов в классе, ибо ученики в конце класса не «способны». Но даже когда я пробую самостоятельно, я не могу понять, что к чему. Тори сказала, что расскажет мне о том, что показала ей эта сучка, когда у нас появится шанс, но трудно найти время, когда она все время притворяется, что ее контролируют тени.

Он сердито нахмурился, поставил свой кофе на стол и пригласил меня подойти.

— Иди сюда.

Я тоже поставила свою кружку, подошла к нему, и от его тела исходил аромат корицы, от которого у меня перехватило дыхание. С каждым днем я все больше скучала по этому запаху. Однажды Макс нашел меня рыдающей в своей комнате во дворце в куче одежды Ориона, которую я заставила Дариуса отдать мне. Его запах наконец покинул их, и я поняла, что это конец. Это был последний раз, когда я чувствовала его запах. Но оказалось, что я ошиблась. И я не уверена, какая участь хуже. Иметь его так близко, зная, что он никогда не будет моим, или никогда больше не быть рядом с ним.

— Повернись, — приказал он, и я сделала это, когда он приблизился ко мне сзади. Он поднял мою правую руку, направив ее к дивану, и его дыхание на моем плече определенно не отвлекало. — Левитация — это игра разума. Ты можешь поднять только пять килограммов, потому что веришь, что можешь поднять только пять килограммов. Хайспелл специально сдерживает тебя, обучая этому заклинанию таким образом, — сказал он яростным тоном.

Гневное рычание покинуло меня, когда я осознала это.

— Ты действительно веришь, что принцесса Вега может поднять только пять килограмм? — спросил он мне на ухо, заставив мурашки пробежаться по моим рукам.

— Нет, — ответила я, поднимая подбородок.

— Ты можешь поднять гору, Голубок, — пробормотал он, и я почувствовала, как его вера в эти слова проникает и в меня.

Он направил мою руку к дивану, а затем отпустил ее, предоставив мне выполнить работу. Я прижала большой палец к ладони, призывая магию к краям своей кожи, и сосредоточилась на мебели передо мной. Я позволила вере Ориона в меня и моей вере в себя наполнить меня до краев, не оставляя места для сомнений.

Я могу сделать это.

Магия покинула меня волной, и я отпрянула назад, когда она столкнулась с диваном, удерживая силу прикрепленной ко мне, как я училась, контролируя ее. Диван приподнялся на фут от пола, я задохнулась от восторга, магия хлынула из меня, и вся мебель в комнате начала подниматься, присоединяясь к дивану. Кровать, журнальный столик, даже картины на стенах. Все в комнате парило, и это было легко, легче, чем заставлять себя поднимать крошечный груз по одному за раз и бояться, что это все, что я смогу сделать. Именно так должна проявляться моя магия. Свободно и с полной, абсолютной верой.

Я со смехом повернулась, обхватила Ориона за шею, и он крепко притянул меня к себе. Мое сердце пыталось вырваться из груди, когда я вспомнила, каково это — снова оказаться в его объятиях, и отстраниться почти невозможно. Но я все-таки отстранилась. Я отступила назад, разворачиваясь и возвращая все на свои места.

— Ты не ответила на мой вопрос, — мрачно сказал Орион, и я села на диван, взяла свой кофе и хмуро посмотрела на него.

— На какой вопрос?

Он провел рукой по густой щетине на челюсти и опустился на стул напротив меня.

— О Волке, спящем в твоей кровати.

Мое нутро сжалось, и я выждала несколько лишних секунд, попивая свой кофе, прежде чем ответить.

— Кто тебе это сказал?

— А разве это имеет значение? — ответил он.

— Чертов Дариус, — пробормотала я.

— Ты сказала, что вы не вместе, — сказал он, и я вздохнула, не желая снова вступать в спор.

— Мы не вместе. Он просто иногда спит со мной, — сказала я так просто, но, наверное, так не кажется.

— И целует тебя на поле для питбола? — прорычал он, и у меня буквально отпала челюсть.

— Откуда, черт возьми, ты об этом знаешь? — задохнулась я, но его зубы сомкнулись. Черт бы побрал Дариуса. — Он поцеловал меня, потому что пытался… — Я остановила себя, не желая выдавать секрет Сета о Калебе. — Он просто хотел заставить кое-кого ревновать, вот и все.

Его челюсть сжалась, когда он уперся локтями в колени.

— Тебе действительно нужно лгать мне?

— Я не лгу, — с недоверием ответила я, мой тон становился все жестче, так как мне не удавалось сохранить спокойствие.

— Ты солгала о нас, так почему не о нем? — бросил он мне, и возмущение ударило меня, как удар в грудь.

— Мне пришлось солгать о нас, — прорычала я, и он выдохнул.

— Ради всего святого, получилось не так. У тебя ведь тоже есть причины врать о нем. Есть закон, запрещающий Фейри разных Орденов встречаться, твоя сестра может не одобрить и…

Я в ярости вскочила с места.

— Я говорю об этом в последний раз, Лэнс. И если ты мне не веришь, то это твои проблемы. Но я не с Сетом Капеллой. И я больше никогда не совершу ошибку, солгав своей сестре.

Мой атлас зазвонил, прежде чем он успел ответить, и я достала его, обнаружив, что звонит Габриэль. Я ответила, прижав трубку к уху, и поднялась со своего места, когда мой желудок опустился.

— Эй, все в порядке? — спросила я, обеспокоенная тем, что он мог увидеть что-то плохое.

— Все хорошо, Дарси, можешь включить громкую связь? Лэнсу тоже нужно это услышать.

Чертов экстрасенс. Мне интересно, как много он иногда видит про меня. Неужели он может узнать, где я нахожусь, просто обратив свой разум ко мне? Возможно.

Я нажала на кнопку громкой связи, убрав атлас от уха, и Орион с любопытством нахмурился.

— У меня было видение, — сказал Габриэль взволнованным голосом. — Возможность. Мы не должны ее упустить.

— Что такое, Нокси? — Орион поднялся со стула и встал передо мной, так что атлас оказался между нами.

— Лайонел устроит вечеринку во дворце в канун Рождества, — сказал он. — И у меня будет шанс попасть внутрь и воспользоваться креслом в комнате королевского провидца в ту ночь. Звезды дадут мне эту единственную возможность воспользоваться им, хотя официально я не ношу этот титул.

Я втянула воздух.

— Замечательно.

— Да, — сказал Габриэль. — И я думаю, что в это же время у нас может появиться и другая возможность…

— Например? — спросил Орион.

— Стелла будет на вечеринке, а это значит, что вы двое сможете попытаться попасть на ее территорию. К сожалению, я не вижу, как именно это может получиться, у нее там все еще находятся Нимфы, и они скрывают их от меня с помощью теней.

— Почему мы? — спросила я, взглянув на Ориона, а затем снова на атлас.

— Потому что вы единственные, кого не пригласят на вечеринку. Кроме того, ты можешь снять защиту, Орио, и Дарси, ты знаешь, где искать шапку Диего.

Мое сердце забилось сильнее, и адреналин хлынул по венам, когда я признала его правоту.

— Ладно. Черт, давай сделаем это. — Я посмотрела на Ориона с ухмылкой, и он ухмыльнулся мне в ответ.

— Я поговорю с вами завтра, — сказал Габриэль. — Луна взошла.

Он повесил трубку, и я повернулась, устремив взгляд в окно, моя улыбка расширилась, когда лунный свет разлился по патио.

— Да, блядь. — Орион бросился прочь, схватив дневник из ящика тумбочки, а я трусцой побежала к двери, открыв ее как раз перед тем, как Орион пробежал мимо меня, поймал за руку и на скорости потащил за собой.

Он усадил меня за столик во внутреннем дворике и опустился рядом со мной, положив дневник перед нами. Я начала накладывать на нас заклинание сокрытия, а Орион помогал, пока мы не оказались полностью скрыты, затем он одарил меня улыбкой, вызывающей привыкание.

Он открыл дневник, и луна осветила страницы. Свет мерцал на них, и слова появлялись темным, вихрящимся почерком.