Каролайн Пекхам – Бессердечное небо (страница 95)
— Не все, — вклинился Орион, уступая моему желанию поставить перед ними эту задачу. — Нам нужна информация о драгоценных камнях для Весов, Скорпиона, Стрельца, Козерога, Водолея и Рыб.
— Оки куки караоке. — засиял Юджин, а Орион жестко кивнул, повернувшись к Лайни.
— Мы здесь по срочному делу. Отведи нас в секцию по темной магии, мы не можем больше терять время, — грубо произнес он, его терпение явно было на пределе.
— Пожалуйста, — добавила я.
Лайни быстро кивнула, пробормотав извинения, и кивком головы предложила нам следовать за ней. Кэндис помахала нам на прощание, и я поблагодарила ее и ее друзей за помощь, когда Орион поймал меня за руку и повел за собой вслед за Лайни.
— Раздел темной магии находится в лабиринтах, — сказала Лайни, проведя нас через каменную арку в другую часть библиотеки.
Это место было огромным. Куда бы я ни посмотрела, везде было много книг, много полок, много красоты. Мы прошли по маленькому мостику над журчащим ручьем, затем подошли к большой двери, черной, как железо, и закрытой на засов. Лайни прижала руку к центру двери, и из-под ее ладони вырвалась магическая искра, которая засияла на двери и заставила засов отодвинуться с громким лязгом.
Двери расступились перед нами, и из темноты шагнул огромный человек. Его голова была превращена в голову быка с огромными рогами, загибающимися вверх, а его человекоподобное тело было огромным, возвышающимся надо мной, с темно-коричневым мехом, покрывающим его кожу. Минотавр поклонился мне, и Лайни жестом пригласила нас присоединиться к нему.
— Арнольд отведет вас в секцию темной магии. Никогда не отходите от него, иначе вы заблудитесь здесь, а мы никогда вас не найдем. Только Минотавры знают дорогу в эту секцию. Так мы защищаем самые опасные знания в этой библиотеке.
Мы двинулись вперед, присоединяясь к Арнольду, и он издал глубокое «му», а затем повернулся и повел нас прочь в темноту. Мы поспешили за ним, когда звук захлопнувшейся за нами двери эхом разнесся по туннелям впереди нас.
Мой пульс затрепетал, и я тут же зажгла Свет Фейри, отгоняя тени. Арнольд, очевидно, не испытывал проблем со зрением, но он не стал возражать против моего заклинания, ускорив шаг и свернув в узкий проход, который теснил нас с обеих сторон.
Чем дальше мы шли, тем холоднее становился воздух, земля ускользала из-под ног по мере того, как мы спускались все глубже в землю, а когда мои пальцы коснулись стены, я ощутила сырость на ее поверхности.
Проходы резко поворачивали влево и вправо, пока мы шли по лабиринту, я уже потеряла чувство направления. Арнольд никогда не замедлял темпа, а иногда поворачивал так быстро, что Орион со своей вампирской скоростью подгонял нас вперед, чтобы мы не отстали. В конце концов, один из проходов открылся в темную пещеру, которая заставила мое сердце биться быстрее.
Над нами возвышалась крыша, а под нами весь пол обрывался в бездну, на которую было страшно смотреть. Мы стояли так близко к краю, что я поняла: если кто-то слишком резко повернет из этого туннеля, он упадет прямо насмерть в темную пропасть внизу.
Поперек нее простиралась узкая платформа, в центре которой стоял пюпитр из какого-то темного металла. На нем лежала белая книга, страницы которой были открыты и пусты. Арнольд повернулся и жестом показал мне, чтобы я подошла к книге на этой смертоносной платформе, и мои брови выгнулись дугой.
— Что это? — спросил Орион.
Глаза Арнольда метнулись к нему, затем ко мне, после чего опустились на землю.
— Я не могу говорить с ним, миледи.
Рычание подкатило к моему горлу, но у нас нет лишнего времени, чтобы тратить его на попытки оправдать имя Ориона перед каким-то случайным Минотавром. И один взгляд на Арнольда сказал мне, что даже пытаться не стоит.
— Тогда скажи мне, — попросила я.
Арнольд кивнул, в его глазах читалось извинение, когда он повернул свое массивное тело ко мне, расположившись так, что оказался спиной к Ориону, словно даже взгляд на него причинял физическую боль.
— Эта книга — пропуск ко всем темным книгам, которые мы здесь храним. Тебе нужно только попросить то, что ты ищешь, и книга предоставит тебе все, что может пригодиться.
— А что, если мы не знаем, что ищем? — прорычал Орион.
Арнольд перевел взгляд на него, потом снова на меня, на его бровях выступили капельки пота.
— Скажи мне, — разочарованно попросила я, и Арнольд кивнул.
— Вы должны стараться быть как можно более точной, когда думаете о том, что вам нужно, миледи. Если есть что-то, что вам нужно, но вы не можете найти, я постараюсь помочь вам, чем смогу. Когда вы здесь закончите, позвоните в колокольчик, и я приду за вами — или вы можете позвонить, если вам понадобится моя помощь. — Он указал над моей головой, и я посмотрела на бронзовый колокол, висящий над входом, с длинной веревкой, свисающей с него.
Вдалеке раздался звук колокольчика, и Арнольд громко замычал в ответ, после чего устремился в туннели, звук его копыт, стучащих по каменному полу, доносился до нас, пока он шел.
— Хвала небесам, он ушел, — пробормотал Орион, выходя на платформу и направляясь к зловеще выглядящей книге.
Я последовала за ним, глядя на ужасающее пространство внизу, и даже осознание того, что я владею магией воздуха, как-то не успокаивало меня. Мне стало интересно, насколько глубока эта яма, не обваливается ли она в земной котлован, и мой желудок скрутило от этой мысли.
Я присоединилась к Ориону на платформе, глядя вниз на белую книгу. Вблизи было видно, что обложка книги сделана из белого стекла, и, когда Орион провел по ней большим пальцем, один взгляд на его выражение лица сказал мне, насколько ценным было это вещество.
Орион пролистал пустые страницы, прежде чем посмотреть на меня.
— Лучше тебе спросить об этом, Голубок, — подсказал он, отступая в сторону, чтобы я подошла еще ближе к книге. — Вспомни все симптомы, какие только сможешь.
Я медленно вдохнула, сосредоточившись на чистом листе перед собой и вызывая в памяти все мрачные чувства, которые цеплялись за мою душу, когда я упала с неба в храме. Удерживая эти ужасные чувства, я мысленно сформировала вопрос и крепко зажмурилась, а затем произнесла его вслух. — Какие теневые проклятия могут украсть магию Фейри?
Темные чернила расцвели на страницах, словно дождь, пролившийся с неба и запятнавший книгу словами. Список проклятий собрался на странице, и под каждым был написан один абзац.
Орион придвинулся ближе, читая их, и взглянул на меня краем глаза.
— Что-нибудь из этого кажется знакомым? — обеспокоенно спросил он.
Я прочитала каждую из них, от проклятия, которое вызывало гниение кожи, до другого, которое разъедало кости изнутри, пока ты не терял способность ходить. Но потеря магии казалась побочным продуктом этих проклятий, чем-то, что происходило на последних стадиях перед неизбежной смертью Фейри.
— Нет, — сказала я. — Ничего из этого. — Что было чертовски приятно, потому что некоторые из этих проклятий звучали как ужастик.
— Тогда спроси еще раз, — надавил Орион. — Будь более конкретна.
Я кивнула, пытаясь придумать новый вопрос, который поможет мне получить ответ.
— Какое теневое проклятие может наполнить меня яростью и лишить возможности использовать магию?
Страница снова стала пустой, пока новые чернила не начали растекаться по ней, но на этот раз их было меньше. Я покачала головой, глядя на появившийся текст, в котором подробно описывалась анатомия какого-то теневого зверя, темного растения, которое могло прорасти в тебе корнями и вывернуть тебя наизнанку, и теневого червя, который мог зарыться в твой череп и свести тебя с ума.
— Мы что-то упускаем, — сказала я Ориону, подняв на него глаза, когда складка образовалась между моими бровями. Он протянул руку и прикоснулся к моей щеке, в его глазах горел огонь.
— Ты можешь это сделать, Голубок. Мы пробудем здесь, пока ты не справишься.
Дрожь пробежала по мне, когда я кивнула, вернув взгляд к книге и начав задавать ей вопрос за вопросом, ища ответ, который мы так отчаянно ищем.
— Давай подойдем к делу более обобщенно, — сказала я после часа попыток и неудач в поисках того, что нам нужно. Орион кивнул в знак согласия, его волосы взъерошились от того, сколько раз он провел по ним пальцами.
— Как тени могут влиять на магию Фейри? — спросила я.
Перед нами появилась целая страница, и я заинтересованно нахмурилась, наклоняясь ближе и читая текст.