Каролайн Пекхам – Бессердечное небо (страница 42)

— В этом нет ничего постыдного, — сказала она, и Ксавьер посмотрел на нее с надеждой в глазах.

— Правда? — он посмотрел на меня, потом снова на нее. — Ты по-прежнему такая? — с надеждой прошептал он, и я разразился смехом.

— О, эм…, - сказала она, прикусив губу, но потом тоже рассмеялась, ее глаза встретились с моими, когда я одарил ее грязной улыбкой.

— Ладно, я понял, — пробормотал Ксавьер, его уши порозовели, когда он поджал губы, глядя на нас.

Сет тоже стал смеяться, что сразу же превратило ситуацию в невеселую, когда он поймал мой взгляд и кивнул. Моя улыбка померкла, и я злобно зыркнул на него, схватив Голубка за руку и притянув ее к себе.

— Ноги Дарси раздвигаются легче, чем арахисовое масло, когда дело касается тебя, правда, Лэнс? — Сет вскинул брови, а я в ответ оскалил клыки.

— Заткнись, Сет, — прорычала Дарси и на мгновение остервенело бросилась на него, как разъяренная тигрица.

Я удивленно посмотрел на нее и увидел, что ее черты лица исказились в оскале, и я ухмыльнулся своему карманному монстру, прижимаясь к ней. Хотя, возможно, мне стоит разрешить ей наброситься на шавку со всей дикостью.

«Ну что, детка, хочешь, я перекинусь, и ты сможешь гоняться за моим пушистым хвостом?» Сет вильнул задницей в ее сторону, когда она снова набросилась на него, и я решил, похуй на все, и отпустил ее. Она с рыком набросилась на него, а я, скрестив руки, наблюдал, как она беснуется, повалив его на землю порывом воздуха, от которого он взвизгнул, как щенок. Он использовал лозу, сваливая ее с ног, и она упала на спину в снег, а он с возбужденным рыком прыгнул на нее, запустив ей в лицо целую пригоршню снега.

— Эй, — рявкнул я, когда Ксавьер удивленно уставился на меня, но моя девочка тут же подняла своей магией большой шар снега, на секунду подвесив его над ним, затем опустила его на его голову, как шапку, и со смехом придала ему форму члена, соорудив пару шариков над его лицом.

Его приглушенный возглас донесся из-под снега, когда он скатился с нее и вцепился руками в снежный член, пытаясь отодрать его от своего лица.

Я усмехнулся его отчаянной борьбе, наклонился, помогая Дарси встать на ноги, и поцеловал ее в прохладную щеку.

— Умничка, — сказал я, не удержавшись от похвалы, как на уроках в Зодиаке. Я наполовину испытал искушение дать ей несколько баллов Дома за такой прием.

Она прижалась ко мне на секунду, тяжело моргая, и я нахмурился, проводя пальцами по ее волосам, смахивая с них налипший снег.

— Ты в порядке? — спросил Ксавьер, подходя ближе под Свет Фейри Дарси, который до сих пор парит над нами, слегка мерцая, будто ее магия ослабевает.

— Она монстр, — сетовал Сет, поднимаясь на ноги, задыхаясь от холода и ухмыляясь, как маньяк. — Она охуенно крута.

Дарси улыбнулась, и мое беспокойство улетучилось, когда от ее кожи поднялось тепло, а пар закружился вокруг ее волос, растапливая остатки снега на теле.

Мое внимание привлекло какое-то пятно и звук, и я обернулся за секунду до того, как появился Калеб с Дариусом на спине, а Макс и Тори неуверенно балансировали на каждой из его вытянутых рук.

— Я же говорил, что сумею разом вас всех унести, — сказал Калеб с наглой ухмылкой, опуская их на ноги.

— Ты чуть не сломал мне ногу, когда ударился о стену, чувак, — сказала Тори, разжигая огонь в своих руках, дабы согреть их.

— Ключевое слово «чуть», — уточнил Калеб, а Сет захихикал.

Дариус с вызывающей ухмылкой ударил Калеба по почкам.

— Если ты сломаешь ей ногу, я разобью твое красивое лицо.

— Ты вечно завидуешь моей смазливой мордашке. Любой предлог, лишь бы избавиться от конкурентов, верно, Дариус? — издевался Калеб, а Дариус толкнул его, но благодаря своей легкой поступи Калеб просто обошел его и оказался рядом с Сетом.

— Джерри обещала встретиться с нами, — сказал Макс, глядя на свой атлас, в его глазах искрилась надежда, когда он оглянулся через плечо, словно она могла появиться в любой момент.

— Когда ты уже пригласишь ее на свидание, парень? — спросил Калеб.

— Я приглашал ее на свидание уже раз пятьдесят, — с досадой сказал Макс. — Она просто начинает называть меня глупым сибасом или еще каким-то дерьмом, а потом переходит на какой-то морской язык, который я просто не понимаю, но это так меня заводит, что даже не могу сосредоточиться.

Тори и Дарси переглянулись, а затем засмеялись.

— Что? — воскликнул Макс. — Вы двое знаете что-то об этом рыбьем языке, чего не знаю я?

— Без понятия, чувак, — сквозь ухмылку ответила Тори. — Но это чертовски уморительно.

— Похоже, ей понравилась рыбка, так что думаю, это ласка, — задумчиво предложила Дарси, и лицо Макса от этого просветлело.

— Я знаю, что она хочет меня, только не знаю, хочет ли она меня, желает ли меня, понимаете? — вздохнул Макс.

— Пробовал спрашивать у нее? — предложил я.

— Да, слушать советы парня, который трахнул студентку, сел за это в тюрьму и в настоящее время опозорен, не кажется лучшей идеей, но все равно спасибо, чувак, — небрежно сказал Макс, и я сжал челюсти.

— Не будь сволочью, — прорычал Дариус, но мне похуй. Из-за неприязни Наследников я потерял бы столько же сна, сколько потерял бы, если бы выпил десять усыпляющих снадобий и улегся на пушистое облачко.

— Может, тебе стоит попробовать тлеющего Капелла, — предложил Сет.

— И что это за хуйня? — спросил Макс, пристально глядя на него.

— Ставлю обе свои руки на то, что он только что это придумал, — сказал я.

— Нет уж, это мой силовой прием, — настойчиво заявил Сет. — Наполовину окуривание, наполовину соблазнение. Давай, Кэл, я покажу им, как оно работает. — Он потянул Калеба за рубашку, увлекая его в свое личное пространство, и все наблюдали за ними с восторженным вниманием.

— Что ты делаешь? — пробормотал Калеб себе под нос.

— Сейчас увидишь, — сказал Сет, наклонившись ближе, так что они оказались нос к носу, а затем перевел взгляд на рот Калеба. Сет смочил губы, в его глазах плескалось желание, а его рука пробежала по груди Калеба, его взгляд не отрывался от друга.

Мне вдруг показалось, что я наблюдаю за чем-то личным, и я взглянул на Дарси: ее глаза заинтригованно метались между ними.

Рука Калеба на кратчайшую секунду опустилась на талию Сета, словно он собирался притянуть его ближе, но потом отпихнул его на шаг назад и провел той же рукой по его волосам, слегка рассмеявшись.

— Чувак, отвали, это дерьмо может сработать на твоей стае, но не на мне, — пренебрежительно сказал он, и клянусь, Сет издал небольшой скулеж.

Что, черт возьми, произошло? Ах да, мне же похуй.

— Может, теперь займемся дневником? — взволнованно предложила Дарси, подняв на меня глаза, и все обратили на нее внимание.

— Подождите меня, дорогие приятели Берроу! — Голос Джеральдины звучал над снегом, пока она скользила к нам по льду, который проложила под ногами, и грациозно остановилась рядом с Максом, ее светло-каштановые волосы развевались вокруг плеч на ветру.

Я покрутил пальцем в воздухе, и вокруг нас возникла ледяная стена, позволяющая нам уединиться. Дариус развел огонь на земле между нами, и место сразу же нагрелось, хотя я поддерживал лед твердым и прочным вокруг нашей группы, чтобы он не растаял.

Калеб начал расстилать вокруг мшистые сиденья, и я подавил желание закатить глаза. Неужели он должен превращать все вокруг в чертов дворец для своего удобства?

Я всё же сел на сиденье и раскрыл на коленях дневник отца, пока лучи луны освещали нас сверху.

Мы просидели так больше часа, пока я перечислял все силовые слова для Имперской Звезды, а Джеральдина записывала все, что та могла сделать, на чертовом папирусе, который создала с помощью магии земли, пользуясь пером из коры и наколдованными ею же органическими чернилами.

Тори и Дарси повторяли каждое слово за мной, хотя было видно, что Наследники тоже их запоминают, их лица были полны сосредоточенности. И я надеюсь, что это не означает, будто у них появились идеи воспользоваться звездой, если они вдруг завладеют троном. Она предназначена для Вега, и я ощущаю, как клеймо Гильдии Зодиака зудит под кожей предплечья при мысли о том, что кто-то другой воспользуется ее силой.

Я добрался до последней пустой страницы дневника и провел большим пальцем по чистому листу, пытаясь почувствовать хоть какое-то ощущение присутствия отца, печалясь, что для меня закончились его записи.

Джеральдина скрутила папирус и изготовила для него прочный деревянный футляр, после чего засунула его внутрь и плотно запечатала.

— Поистине, это была настоящая и чудесная ночь. Но мои сердцевинки устали, и мне нужно пожелать доброй ночи, дабы я смогла пойти и поухаживать за своей леди Петунией, пока не закончилась ночь.

— Почему я не могу ухаживать за твоей Петунией? — надулся Макс, и Джеральдина стукнула его по голове деревянным футляром.

— Потому что ты суетливая камбала, вот почему, мальчик Макси. Возможно, если бы ты больше думал о своем нолли, то мог бы поливать мою лужайку до конца дня. — Она подошла к ледяной стене, прорубила в ней дверь и ступила в ночь.

— Что такое нолли? — пробормотал Макс, отчаянно хмуря брови, но ни у кого не нашлось для него ответа.

— Это звездный знак? — неожиданно спросила Дарси, наклонившись ко мне, от нее исходил аромат клубники, словно сладчайшее искушение.

— Хм? — спросил я, настолько отвлеченный ее полными губами и большими глазами, что не смог ничего сделать, кроме как уставиться на нее. Она коснулась страницы, на которой все еще лежал мой палец, и я посмотрел вниз, обнаружив, что в верхней части листа появились два маленьких символа Близнецов.