Кармен Луна – Волшебная ферма попаданки, или завещание с подвохом (страница 8)

Я читала и чувствовала, как растёт моё уважение к этой Изольде. Она не была какой-то сумасшедшей ведьмой. Она была учёным! Экспериментатором! Она подходила к магии так, как я подходила к проектированию парка — системно, логично, изучая свойства каждого «материала».

И вот, наконец, я нашла то, что искала. Раздел «Искры и пламя».

«…простейший способ добыть огонь — использовать искроцвет. Сухие его лепестки вспыхивают от малейшего нажима. Но растёт он лишь на южных склонах Драконьих гор…» Мимо. У нас тут не Драконьи горы, а дракон собственной персоной, и он не выглядит так, будто готов поделиться цветочками.

«…можно использовать кремень и кресало, но для воспламенения трута требуется вложить в удар частицу своей воли…» Воли у меня хоть отбавляй, а вот кремня и кресала нет. Снова мимо.

Я листала дальше, и моё сердце сжималось от разочарования. Все способы требовали либо редких ингредиентов, либо специальных инструментов.

И тут я наткнулась на одну интересную запись, обведённую в рамочку.

«Пламенный мох. Растёт в очагах, где часто горел огонь. Сам по себе инертен. Но является прекрасным проводником для чистой магической энергии. Не требует ритуалов. Лишь прямого волевого импульса. Сосредоточься. Почувствуй. Прикажи».

А ниже приписка, сделанная, кажется, позже, другим почерком, более торопливым: «Дар крови двойственен. Младшая кровь — сочувствующая, она может успокоить, уговорить, спеть песню дикому зверю или растению. Старшая кровь — структурирующая. Она не просит. Она видит суть и строит, повелевает, создаёт и разрушает. Усмирение — удел младших. Созидание — право старших».

Я замерла. Младшая кровь. Старшая кровь. Элина — моя младшая сестра. Она поёт колыбельные и успокаивает. Значит, она — младшая кровь. А я… я — старшая. Но я же не родная сестра Элары! Я вообще из другого мира! Хотя… я в её теле. В теле старшей сестры.

— Что это значит? — спросила Элина, показывая пальчиком на запись.

— Это значит, — медленно произнесла я, и у меня от волнения пересохло во рту, — что, возможно, у нас есть шанс.

Я вспомнила про огромный камин внизу. Очаг, где часто горел огонь. Может, там есть этот мох?

— Сиди здесь, — приказала я сестре и, схватив кочергу, бросилась вниз.

Камин был чёрным, жутким и вонял старой сажей. Я бесстрашно залезла внутрь, разгребая кочергой мусор. И я его нашла! В одной из трещин между камнями рос пучок чего-то, похожего на сухой, рыжеватый мох. Я осторожно отковыряла небольшой кусочек и с победным видом вернулась наверх.

— Вот! — я показала свой трофей Элине. — Кажется, это оно.

Я положила сухой мох на каменный пол. — Так, что там было написано? «Сосредоточься. Почувствуй. Прикажи».

Ну, шикарно. Инструкция — проще не придумаешь. Для огня нужен встроенный Зевс, а у меня в комплекте только диплом о высшем образовании и ипотека.

Но делать было нечего. Я села на пол, уставилась на пучок мха и попыталась «сосредоточиться». Я представляла себе огонь. Яркий, горячий. Я вспоминала, как зажигала газовую конфорку у себя на кухне в Екатеринбурге. Я пыталась «приказать» мху загореться.

Ничего. Абсолютно. Мох лежал на полу и, кажется, насмехался надо мной.

— Не получается, — в отчаянии пробормотала я. — Наверное, это должна была делать Элара. Настоящая Элара. А я просто… пустышка.

Я сидела, понурив голову, готовая разреветься от бессилия.

И тут я решилась на последнюю, отчаянную попытку. Я закрыла глаза. И перестала пытаться колдовать. Я просто… посмотрела. Не глазами. А как-то иначе. Умом. Я представила этот мох не как пучок травы. Я представила его как… проект. Как систему.

И в этот момент произошло нечто невероятное.

Темнота за моими закрытыми веками взорвалась. Но не светом. А… схемами. Я увидела мох так, как видела чертежи в Автокаде. Он состоял из мириадов тонких, светящихся линий, переплетённых в сложную структуру. Внутри этой структуры были узлы — скопления спящей энергии. Я видела, как эти линии соединяются, как энергия может течь от одного узла к другому.

Это была не магия в сказочном понимании. Это была физика! Химия! Инженерная система!

Господи… это же… это же блок-схема! Входные данные, процесс, результат!

Я видела, что для запуска процесса, для высвобождения энергии, нужно было не «пожелать» или «почувствовать». Нужно было дать чёткую, системную команду. Замкнуть определённые «контакты» в этой схеме. Перенаправить потоки.

Мой мозг, привыкший к логике, к структурам и планам, взревел от восторга. Я поняла!

Не открывая глаз, я мысленно дала команду. Не «гори!», а «входной узел А-7 соединить с узлом Б-12, высвободить латентную энергию по вектору С». Это было так же просто и естественно, как составить смету.

И мох вспыхнул.

Да не просто вспыхнул! Он взорвался столбом чистого, белого, почти бездымного пламени высотой в полметра. Пламя было таким ярким, что осветило всю комнату, и таким горячим, что я отшатнулась, едва не опалив себе брови.

Я в шоке уставилась на огонь. Он не чадил. Он горел ровно, спокойно и очень жарко.

— Эли… — прошептала Элина, глядя на меня широко раскрытыми глазами. — У тебя тоже есть магия. Только она другая. Громкая.

Я посмотрела на свои руки. Потом на огонь. Потом снова на руки.

Магия. У меня. У Алины Соколовой. И она была не такой, как у сестры. Элина — музыкант, она уговаривает мир своей песней. А я… я, кажется, инженер. Архитектор. Я вижу структуру мира и могу её менять. И эта мысль была такой ошеломляющей, такой пьянящей, что я снова рассмеялась.

На этот раз это был смех не отчаяния, а чистого, безудержного восторга.

Первым делом мы вскипятили воду в треснувшей чашке. Это была самая вкусная вода в моей жизни. Потом я нашла плоский камень, нагрела его на нашем волшебном огне и зажарила на нём корень-пискун. Он пах печёной картошкой и чем-то сладким, ореховым. Мы разделили его пополам. Это был пир. Настоящий пир богов после всех наших мытарств.

Мы сидели у огня, в нашем забаррикадированном убежище, сытые и в тепле. Впервые за всё это время я почувствовала себя не жертвой, а… хозяйкой положения.

Когда Элина уснула, убаюканная теплом, я снова взяла в руки дневник прабабки. Но теперь я смотрела на него совсем другими глазами. Это была не книга заклинаний. Это был учебник. Техническая документация. Сборник чертежей и схем.

Я открыла страницу с описанием магического баланса фермы. Раньше это были просто слова. Теперь я видела за ними структуру. «Источник», «силовые линии», «узлы стабилизации»… Это была сломанная, разбалансированная система, которую нужно было починить. Отремонтировать. Провести полную реконструкцию.

Хорошо, Чешуйчатый, — мысленно усмехнулась я, глядя в пляшущее пламя. — Ультиматум принят. Только ты немного просчитался. Ты думал, что оставил здесь двух беспомощных девочек. А ты оставил здесь инженера с доступом к админке и маленькую фею, которая может уговорить систему не сопротивляться. Теперь у меня есть не только техническое задание, но и инструменты для его выполнения. Реконструкция начинается. И горе тому, кто встанет у меня на пути.

Огонь весело потрескивал, словно соглашаясь со мной. И я знала, что завтрашний день будет началом чего-то совершенно нового. Началом нашей войны за этот дом. И мы в ней обязательно победим.

Глава 8

Ночь прошла на удивление спокойно. Наверное, визит нашего чешуйчатого «арендодателя» распугал всю местную нечисть. А может, всё дело было в маленьком, но упрямом огоньке, который я поддерживала всю ночь, подкидывая в него щепки. Он горел без дыма, давал много тепла и, что самое главное, разгонял мрак. Он был моим личным, карманным солнцем. Моим доказательством, что я — не просто жертва обстоятельств.

Я проснулась до рассвета, выспавшаяся и полная решимости. Вчерашний страх никуда не делся, но теперь он был не парализующим ужасом, а злым, холодным топливом. Я посмотрела на спящую Элину, на наш убогий быт, и во мне проснулся не просто комендант общежития. Во мне проснулся менеджер проектов в разгар дедлайна.

Итак, Алина Викторовна, — мысленно обратилась я к себе, — проведём утреннюю планёрку. Задача «Огонь» выполнена. Статус: «Завершено». Задача «Еда» выполнена частично, ресурс нестабилен. Статус: «В работе». Следующая по приоритету задача — «Водоснабжение». Наша вчерашняя вода в треснувшей чашке почти закончилась. Нам нужен постоянный, надёжный источник. А это значит…

Я покосилась в сторону двери. Это значило, что нам снова придётся иметь дело с тем адским колодцем.

Я взяла дневник прабабки. Это была наша библия, наш устав и наш единственный СНиП. Я быстро нашла нужный раздел.

«Источник Жизни (колодец). Важнейший узел фермы. Питается от жилы чистого водного элементаля. Дух воды по имени…* — здесь было какое-то нечитаемое закорючистое имя, похожее на «Хлюп» или «Бульк», — …капризен, как дитя. Не выносит грязи, пренебрежения и громких криков. Обидевшись, портит воду, превращая её в ядовитую слизь. Любит чистоту, блестящие вещицы и тихие, мелодичные песни. Чтобы задобрить его, нужно очистить колодец от скверны, сделать подношение (что-нибудь блестящее, камушек или осколок стекла) и спеть ему песню. Лишь тогда он откроет жилу и даст чистую воду».

Я захлопнула книгу. План действий был ясен, как день. И он мне нравился. Он был логичным.