Карла Николь – Нежность и ненависть (страница 32)
– Сколько… сколько раз мне нужно повторить тебе, что я, черт возьми, человек. Превратить человека в вампира невозможно. Это невозможно, черт возьми…
– Джэ, пожалуйста, успокойся.
Я не могу успокоиться. Никто и никогда не смог бы этого сделать, услышав такую новость. Скорее, это имеет обратный эффект. Я прекращаю болтать, но думаю, что он окончательно свихнулся. Все они. Со мной что-то не так, но я не могу быть вампиром!
– Ты помнишь, что я сделал, чтобы тебе стало лучше?
– Что ты сделал? – повторяю я.
– Я…
Отводя взгляд, пытаюсь вспомнить, что было чуть больше часа назад. Я помню, как слышал голос Джуничи. Его запах. Его безупречный, чудесный аромат. Он говорил со мной, просил меня что-то сделать. Потом он дал мне что-то… что-то чудесное на вкус, точно такое же, как и его запах. Идеально чистое, кипарисовое и мятное. Джуничи в неразбавленном виде. Гиперболизированный.
Я снова нервно оглядываюсь на него.
– Ты мне что-то дал. Что ты мне дал?
Он смотрит на меня, кажется, целую вечность, как будто пытается вселить в меня тревогу.
– Мою кровь, Джэ. Ты пил мою кровь и теперь тебе лучше. Понимаешь?
Тишина. Я жду, когда он скажет мне, что шутит. Не нахожу это забавным. Он ничего не говорит. Я начинаю чувствовать себя безногим, поэтому снова падаю на стул. Мы оба долго молчим. В конце концов, я серьезно на него смотрю.
– Это не было похоже на кровь. – Это все, что я могу сказать. В свое оправдание, ваша честь, это не было похоже на кровь. Я никогда не пил крови (даже своей собственной – никогда не царапался и не ранился), но знаю, что на вкус она медная и соленая, как пенни. Однажды я лизнул пенни, потому что мне было любопытно. Сначала я почистил ее. Может быть, не стоило? Возможно, грязь – неотъемлемая часть органического опыта.
– Какой она была на вкус? – спрашивает Джуничи.
– Как… – Я никогда не произносил этого вслух, поэтому размышляю. – Точно такая же, как твой запах – как лес, но немного сладковатая. Чистая.
Джуничи ухмыляется:
– Это потому, что ты гребаный вампир.
– Как твоя кровь могла быть такой вкусной?
– Спасибо за комплимент. Ранговые вампиры обладают очень интуитивными чувствами, включая нашу способность уникальным образом воспринимать и чувствовать запах крови других вампиров. Лестно, что я для тебя нечто приятное.
Я качаю головой, не веря его словам. Никогда не говорил этого, но много думал о его запахе. Незадолго до того, как мне исполнилось тринадцать, мы переехали из Лондона в сельскую местность, недалеко от Бристоля. Это было волшебно по сравнению с городской суетой и шумом, а лес сезон за сезоном служил моей новой игровой площадкой. Коттедж, где мы жили, находился недалеко от поляны. Местность пышная и безмятежная, полная цветов, солнечного света, деревьев и жизни в весеннее время. Зимой она морозная и свежая, можно даже почувствовать запах блестящих снежных сугробов, покрывающих ландшафт.
Запах Джуничи напоминает мне о доме. Когда дом был уютным и безопасным. До того, как умерла мама, и там стало пусто и одиноко.
– Как насчет Нино и Харуки? – спрашивает Джуничи. – Как они пахнут?
Я пожимаю плечами.
– Очень хорошо. Совсем не неприятно.
– Ничего конкретного?
– Нет.
– Сора?
– То же самое.
– А как насчет Хисаки? – спрашивает он. – Кого-то рангового, но не соединенного.
Я задумываюсь на мгновение.
– Как черная лакрица. – Мне не нравится черная лакрица, воротит даже от ее запаха. Но я ничего из этого не говорю, потому что это кажется довольно грубым.
Джуничи еще раз игриво ухмыляется.
– Ты заставляешь меня нервничать, Джэ.
– О, ты нервничаешь? – Я раздраженно хмурюсь. – Я был человеком всю свою жизнь, а ты вскользь заявляешь, что я вампир, будто говоришь, что ужин уже готов. Но ты нервничаешь?
– Дело не во мне…
– Верно.
– Я понимаю. Но я нервничаю из-за момента, в который это произошло, и из-за нас двоих.
Я откидываюсь и смеюсь, потому что, честно говоря, не знаю, что еще делать, но я в замешательстве. Из-за нас двоих, что? Он придает этому большое значение.
– Хочешь покормиться?
Хмурясь, я смотрю вниз на стол, в свою пустую тарелку из-под супа.
– Нет.
– Тебе следует. Твоя кожа выглядела хорошо в ванной, но сейчас она снова немного не того цвета, и твои глаза не в порядке. Ты должен покормиться, раз уж ты пробудился.
– Нет, спасибо.
Он смеется.
– Боже. Ты все еще не веришь мне. Ты действительно сидишь здесь и не хочешь покормиться от меня? Тебе сейчас ничего не кажется привлекательным?
Я поднимаю голову и встречаю его взгляд. Я всегда хочу его. С той самой первой ночи, когда он пришел ко мне в квартиру, и хотя я вел себя как идиот, я хотел его. Прошла почти неделя с тех пор, как мы в последний раз занимались любовью. Возможно, я хочу чувствовать его вес на мне? Возможно, мне просто нужно хорошо потрахаться, а потом сходить на осмотр к человеческому врачу, который и расскажет, что на самом деле происходит.
А может… то, что случилось с моей матерью, происходит и со мной?
Нино снова появляется в кухне. Он выглядит чудесно в современном костюме цвета шалфея, который идеально дополняет его теплый цвет кожи и индивидуальность.
– Мне нужно успеть на поезд домой. Харука будет здесь завтра. Он сказал тебе?
– Сказал, – отвечает Джуничи, глядя на меня.
– Джун, ты остаешься? – спрашивает Нино.
– Остаюсь? – повторяет Джуничи, его взгляд, словно лазерный луч, направлен на мое лицо.
Я не уверен, хочет ли он этого, или я его обременяю, потому что очень хорошо знаю, как Джун относится к ранговым вампирам. Он рассказал мне о них и даже немного о Рене – своем чистокровном источнике, которого он практически ненавидит. Теперь он говорит, что я один из них. Я не верю в это, но представляю, как он убегает от меня, крича и размахивая руками, при первой же возможности.
Я не эгоист. Я знаю, как быть одному и как позаботиться о себе, но… это была тяжелая неделя, и я не хочу так скоро оставаться один. Не сейчас.
– Да, пожалуйста.
– Хорошо. – Усмехается Джуничи. – Его все еще нужно убедить.
Нино улыбается.
– Конечно, нужно. Мы же не просто сказали ему, что он на четверть немец, а попытались заверить, что он совершенно другой вид – будто он радостно пасся как лошадь, а теперь стал львом, и ему нужно есть мясо. Это большая перемена.
– Слышишь, Джэ? – Джуничи улыбается. – Теперь ты лев. Король джунглей. Вершина пищевой цепочки.
Я закатываю глаза. Я не чувствую себя львом. Чувствую себя неуклюжим человеком, чью тревогу усиливают два вампира, а тот факт, что я несколько дней не появлялся на работе, заставляет меня чувствовать себя еще и безработным врачом.
– Позаботьтесь о себе сегодня, Джэ, – говорит Нино. – Увидимся позже.
– Спасибо, Нино, – повторяю я. – За все, правда. И мне очень жаль.
– Я лидер вашего королевства и ваш друг. Я рад помочь вам. – Нино кивает Джуну, который, в свою очередь, машет рукой, прежде чем он проходит через парадную дверь и закрывает ее за собой.
Лидер королевства? Как неловко. Я опираюсь локтями на стол, потирая ладонями лицо. Боже, помоги мне.
– Ты готов снова покормиться?