Карл Шрёдер – Пиратское солнце (страница 8)

Она могла и лгать, но он-то видел, как его жена и не такое выделывала. Он решил пренебречь возможностью, что она не та, за кого себя выдает — до поры до времени.

— Добро пожаловать, — сказала она, крепко пожимая его ладонь.

— Но зачем тебе рисковать собой ради нас? — прямо спросил Дариуш.

— Затем, — сказала она, снова запустив двигатель, — что меня зовут Антея Аргайр, и я разведчик из внутренней стражи Вирги.

Прежде чем Чейсон успел сказать хоть слово, она поддала газу, и байк рванул прочь.

3

— Вопросы, вопросы, — смеялась их спасительница, когда они спустя час наконец остановились. Уже вовсю разгорелся день, но Чейсон не имел понятия, где они находятся. В туманном небе рябили фермы, похожие на зеленые облака, и сферические рощи фруктовых деревьев, с периодическими вкраплениями приземистых домиков, его пересекали многомильные тросы, служившие дорогами между городами-колесами. Их компания сбегала глубже в Формацию Фалкон, вместо бессолнечной — и пустой — зимы. Что удивляло.

Антея Аргайр уцепилась затянутым в кожу пальцем за одно из стремян байка — вот и весь ее контакт с машиной. Они зависли возле белой облачной стены, отделенные не одной милей от ближайшего твердого объекта. Чейсон и Дариуш присоединились к ней в невесомости рядом с байком, но Ричард Рейсс упрямо цеплялся за надежную осязаемость аппарата.

— Во-первых, — сказал длинноногий зимний призрак, — все вы спрашивали, в безопасности ли ваша нация. Могу сообщить, что да. Вы победили в пограничном конфликте со своим соседом Мавери. В вашей столице, Раше, творятся какие-то беспорядки, но я правда не знаю подробностей, так что не расспрашивайте меня.

— Отвечая на твой вопрос, юный сударь Мартор: мы идем глубже в Фалкон, потому что они ищут вас в стороне зимы — в противоположном направлении.

Дариуш нехотя кивнул.

— Что касается того, что вы пробормотали себе под нос ранее, господин посол: да, зимние призраки реальны, а не миф. И мы — вполне настоящие люди, хотя древние аниме-моды, которые делают нас с вами непохожими, заставляют всех сторониться нас и преследовать. Как вы — Слипстримеры, я — Паквеянка. — Она не сводила невозмутимого взгляда с Ричарда, пока тот не кивнул.

— У тебя есть еда? — прервал Дариуш. Она улыбнулась и потянулась за одной из седельных сумок байка.

— Я все гадала, когда ты спросишь об этом. Но что до вашего вопроса, адмирал: я действительно член внутренней стражи. Удивлена, что вы слышали о нас.

Чейсону хотелось выхватить хлеб у нее из пальцев. Вместо этого он позволил остальным взять себе первыми. Такой у командира долг — есть последним.

— Я встречался с одним из стражей на туристической станции Вирги, — сказал он. — Несколько месяцев назад.

У нее расширились глаза:

— Вы там побывали? Вы на редкость много странствовали.

Чейсон неприметно к ней присматривался, пока она разговаривала с другими. Он старался составить о ней суждение — в том же духе, как обычно делал с людьми, попавшими под его командование. Первое, что он заметил, это что самое экзотическое в ее внешности — глаза. Остальная часть лица, хоть и выглядела странно по-детски, не выходила за рамки нормы. Ее кожаный летный костюм типично меридианского^[1] фасона можно было купить где угодно в Слипстриме, Фалконе или Мавери. То же самое касалось летного шлема, байка и его сумок. Она говорила со слабым акцентом, но определить его не удалось.

Единственное, и разительное исключение составляли ее кожаные сапоги-таби^[2] на высоком каблуке (оба сапога изрядно побиты и поцарапаны). Шнуровка на них заходила чуть выше колена, а шестидюймовые каблуки из голубоватой стали были остро заточены. Это была не обувь. Это было оружие, и им хорошо попользовались.

Антея была почти шести футов ростом, но худощава, как человек, выросший в гравитации ниже стандартной, или который провел порядочную часть своей юности в свободном падении; с мускулистыми длинными руками и ногами. Груди — не так велики, чтобы ее свободная куртка их подчеркнуто обтягивала.

Она взглянула на него, и он поймал себя на том, что быстро отводит взгляд, прежде чем взял себя в руки. Проклятье.

— Расскажите-ка мне об этой внутренней страже, — сказал он, когда остатки хлеба добрались наконец и до него. — Мне говорили, что вы защитники Вирги — мира в целом. Защитники от чего?

Она ухмыльнулась, отчего уголки ее овальных глаз приподнялись, придавая ей почти демоническое выражение.

— Знаете, я даже в том, что мы существуем, большинство людей не могла убедить. Рядовой парнишка-фермер или горожанин считает, будто Вирга бесконечна. Они думают, что это, — она обвела рукой небо, — все, что там есть. Так приятно встретить людей, которые считают иначе.

— Любой цивилизованный человек сказал бы вам, что мир Вирги — искусственная конструкция, — фыркнул Ричард. — Это огромный баллон, дрейфующий в пустом пространстве.

Она смерила его взглядом.

— Откуда следует, что я крайне мало времени провожу в кругу цивилизованных людей.

— Это не то, что мне…

— Неважно. — Она пожала плечами. — Дело в том, что наш мир очень маленький. Он то ли пять, то ли шесть тысяч миль в диаметре. Удивило бы вас, если бы вы узнали, что наши предки строили в других частях Вселенной сооружения куда крупнее? Или узнали бы, что большинство этих сооружений все еще обитаемы?

— Ты защищаешь нас от людей из других миров? — Голос Дариуша так и сочился скептицизмом.

— Вы предельно точно описываете мою работу, сэр.

Дариуш недоверчиво уставился на нее, но Чейсон нахмурился по другой причине.

— Вам приходилось путешествовать за пределами нашего мира, Антея?

Она заколебалась, потом помотала головой:

— Те, кому приходилось, не рекомендуют этого.

Уточнять она не стала. Чейсон задумался, какого из нескольких направлений ему придерживаться, расспрашивая эту странную представительницу неизвестных сил. Он решил отважиться и спросить о том, что не давало ему покоя с тех пор, как он услышал об страже.

— Как может стража защитить нас от сил, способных строить целые миры? Уж точно не с ружьями да саблями.

— Ах, адмирал! Экое профессиональное любопытство. — Она погрозила ему пальцем. — Мои начальники постановили, что такое знание — не для ушей граждан Вирги.

— Правда? И отчего нет?

Она снова заколебалась. Он внимательно наблюдал за ней, пытаясь прочесть нюансы ее выражения. Неужели она сама сомневалась в том, что сейчас говорила?

— Из-за потенциального вреда от подобного знания, — произнесла она наконец. А потом довольно хитро улыбнулась. — Я могла бы привести вам пример.

— Будьте так добры, — сказал Ричард прежде, чем заметил предостерегающий взгляд Чейсона. Адмирал уже знал, к чему все идет.

— Несколько месяцев назад кое-что произошло, — сказала Антея. Она сделала вид, что рассматривает далекую стайку рыб, крутящихся на подступах к облаку. — Мы называем это Перебоем. Перебой поразил стражу словно разряд молнии — выбил из нас самоуспокоенность. Мы чересчур привыкли полагаться на встроенную защиту Вирги, но в один прекрасный день эта защита просто перестала работать. Перебой длился менее двенадцати часов, но вызвал у моего руководства панику, которая не стихла до сих пор.

Теперь и Дариуш попытался поймать взгляд Чейсона. Адмирал сохранял максимально нейтральное выражение лица, лишь вежливо кивнул Антее, чтобы она продолжала.

— Я наслаждалась долгожданным отдыхом у оболочки мира, — сказала паквеянка. — Летала с дельфинами, когда завыли сирены на базе. Когда я вернулась на объект, там была полная суматоха. Защитное поле, создаваемое солнцем солнц, отказало. И в ледяном вакууме внешнего мира кое-что принялось оправляться от долгого-долгого сна.

Был бой. Я, по счастью, в нем не участвовала, но в ту ночь мы многих потеряли. Когда поле так же неожиданно восстановилось, мы подвели итоги. Многие стражи отдали жизни, пытаясь помешать устройствам врага пробить оболочку Вирги и проникнуть в мир. В основном это удалось, но некоторые из вражеских механизмов пробрались внутрь.

Чейсона как громом поразило. Если б знать, что его действия выльются в такие ужасные последствия — угрозу самому миру, — он бы не затевал своей отчаянной миссии во спасение Слипстрима. Он бы нашел другой путь.

Антея перевела взгляд на него.

— М-да. Некоторых из наших агентов отправили на поиски лазутчиков; они все еще ищут. Меня с моей командой послали с другой целью: найти причину Перебоя и удостовериться, что он больше не повторится.

— И нашли вы ее? — спросил он.

— Еще нет. — Она взглянула ему в глаза. — Но я подобралась близко.

— Что ж, удачи вам в этом, — жизнерадостно заключил Ричард. — Но у нас, я полагаю, есть более насущные проблемы, чем ваш «перебой». — Ричард потянулся за хлебом. — Леди, мои спутники могут вести себя бестактно, но я признателен за наше славное спасение и потому благодарю вас от всего сердца. Однако я, к сожалению, вижу, что принужден поторопить наш маленький отряд. К слову, где мы можем найти менее компрометирующую одежду, достойную еду и постели для сна?

Антея явно не могла решить, как отнестись к деланому обаянию Ричарда. Она глянула на него поверх миниатюрного носика:

— Что, вам для одного дня спасения уже недостаточно, не можете удовольствоваться без чуточки роскоши?

— Что роскошь для одного человека, то необходимость для другого, — мягко ответил тот.