Карл Шрёдер – Пиратское солнце (страница 7)
— Ушла за нашими тюремщиками, — сказал Ричард. — Чудесно! Коротким же оказался этот отпуск.
Чейсона это насмешило:
— Вы бы предпочли провести день в своей камере? Простите, что нарушил ваш драгоценный распорядок дня.
— Не в этом дело, — угрюмо сказал бывший посол. — Просто…
— Что?
Ричарда что-то тяготило.
— Им придется проучить нас за это, — почти неслышно сказал он.
— Не держите нас за школьниц, — парировал Дариуш.
— Я еще не видел, чтобы Ричард праздновал труса, — сказал Чейсон. — Мне сдается, у него здоровое чувство осторожности, и нет ничего постыдного в том, чтобы опасаться побоев. Вопрос в том, мешает ли этот страх действовать.
— Он не хотел идти сюда, — заметил Дариуш.
— Ну так он оказался прав, нет? Это была моя идея, Дариуш.
На это у Дариуша ответа не нашлось.
Следующий час они провели в молчании. Чуланчик был маленьким и неуютным; свет проникал в него только через щелки между толстыми досками. Даже это слабое освещение порой блокировалось, показывая, что совсем рядом с будкой кто-то находился.
Троим беглецам было почти не о чем переговариваться. Они через многое прошли вместе, прежде чем попасть в тюрьму. Все трое были на борту крейсера Чейсона, когда он атаковал новый дредноут Формации Фалкон. Их сняли с обломков поодиночке, и Чейсон лишь недавно узнал, что Дариуш Мартор выжил и его держат в заточении в том же коридоре. Присутствие Ричарда Рейсса оказалось сюрпризом, и Чейсон задался вопросом, были ли в тюрьме другие выжившие с «Ладьи». Ему, вероятно, так никогда и не узнать.
И что теперь? Нет сомнений, что их разлучат. Могут даже казнить, хотя трудно предугадать логику запутанной судебной системы Фалкона. Ясно, что в эти немногие минуты вместе они видятся друг с другом, скорее всего, в последний раз.
Тишина затянулась.
В дверь стукнули, а затем она приоткрылась. Сквозь щель им ухмылялся безногий пилот.
— Полицейский корабль уже в пути, — сказал он. — Просто решил, что вы, может, хотите знать.
— Я как-то не хотел, но спасибо, — ответил Дариуш.
— Э… извини, понимаешь? — сказал пилот. — Это все поворот везухи — за вас обещана награда, а я ее приберу. Я молодец.
Он огляделся вокруг, а потом наклонился ближе к двери.
— Но я хотел спросить у вас, ребята. Это правда? Неужели Слипстрим действительно вынес половину нашего флота? И остановил вторжение в вашу страну?
Чейсон вздернул подбородок:
— Мы вынесли, и мы остановили.
— Ну… — пилот потер собственный подбородок. — Это кое-что. Вы молодцы, говорю. Не хочу быть за правительство, которое берет да и крадет еще одно солнце. Неправильно это, вот как.
Ричард Рейсс прочистил горло.
— Похоже, у вас цивилизованное чувство справедливости, сэр. Зачем тогда вы нас сдаете?
Чейсон наполовину увидел, наполовину угадал, как за щелью в двери пожимают плечами.
— Я уже сказал, мне нужны деньги. В любом случае, откуда мне было знать, что вы вытворите? Три оголодавших арестанта с саблями, а я совсем один на мостике? Я рисковать не собирался. И впредь не собираюсь.
— Уверяю вас, — сказал Ричард, — мы люди чести.
— Теперь слишком поздно.
— Тогда ради какого дьявола вы с нами разговариваете?
Наступила пауза.
— Наверно, просто так, — хрипло сказал пилот. Чейсон наполовину угадал, что он тычет большим пальцем в сторону появившихся над его плечом огней. — На выход. Пора. — Пилот отступил назад, и дверь распахнулась.
Вокруг ножевидного полицейского куттера с фалконовской эмблемой хищной птицы на боку кружили пернатые акулы. Куттер был бескрылым, и в движении и управлении полностью зависел от четырех реактивных двигателей на корме, похожих на бочки. С обеих сторон его корпуса располагались ветровые стекла, и за ними — посадочные места; эти две площадки соединялись прямоугольной брешью в корпусе. Обе половины кишели людьми в черной форме.
Прожектор куттера прошелся по литейному цеху, пока не выхватил Чейсона и его товарищей; потом сосредоточился на них. Кто-то крикнул в мегафон: «Приготовиться к высадке!».
Безногий пилот нервно взглянул на Чейсона. У людей вроде него зачастую были свои причины работать и селиться подальше от насыщенных полицией районов. Может быть, его привели сюда какие-то нелады с законом, заставили угнездиться на этом металлическом монстре у самой границы сферы, где светило фалконское солнце? Если так, было бы кстати знать об этом раньше. Чейсон поморщился. Слишком поздно искать рычаги воздействия на кого-либо из этих людей.
Кто-то перебросил на куттер линь, и несколько полицейских стали его выбирать. Судно рывками приближалось, тем временем в луч прожектора то и дело залетали и выныривали обратно акулы. Никто не разговаривал, и Чейсону было знакомо это странное оцепенение, в котором вполне здравомыслящие люди безропотно позволяют вести себя на казнь.
А потом раздалось
Он услышал визгливое завывание реактивного двигателя — оно удалялось прочь. Нет, возвращалось. Люди на куттере хватались за оружие, крича и тыча пальцами. Из-под облачной гряды что-то вынырнуло, и вдруг все принялись стрелять.
— О черт! — Пилот съежился и попятился, а люди, державшие Чейсона за руки, отпустили его. Литейщики попрыгали за ближайшие металлические предметы. Сверкающий прожекторный пучок, однако, так и не выпускал Чейсона.
Еще взрыв, и свет дернулся в сторону. Чейсон и Дариуш нырнули под прикрытие. Через несколько секунд до Ричарда Рейсса, похоже, дошло, что единственная оставшаяся цель на помосте литейного цеха — это он сам. Он с воплем тоже бросился в укромное место.
В задней части куттера появился расширяющийся огненный овал. Кто-то из полицейских заливал его мертвым воздухом из корабельных баков, в то время как прочие вслепую стреляли по облакам, подсвеченным красным заревом.
— Сюда! — послышался женский голос. Чейсон оглянулся и заметил темную фигуру в воздухе за литейной. Фигура махнула рукой. — Ну давайте! Чего вы ждете?
— Тот самый момент, которым меня учили сразу пользоваться, — бросил Ричард Рейсс. Он неуклюже прыгнул мимо закрученных в спираль дымных клубов за литейной. Чейсон взглянул на Дариуша, который пожал плечами. Взявшись за руки, они прокрались мимо лачуг в центре литейной, а затем спрыгнули со строения.
Темные очертания стали четче: там оказалась стройная фигура в черном, сидящая на сером реактивном байке, в цвет облаков. Байк, простой бескрылый турбоджет с седлом, с ноющим подвыванием нарезал неширокие круги; ему явно хотелось двигаться. Женщина, не вынимая ног из стремян, вытянулась, ловя Ричарда за руку. Она подтащила его, затем схватилась за руль байка и подогнала его, чтобы забрать двух остальных.
— Я подстрелила им один двигатель, но это их надолго не задержит. — Голос определенно был женским, но Чейсон едва успел взглянуть на нее, прежде чем она дала газ. Он зашарил рукой — за что бы ухватиться, вцепился в металлическое кольцо на боку бочкообразного байка, и повис на одной руке. Движок взревел, и они устремились прочь от литейной.
Десять долгих минут они мчались сквозь облака и угольно-черный воздух, покуда Чейсон занят был только одним: пытался удержаться под тумаками встречного ветра. В далеком небе вспыхивали маленькие огоньки, одни — одиноко, другие — собравшись в сверкающие круги городов-колес. Ночь была бы прекрасна, если бы Чейсона не одолевало изнеможение, беспокойство и боль от напряженных мышц.
Приближался рассвет, где-то далеко внизу неровно пульсировал красный свет, когда Ричард Рейсс в конце концов разжал руки и остался позади. Их неведомая спасительница мгновенно сбросила обороты. На малом ходу она сделала полукруг туда, где, возмущенно скрестя руки на груди, встал в воздухе Ричард.
— Послушайте, — сказал он. — Сколько подобных издевательств нам еще предстоит претерпеть во имя свободы? — Кромки облаков позади него засветились нежно-розовым, придавая Рейссу неуместно ангельский вид. — Я требую отдыха! — продолжал он. — И объяснений! Кто вы? Это вы разрушили нашу тюрьму?
Чейсон вскарабкался по борту легшего в дрейф байка. Стройная летчица, одетая в кожаную куртку из акульей кожи, протянула руку к летному шлему на голове и сняла его. Чейсон услышал, как удивленно хрюкнул Дариуш.
Глаза женщины потрясали — огромные голубые овалы над крохотными носом и ртом. Удивительное лицо окаймляли стриженные «под пажа» черные волосы.
Дариуш ахнул:
— Зимний призрак!
Женщина показала в широкой улыбке белые зубы:
— И это далеко не все про меня.
И рассмеялась; у нее был сильный, уверенный альт.
Байк подошел уже достаточно близко к Ричарду, так что тот протянул руку и вцепился в ладонь Чейсона. Адмирал подтягивал его, пока Рейсс не сумел снова ухватиться за байк.
— Точно не вы были на том буксире? — спросил он ее.
Она замялась, потом широко улыбнулась и кивнула:
— Неплохой трюк, а? Но потом я вас снова потеряла в этом хаосе. Взяла этот байк, потому что он быстрее.
Ричард и Дариуш смотрели откровенно скептически, но Чейсон протянул ей руку.
— Тогда примите мою благодарность, что пошли на такой риск ради нас. Я Чейсон Фаннинг, адмирал Слипстрима. Эти мои спутники — Дариуш Мартор и Ричард Рейсс.