Карл Шрёдер – Кризис в Урлии (страница 32)

Признание Канадскими силами (CF, Canadian Forces) необходимости взаимодействия с другими структурами (как официальными, так и неофициальными) и, если и когда это возможно, применения более скоординированного и целостного подхода к операциям становится все более очевидным и насущным. Соответственно, руководство Министерства национальной обороны (DND, Department of National Defence) — как гражданское, так и военное — все чаще призывает к созданию сил, использующих «комплексный подход» к операциям.

Однако что конкретно представляет собой комплексный подход? Почему он так важен в возникающей среде безопасности? И как можно достичь способности к нему?

Комплексный подход в значительной степени основывается на философиях «полноправительственного», или «общегосударственного» участия [“whole of government” — англ.] и 3D+C^[3D+C], сформулированных и выдвигаемых на национальном уровне в последних заявлениях о международной и оборонной политике. Эти философии призывают к более тесному сотрудничеству ранее разрозненных ведомств в достижении политических целей. Фактически, комплексный подход направлен на практическую реализацию цели, которую определяют эти философские подходы. Конечно же, он подразумевает развитие способности взаимодействовать с такими игроками на основе сотрудничества и конструктивного подхода.

Интерес военных к этому подходу отражает растущую веру в важность достижения большего взаимодействия и сотрудничества между ключевыми игроками на оперативной арене, а также в развитие необходимых возможностей и навыков налаживания связей, необходимых для достижения поставленных целей. Но в еще более фундаментальной степени он проистекает из растущего консенсуса в отношении того, что ориентированные вовне, интегрированные и многодисциплинарные подходы к угрозам и задачам безопасности должны стать нормой — с учетом сложных проблем и трудностей, возникающих в условиях все более многомерной среды безопасности.

Движение в сторону такого подхода уже происходит. Особо следует отметить инициативы Канадской армии, направленные на развитие сил, которые в большей степени открыты для совместного, межведомственного, многонационального и общественного, или JIMP^[JIMP] взаимодействия.

Быть «JIMP-оспособным» означает принятие подхода к операциям, основанного на убежденности в необходимости принятия комплексного подхода к решению проблем, который включает всеобъемлющее рассмотрение — а в идеале координацию и сотрудничество — всех соответствующих игроков, обитающих в широкой среде, где проводятся военные операции. Это требует готовности активно вовлекать других игроков в отношения сотрудничества, требует осознания потенциального влияния действий организации на других игроков и на вероятность достижения стратегических целей, а также развития возможностей, которые поддерживают и поощряют такие действия и осознание (например, в таких областях, как: кадры, управление и индивидуальная подготовка; инфраструктура, окружающая среда и организация; управление информацией и технологией и т. д.).

В сущности, концепция JIMPоспособности предлагает одно из средств построения всеобъемлющего подхода к операциям в масштабах всех CF. Естественно, она делает это с точки зрения отдельных наземных операций, призывая к необходимости взаимодействия как с организациями и ведомствами правительств, так и с частными группами, общественными и неправительственными организациями и агентствами.

В этих целях в настоящее время проводится исследование того, что требуется от наземного элемента Сил, чтобы он стал более JIMPоспособным. И хотя исследования пока находятся на ранней стадии, уже очевиден ряд потребностей в следующих шести обширных областях:

Кадры, управление и индивидуальная подготовка

♦ Концепция JIMP должна стать в армии повсеместной и получать активное одобрение со стороны руководства армии.

♦ Должны быть учреждены программы образования, обучения и профессионального развития, ориентированные на JIMP.

Исследования и разработки, изучение оперативной деятельности

♦ Необходимо изучить подходы союзников и прошлую практику CF (например, развитие комплексного подхода в других странах, изучение опыта PRT^[PRT], изучение извлеченных Армией уроков).

♦ Для решения проблем JIMP должно быть эффективно использовано участие в НИОКР и оперативных исследованиях  (например, эксперименты по «быстроустанавливаемому доверию»).

Инфраструктура, среда и орг.деятельность

♦ Необходимо рассмотреть и, если потребуется, предпринять вспомогательное увеличение численности и состава сил (в линейных и штабных структурах).

♦ Армия должна повысить роль и престиж офицеров-координаторов.

♦ Необходимо проработать возможности того, чтобы невоенный персонал (агентства и общественность) мог становиться постоянным или непостоянным элементом военных структур.

Концепции, доктрина и коллективное обучение

♦ Для разработки концепции JIMP должны быть задействованы континентальная штабная система и доктрина CIMIC^[CIMIC].

♦ Концепция JIMP должна быть внедрена в Канадскую армию.

♦ Она должна стать центральным компонентом коллективной подготовки.

Управление информацией и информационные технологии

♦ Связь и сетевое взаимодействие лежат в основе концепции JIMP и потому должны быть усовершенствованы.

Оборудование и техподдержка

♦ Следует рассматривать обеспечение взаимодействия как ключевой фактор, обеспечивающий JIMP.

♦ Необходимы исследования в области оборудования, процессов и процедур, необходимых для обеспечения взаимодействия в JIMP.

Особенно важно установить контакт с другими игроками, составляющими среду JIMP, активно привлекая их к изучению возможностей, существующих для сотрудничества и взаимодействия, наилучших путей их достижения и того, как Армия и CF в целом могут помочь в их становлении.

Безусловно, все подобные усилия, направленные на практическую реализацию комплексного подхода, могут столкнуться с препятствиями. С учетом разнообразия организаций и ведомств, характеризующих среду безопасности — каждая со своей культурой, менталитетом, предвзятостями и возможностями — неизбежно возникнут узкие места и сопротивление. Не менее, если не более, сложной задачей будет установление четких и конструктивных контактов с общественностью. Сомнению может подвергнуться даже сама мудрость и полезность такого подхода — от скептицизма в отношении того, может ли он принести действительно измеримые и значимые результаты, до опасений по поводу потенциальной негативной реакции, которая может возникнуть в результате усилий по его подаче под руководством военных.

И тем не менее, хотя такие препятствия не стоит сбрасывать со счетов, им не обязательно возникать. Перед внимательными и творчески предпринимаемыми усилиями по внедрению комплексного подхода к операциям открыты большие перспективы — суля столь необходимый и жизнеспособный ответ на возникающую среду безопасности и сложности, которые она, вероятно, будет выдвигать в ближайшие годы. Конечным результатом вполне могут стать силы, способные обеспечить не только увеличение перспектив взаимодействия между CF и различными другими ведомствами и организациями, но и более тесное сотрудничество, конструктивное и полезное взаимодействие — не только для военных, но и для всех заинтересованных сторон.

Питер Гизевски, Стратегический аналитик

ПРИВЛЕЧЕНИЕ РЕЛИГИОЗНЫХ ЛИДЕРОВ

Военачальники ныне признали стратегическую ценность установления взаимопонимания и сотрудничества с религиозным сегментом общества как критически важного для выполнения задач миссии. Капелланы под руководством своих командиров могут внести свой вклад в достижение оперативных целей путем привлечения религиозных лидеров и общин их религиозных групп.

Вовлечение религиозных лидеров (Religious Leader Engagement, RLE — англ.) — это новая концепция возможностей, находящаяся в стадии разработки. Вовлечение религиозных лидеров хорошо вписывается в оперативные инициативы как составная часть вовлечения ключевых лидеров (Key Leader Engagement, KLE — англ.), что перекликается с акцентом на привлечение гражданского общества в пределах театров военных действий. В последние годы возник конструкт совместных, межведомственных, многонациональных и общественных действий (JIMP), ставший основным стратегическим увеличительным стеклом, под которым можно рассматривать сложности оперативной обстановки, известным как комплексный подход. Основываясь на JIMP, армейском термине для среды комплексного подхода, RLE предлагает капелланам привлекать лидеров религиозных общин в «пространстве общественности» коренного населения.

Сегодня основной определяющей характеристикой террористической активности является религиозный императив. С начала 1990-х годов феномен роста роста числа террористических групп опережается единственно лишь постоянным ростом процентной доли групп, в качестве движущей силы придерживающихся религиозного экстремизма.

Сегодня беспрецедентная кооптация религии как средства углубления существующих культурных и политических расколов способствует оправданию воинственности и терроризма, трактуя насилие как божественный долг или сакраментальный акт. Эти организации, придерживаясь заметно иных понятий легитимации и оправдания, чем их аналоги, без стеснения идут на бóльшие кровопролития и разрушения, чем террористические группы, преследующие исключительно политические цели.