Карл Шрёдер – Королева Кандеса (страница 39)
Коринна яростно кивнула; ее волосы повторили это движение на долю секунды позже.
— Мы можем попасть в Серый Изолятор, — выкрикнула она. — И безопасно выйти из него обратно.
Раздался новый хор протестов, и снова Венера подняла руку.
— Я могла бы рассказать вам, — заявила она, — но, может, гораздо убедительнее будет
Здесь, в самой нижней из буридановских труб, рев от ветропада скорее осязался, чем слышался. Люди Брайса спустили сюда приставные лестницы, когда пришли обрезать сводящий с ума орган, случайно возникший при разрушении Буридана. Изъеденный коррозией металл влажно поблескивал, и, шагнув с лестницы, Венера поскользнулась и чуть не упала. Она посмотрела на круг лиц в двадцати футах над ней.
— Ну, давайте же, — позвала она. — Если у меня хватило смелости спуститься сюда, хватит и у вас.
Тинблад проигнорировал лестницу и спрыгнул вниз, приземлившись возле Венеры с гулким ударом. Поверхность под их ногами заколыхалась, посыпались мелкие хлопья ржавчины.
— Лестница здесь для того, чтобы поберечь трубу, не ваши ноги, — громко сообщила Венера. Тинблад сконфузился; прочие смиренно карабкались по лестнице.
Лестница спускалась вдоль вертикального отрезка трубы, и теперь они стояли там, где трубопровод изгибался в горизонтальном направлении. Туннель был шириной в десять футов, и кто знает, что по нему изначально перевозили? Венера подозревала — лошадиный навоз. В любом случае, теперь он кончался в двадцати футах отсюда. Предвечерний солнечный свет бросал тени через зазубренный круг разодранного металла. Отсюда и шел рев.
— Идем, — без колебаний Венера подошла на пять футов к отверстию, опустилась на одно колено и показала:— Смотрите! Это Сакрус!
Спутники едва слышали ее сквозь рев разреженного воздуха, но это ничего не значило — и так ясно, на что она показывает.
Труба, в которой они стояли, выступала на сорок или пятьдесят футов в воздушный поток под изгибом корпуса Спайра. По счастью, это отверстие смотрело в сторону от встречного ветра, хотя силы всасывания непрестанно притягивали Венеру, и воздух был так разрежен, что она уже начинала задыхаться. Труба висела достаточно низко, чтобы обеспечивать удобную позицию, с которой был далеко виден корпус Спайра — то есть на целые мили. Там, снаружи, у повернутого вверх тормашками горизонта маленького мира, выступал наружу пучок трубопроводов, такой же, как этот, но невредимый. Между ними угнездился остекленный пулеметный блистер, похожий на тот, в котором побывала Венера под хибарой Гарта Диамандиса.
— Вот дно Серого Изолятора, — прокричала она пестрому сборищу генералов и революционеров, толпящихся за ее плечом. Кто-то приставил к уху ладонь и вопросительно посмотрел. — Изолятор! Изо!
Венера осторожно отступила, впереди нее засеменили остальные. У искривления трубы, где было полегче дышать и шум с вибрацией не так одуряли, она оперлась спиной о стенку, стоя на слое ржавчины, устилавшей дно трубы.
— Мы спустили вниз подзорные трубы и проследили за этим пулеметным постом. Он заброшен, как большинство стрелковых позиций на корпусе. Вход, вероятно, заложен кирпичом и, скорее всего, позабыт. Прошли сотни лет с тех пор, как кто-то пытался напасть на Спайр снаружи.
Она еле расслышала гудение карастантского генерала:
— Вы предлагаете попасть внутрь через него? Как? Спрыгнуть с мира и ухватиться за трубы, когда они пролетят мимо?
Венера кивнула. Когда они все непонимающе уставились на нее, она вздохнула и повернулась к принцессе Коринне. «Покажите им» — сказала она.
Коринна несла громоздкий рюкзак. Она стащила его и плюхнула в ржавчину на полу.
— Вот, — объявила она с театральным жестом, — как мы попадем в Сакрус. Это зовется«парашют».
Ей пришлось сосредоточиться на своей челюсти. Венера зарылась лицом в объемистое плечо своей кожаной куртки; руки вцепились в веревку, которая вертелась и дергалась в ее захвате. Посреди рева ветра, несущегося со скоростью в четыреста миль в час, было не место отвлекаться или хотя бы думать.
Ее зубы стиснули мундштук финовской работы. Резиновый шланг вел от него к металлической бутыли, в которой, как объяснила Коринна, содержалось большое количество сжатого воздуха. Это был тот компонент воздуха, который инженеры «Ладьи» называли «кислород»; первый его вдох вскружил Венере голову.
Ветер крутил и швырял ее из стороны в сторону. Венера видела, куда ее занесло: завернутая в кожу, в очках и маске, она свисает с тонкой веревки в нескольких дюймах под днищем Спайра.
Все, что ей следовало делать — это держать тело прямо, а мундштук в зубах. Венера была привязана к линю, который быстро стравливали с края ветропада. До нее этим путем уже прошли десятеро солдат, так что дело должно быть посильным.
Стояла ночь, но отдаленные города и еще более отдаленные солнца отбрасывали достаточно света, чтобы посеребрить туманные облака, которые подходили к Спайру, словно любопытные рыбы. Она видела, как облака опасливо тыкались в Спайр носами, но лишь получали отпор от вихрей вращения. Они отскакивали, собирались в опасливые спирали и танцевали вокруг огромного цилиндра, будто пытаясь найти путь внутрь. Между облаками блуждали косяки пираньястребов и акул; повсюду виднелись грозные ряды блокгаузов и заграждения из колючей проволоки.
Оказаться среди облаков, когда и сверху и снизу нет ничего, Венера находила совершенно нормальным. Если бы она упала, то должна была лишь раскрыть свой парашют, и она остановилась бы задолго до удара о колючую проволоку. Не перспектива падения заставляла сердце Венеры биться сильнее, а свирепый встречный ветер, не дававший ей нормально дышать.
Веревка задрожала, и Венера судорожно вцепилась в нее. Потом почувствовала, как кто-то схватил ее за лодыжку.
Солдаты втащили ее сквозь завесу скорость-плюща в узкую стрелковую ячейку. В ячейке было пусто и сухо, опрятность обстановки гармонировала с сакрусским скрупулезным вниманием к деталям. Брайс бесцеремонно выдернул воздуховод из венериного рта — точнее, попытался; она цепко прикусывала мундштук, гневно зыркая на Брайса, и разжала зубы только через пару секунд. Он бросил на нее раздраженный взгляд, привязал кислородный баллон и ее нераскрытый парашют к линю, потом отправил все через скорость-плющ, чтобы их подтянули к Буридану для следующего пользователя.
Идея Коринны звучала безумно, но принцесса на это замечание только пожала плечами, сказав: «Мы все время такие штуки проделываем». Конечно, она была из Фина[8], что многое объясняло. Эта карманная нация заселила один из гигантских элеронов Спайра — крыло длиной в сотни футов, которое выдавалось прямо в воздушный поток. Первоначально колонизованный беглыми преступниками, Фин за столетия вырос из темного и холодного подвального комплекса в яркое и независимое — пусть странное — государство. Финцы всерьез вообще не считали себя гражданами Спайра. Они были обитателями воздуха.
За годы они установили в громадном металлическом стабилизаторе сотни окон, а заодно люков и лебедок. Они явно занимались контрабандой, и Коринна это с гордостью подтвердила. «Мы одни способны проскользнуть в Спайр и обратно когда и как нам угодно», — говорила она Венере. А по мере роста населения они колонизовали пять из остальных двенадцати стабилизаторов тем же способом, которым теперь вломились в Сакрус.
Чтобы достичь Сакруса, один из людей Коринны надел парашют и прихватил веревку с трехлапым крюком на конце. Он шагнул в воющий ветропад и был увлечен, как пылинка, вниз и прочь.
Венера наблюдала из башни, как секундой позже раскрылся его парашют. В то же мгновение он прекратил падать и начал по кривой возвращаться к корпусу Спайра. В конце концов, «вниз» применимо только пока вы часть вращающейся структуры; освободившись от высокой скорости, приданной вращением Спайра, парашютист остановился в воздухе. Он мог парить там, в считанных футах от корпуса, часами. Единственной проблемой была веревка у него в руках, которая все еще соединялась с Буриданом.
Большая деревянная бобина, с которой она разматывалась, начинала дымиться. Теперь веревка в любую секунду могла дойти до конца, и рывок, вероятно, оторвет парню руки. И все же он хладнокровно оставался в темном воздухе, ожидая, пока мимо пронесется Сакрус.
Как только трубопроводы и пулеметное гнездо рванулись в его сторону, он поднял крюк и обыденным, привычным движением швырнул его навстречу стремительному металлу. Крюк зацепился; веревка хлестнула по воздуху, окружающему корпус; человек Коринны отсалютовал, прежде чем исчезнуть за горизонтом Спайра. Они подобрали его, когда он снова оказался под ними.
Вот ослепительный свет залил внутренности тесной ячейки, сделав окружающее пронзительно резким, как на черно-белой фотографии. Один из людей направил сварочную горелку на люк вверху лесенки.
— Запечатано давным-давно, как мы и думали, — крикнул Брайс, тыкая большим пальцем в потолок. — Судя по трубам, мы под канализацией. Наверное, над нами туалеты.
— Превосходно. — Им требовался плацдарм, чтобы с него атаковать башню. — Как вы думаете, они нас слышат?
Брайс скорчил гримасу: