Карл Май – Том 15. На Рио-де-Ла-Плате (страница 38)

— Конечно! Почему бы нет?

— Сеньор, не забывайте, с кем вы говорите! Я назвал вам свое имя и чин!

— Я не верю вам.

— Черт… я хотел сказать… да, что же я хотел сказать? Я не ослышался?

— Тогда я повторю вам еще раз: я не верю, что вы тот самый человек, за которого себя выдаете.

— Сеньор, вы вообще осознаете, какое оскорбление мне сейчас нанесли?

— Весьма вероятно, что я вообще никого не оскорбил. Армия Восточного берега не так велика, чтобы нельзя было запомнить ее штабных офицеров. Смею вас уверить, что знаю имена всех этих господ, но майора Кадеры среди них нет.

— Вы недостаточно осведомлены!

— Послушайте, если я позволяю себе что-либо утверждать, то обычно имею на это основания. Я знаю некоего сеньора по имени Энрико Кадера. Он сторонник одной из аргентинских партий. Мне рассказывали, что он вербует войска для какой-то неведомой пока цели. Он набирает рекрутов на берегах реки Уругвай и даже несколько раз отваживался перебираться на эту сторону. Странным образом хозяева табунов, пасущихся в тех краях, куда наносил свой визит Кадера, всякий раз недосчитывались изрядного количества лошадей, похищенных у них.

Майор бросил испуганный взгляд на Иларио и сказал:

— Об этом человеке я ничего не слыхивал. Я не знаю его.

— Как? Вы, майор, ничего не слышали о нем? Поразительно. Если вы и вправду штабной офицер, вам непременно бы сообщили, что к берегам Уругвая направлен отряд, чтобы пресечь вылазки этого Энрико Кадеры. Я все больше сомневаюсь в том, что вы действительно майор. К тому же я опасаюсь, что известие о ваших сегодняшних подвигах принесет вам мало славы.

— Тем суровее будет наказание для вас. Само собой разумеется, я отдам вас под суд!

— Я хочу помочь вам в этом. Я решил послать гонца в Мерседес; он приведет расквартированный там отряд, который меня и арестует. Поскольку это доставит вам удовольствие, чего я искренне желаю, то я вынужден, пусть даже силой, задержать вас здесь до прибытия этих людей.

Майор был вне себя.

— Черт возьми! Отставить! — закричал он.

После чего резко метнулся туда, где лежали оба его пистолета, выброшенные Братом-Ягуаром. Я заметил это и одним прыжком опередил Лжекадеру, отшвырнув его назад так, что он с громким шлепком плюхнулся на скамейку. Это вывело его из себя. Он опять стремительно вскочил и, изрыгая свирепые проклятия, попытался накинуться на меня, но, как и прежде, монах схватил его за руки и еще раз припечатал к скамье.

— Сопротивление бесполезно, — сказал он. — Вы напали не на тех, кто боится бандитов. И мы заставим вас отвечать за ваши грязные дела.

— Как же вы это сделаете? — с издевкой спросил майор.

— Я скажу как. Вас мы запрем, а ваших людей заманим во двор и впустим к ним торо и новильо, которые пасутся рядом, за этими вторыми воротами. Я уверен, что, завидев этих зверей, ваши храбрые герильерос[98] изменятся в лице, ведь быки — это не двое безоружных людей, с которыми пришлось иметь дело утром.

Торо — это старый, коварный бык, который запросто набрасывается на человека. Новильо — так называют молодых диких бычков, которые не поддаются приручению. Оба животных необычайно опасны. Стоит им прийти в ярость, что случается по любому ничтожному поводу, они не успокоятся, пока враг не скроется с глаз долой или не будет убит. Угроза, высказанная монахом, возымела действие; к тому же Брат-Ягуар добавил:

— Или вы думаете, что ваши люди не откликнутся на мое приглашение? Тогда найдется другое средство. Они спешились, и, значит, мигом им убежать не удастся. Мне достаточно напустить на них быков, и ваши люди наверняка погибнут. Доказать вам это, господин майор?

Он сделал вид, будто собирается подойти к воротам.

— Боже упаси! — испуганно воскликнул Кадера. — Первым делом эти звери бросятся на нас!

— Разумеется. Но меня и хозяина ранчо они знают. Немецкого сеньора мы прикроем собой. Значит, вас одного они поднимут на рога. Я не шучу, сеньор! Вы находитесь в большой опасности. Выбирайте: солдаты из Мерседеса или дикие быки!

— Я не хочу иметь с вами никакого дела. Выпустите меня отсюда!

— Гм! Вполне понятное желание. Возможно, я исполню его, но при одном условии — я обменяю вас на вашего пленника.

— Я не согласен! Вы обязаны меня выпустить. Вы не имеете права задерживать меня здесь!

— У вас еще меньше прав удерживать сеньора Монтесо. Мы не спорим. Как только прибудут войска из Мерседеса, все уладится. Сеньор Бюргли, у вас есть надежный человек и резвая лошадь?

— Есть и то и другое, — ответил владелец ранчо, до сих пор лишь наблюдавший за происходящим.

— Пусть немедленно седлают лошадь! Этого человека приведите ко мне. Я передам ему записку. Возле этих ворот толпятся бандиты, но в дальнем конце загона есть лаз. Пусть ваш гонец выберется через него.

Бюргли хотел пойти в дом. Но тут майор закричал:

— Стой! Еще одно слово! Мне незачем бояться солдат из Мерседеса, все они хорошо знают меня. Но мое нынешнее положение — позор, а я не хочу, чтобы они были свидетелями позора… Я выдам вам Монтесо. Отпустите меня, и я пришлю вам этого человека.

Иларио, улыбнувшись, покачал головой и ответил:

— Нет, сеньор, такие дела так не делаются. Я открою ворота, пусть ваши люди увидят вас и поговорят с вами. Вы отдадите им приказ освободить йербатеро. Как только он подойдет к воротам, вы сможете отсюда уйти. Это исключает любой обман как с нашей, так и с вашей стороны. Я думаю, вы понимаете, что мое предложение разумно.

— Я готов выполнить ваши условия.

— Хорошо! Но дайте мне честное слово, что вы вместе с вашими людьми немедленно удалитесь отсюда и перестанете нам досаждать. Под словом «нам» я имею в виду обитателей этого ранчо, обоих сеньоров, которых вы задержали, и меня самого. Итак, я требую, чтобы вы поклялись. Вы готовы?

Он согласился.

— Ладно, тогда я открываю ворота, — объявил монах.

Он отодвинул засовы на воротах и распахнул их, став посередине. Бандиты спешились и встали неподалеку. Потом окружили связанного по рукам Монтесо. Я не отходил от майора. От него ждали команды. Внезапно он метнулся вперед, но далеко не ушел. Я догнал его и схватил за руку. Он попытался вырваться, но безуспешно.

— Ко мне! — закричал он своим людям. — На помощь!

Я швырнул его наземь и крепко прижал. Несколько солдат пытались последовать призыву, но Иларио крикнул им:

— Оставайтесь на месте!

Они подались назад. Брат-Ягуар в одиночку удерживал в повиновении полсотни человек. Он словно бы парализовал их своим взглядом.

— Предатель, лжец! — обратился он к майору. — И вы еще смеете называться офицером! Вы не способны даже сдержать обещание, у вас нет никакого понятия о чести. Мне следовало бы вас наказать, но я не сделаю этого, я все еще хочу выполнить наш уговор. Освободите сеньора Монтесо, и мы выпустим вас. Решайтесь быстрее! Вы хотите этого?

— Да, — проскрежетал он. — Отпустите меня!

— Нет! — ответил я, прижав ему грудь коленом. — Сперва отдайте приказ.

— Ладно, выпустите этого парня!

Ему пришлось повторить свой приказ, лишь тогда его исполнили. С Монтесо сняли путы, и он вошел к нам во двор.

— Но теперь дайте мне тоже уйти! — воскликнул майор. — Я выполнил ваши условия. Выпустите меня!

— Нет, вначале вы по всей форме повторите ваше обещание и поклянетесь, что немедленно, вместе со всеми вашими людьми удалитесь отсюда и откажетесь от любых враждебных действий против нас.

— Да клянусь я, клянусь! Мы немедленно уходим отсюда и не станем ничего предпринимать против вас.

— Хорошо! Верните лошадь йербатеро.

— Возьмите ее себе! Только быстро!

Монтесо сам привел лошадь, только после этого я отпустил майора; тот быстро вскочил на ноги и метнулся к воротам. Затем, не говоря ни слова, он прыгнул в седло, и бандиты скрылись. На всякий случай Брат-Ягуар отправил им вслед одного из гаучо, чтобы тот проследил, действительно ли они уедут отсюда и не устроят ли засаду по пути на эстансию Дель-Йербатеро. Позже дозорный сообщил нам, что солдаты переправились через реку, — это был верный признак того, что мы их больше не интересуем.

Из своей комнаты хозяйка ранчо в тревоге следила за происходящим, и все же она успела помочь служанке накрыть стол. Нас пригласили подкрепиться, что мы и сделали. За столом говорили, конечно, о случившемся. Монтесо рассказывал подробности своего побега. Нож, брошенный мной, выручил его, но ненадолго, вскоре солдаты бросились в погоню. Йербатеро изо всех сил пришпоривал лошадь, но по ту сторону гряды, провалившись в нору, вырытую кроликами, она упала, и он вылетел из седла. Пока он поднимал лошадь, было потеряно много времени, и преследователи подобрались слишком близко. Они разделились и стали окружать его. В конце концов с помощью болас лошадь его повалили. Хотя Монтесо пытался защищаться, но он был вооружен лишь ножом, в то время как у врагов были длинные пики, и ему не оставалось ничего другого, как сдаться. На обратном пути солдаты заметили меня и тотчас пустились в погоню.

— Но почему, — спросил я монаха, — вы меня остановили?

— Потому что по ту сторону ранчо дорогу пересекает речка. Вы бы не переправились через нее. В этом месте она впадает в Рио-Негро.

— Но раз я переплыл Рио-Негро, то эту речку уж как-нибудь одолел бы.

— О нет. У нее очень топкие берега. Вы бы застряли и попали в руки ваших преследователей. Переправиться через эту речку можно лишь в нескольких местах, но вы их не знаете. Так что я все-таки спас вас.