Карина Вран – Белая ворона (страница 46)
И сразу предлагаю две рубашечки брать, но вторую пошире. На бегемотика, который Бо Ченчен. Тематика для вышивки очевидна. Там рядышком и следующее празднество же. А на отмечание дня рождения Сюй Вэйлань нас не позвали. Никого из нас, круглолицые мамани с их чадами тоже вне желанных гостей на празднике жизни в семье Сюй.
Как по мне: не больно-то и хотелось.
Син точно к нам повадился. Где моя поганая метла, чтобы замести за этим проглотом следы? Шучу. Просто немножко зла на него. Понимаю, это не его косяк с ролью. И он как раз хотел, как лучше. Но вышло-то, как всегда.
На сей раз прискакал этот молодой деятель к маме. Или, если копнуть глубже, то к помощнику сценариста Бай Я. Ага, уже и псевдоним наш вызнал.
Видите ли, его курс (первый) к концу учебного года решил выступить на каком-то внутреннем фестивале студенческого кино. Опыта ни у кого нет, зато энтузиазма — хоть отгружай вагонами на экспорт. Младшекурсникам тоже охота снять фильм. Первый в будущей карьере, знаковый.
С жанром студентики определились. Хотят замутить легкую романтическую комедию, где упор даже не на романтику, а на мечты и стремления. Логично: что вижу, о том и пою. Там каждый первый мечтает о том, как прославится. И каждый второй вкалывает, чтобы вырваться вперед в учебе и эти все мечты осуществить.
Мне сходу вспомнилась корейская дорама: «Dream High». Она же Одержимые мечтой. К слову, второй сериал (не анимированный) в азиатском исполнении, который я смотрела. Первый был про ехидную ведьму-начальницу (ведьма — часть названия дорамы, а не оскорбление) и молодого нищеброда… кх-м, не слишком обеспеченного юношу, мечтающего стать шеф-поваром. Спойлер: ведьму и поваренка зафиналили хэппи-эндом.
— И чего вы хотите от моей мамочки? — спрашиваю с видом подозрительным. — Надеюсь, не накатать вам сценарий забесплатно?
Не удивлюсь ни разу: вкус халявы сладок, а раз Син о наш порог бьет копытцем, значит, дело есть. И налопаться заодно намерен: я ж, как его вижу, с глазами грустными и скоростной работой палочками, вспоминаю рекламу корма для котиков и котяток. «Желудок котенка — чуть больше наперстка». Будучи кошатницей со стажем, подпишусь и под вольным народным продолжением этого слогана: «Но жрет эта лошадь чуть меньше слона». Сравнить Сина с вечно голодным котеночком размером с матерого дикого свина — не ошибка.
— Этому бесполезному так неловко, — снова принимается за самоуничижение зародыш режиссера. — Но мы бы не хотели обращаться к профессорам за советом. Думали, сумеем доказать, что у нас есть задатки и способности.
«Короче, Склифосовский», — охота заорать, но я терплю.
— Можно сказать, наш курс, как ваша замечательная дочь и ее друзья, — заискивающе улыбается свинтус. — Мы — сами. Вот. Но совет нам всё же нужен. По сценарию.
— Бесплатно не работаем, — фыркаю: балл за девиз засчитан. — Впрочем, каков масштаб проблемы?
Конечно, формулирую я это чуть попроще: «Много? Сложно?» — а то не поймут-с. Или наоборот, что даже хуже.
— Ай… — трет заднюю часть шеи Син. — Пара логических дыр. И… мы не можем выбрать концовку. Это задача сценариста, но она… Сама не может определиться.
«А еще она студент-первогодка», — вздыхаю, понимая, что надо выручать этих мечтателей.
— Вот что, — мамуля смотрит на меня, затем на студента. — Ты принес записи?
Син мотает головой и вроде как снова собирается бить себя по лицу.
— Хитрец! — щурюсь и корчу рожицу, словом, пользуюсь малышковой вседозволенностью. — Мама, он хочет еще прийти. И еще поесть.
А то как бы его мать отпустила без кормления?
Этот не краснеет — желтеет. Очень забавное изменение цвета кожных покровов. Я такого раньше не видела.
— Приноси в следующий раз, — улыбается мама, наливает мне и гостю по стакану соевого молочка. — Мы вместе поглядим и подумаем. Может, что-то и подскажем.
И хитро так на меня косится. С ее выразительным разрезом глаз — вид той еще плутовки. Или заговорщицы.
— Син, — зову, пока студент не захлебнулся от радости.
Он поднимает голову над стаканом. Вокруг рта — молочные усы.
— А?
Чисто котенок. То-то его мама-кошка привечает.
— У вас там есть, кому писать музыку? — уточняю. — И петь?
А то я им сейчас напридумываю всякого, но реализовывать будет некому. Конечно, тырить всю идею «Одержимых» я не намерена. В той дораме так-то тоже полно спорных сюжетных ходов, про второй сезон я вообще молчу. Хотя нет, скажу: лучше бы его не снимали.
Еще я «не писун» в плане песен, особенно на китайском. Про музыку к песням вообще забудьте. Так что нужен тот, кто что-то миленькое, легонькое, с мелодичным звучанием сможет придумать и исполнить. Потому как ромком с приятными саундтреками всяко лучше, чем ромком без оных.
— Есть, — осторожно говорит усатый свин.
«С какой целью интересуетесь?» — плещется в его суженных (куда там сужать-то!) глазах. Но он стойко держит в себе любопытство.
— Славно, — окунаю палец в свой стакан, делаю «буп» в кончик носа: теперь этот кот идеален. — Свободен.
[1] Seruis regna dabunt, captiuis fata triumphos:
Felix ille tamen, coruo quoque rarior albo. — (лат). 7 сатира Ювенала (I—II вв. н.э.).
[2] 抓周(кит). [zhuā zhōu] — схватить предмет.
Прода 09.11.2024
Одно из моих (возможно, худших) предсказаний сбылось: Син у нас почти поселился. Следующим днем он прямо с порога всучил мамуле папку с распечатанным сценарием. С пометками, где там у них боль-тоска-несогласованность.
Конечно, был накормлен.
В итоге мамочке пришлось дробить вечер на много разных дел. Приготовить ужин, вышить жирафа на будущем презенте, прочесть мне часть сценария. И записать мои соображения на счет их студенческой поделки.
Мне хотелось начать с: «Удалить. Порвать, а лучше сжечь». Но я хорошая девочка (по мнению папы), поэтому ограничилась теми моментами, где вчерашние школьники просили совета Бай Я. Все за один вечер не поправили, конечно. Ужин для бати сам себя не приготовил бы.
Назавтра снова заявился кто? Прикормленный заморыш Син. Кстати, не такой уж и заморыш уже, идет ему на пользу мамино откармливание. И даже не на убой. Жаль (шучу). Вон, щеки уже округлились. До балбеса-бегемотика далеко, но стремление присутствует.
Прочел этот крендель, помесь лемура с несчастным котенком, наши с мамой правки. Уставился на мать. Взгляд: я в астрал, когда вернусь, не знаю. Может, режиссерские зачатки в растрепанном индивидууме создавали перед расширенными до предела стеклянными глазами раскадровку. И как-то даже симпатичнее при этом стал. Пропал «забитый» вид, лицо разгладилось — точно, вдохновение поймал.
Или просто не все символы пиньинь ему в тексте знакомы, кто ж его знает?
Как отошел, спросил.
— А что, так можно было?
Вид все тот же, словно пыльным мешком из-за угла пришибленный, но с признаками просветления.
«Можно, только осторожно», — подумала и улыбнулась парню, как сырному кругляшу. — «А то, глядишь, понравится».
Один из спорных моментов у них был в том, почему девочке нравится мальчик, но она от него шарахается. Мальчик (студент на курс или два, они не определились, старше) симпатичный, не тупой, из хорошей семьи и с перспективами. Короче — хватать надо, пока другие не увели. А она от него бегает, как ошпаренная.
Убрать саму идею убеганий — порушить нафиг всю сценарную конструкцию. Этот шаткий и местами дырявый шалаш, да.
Решение: добавляем одну сцену. Где девочка видит на улице этого студента, уже собирается подойти. Пока проверяет, все ли хорошо: макияж, прическа, складки на юбке… Такая милая девичья суета, подымающаяся на дрожжах волнения и влюбленности. Делает шаг в его сторону, поднимает руку в приветствии… И видит, как к ее объекту симпатии несется вприпрыжку детеныш. Парень подхватывает мелкого (на него похожего, агась) мальчонку, крутит в воздухе. Ну и следом за дитем подходит мама.
Выставленная вперед ножка в красивой туфельке задвигается назад. Выводы сделаны: у парня семья, которую он скрывает. И каждый раз, когда тот студент приближается к героине, она делает ноги «от этого подлеца». И тут прямо море разливанное для разных комических ситуаций. Смешных бегств: например, стремительный бег, когда другая камера потом показывает, что девочку держат за кофту со спины. И бежит она (девочка) на месте.
Позже, конечно, выяснится, что мама — это не жена, а старшая сестра, «сын» — это племянник. А похожи они потому, что родственники, блин. Только не так, как кое-кто нафантазировал. Тоже клише на клише, зато хоть какая-то логика появляется.
— Нам с мамой дать тебе наводку на пару кинематографичных двухлетних актеров? — невинно спросила я. — Или сам догадаешься? Там уж по похожести сам выбирай.
Круглолицые мамочки трепещут от мыслей о кинематографе. Так почему бы и не помочь одному из ребят еще разок мелькнуть в кадре? Раз там, раз сям… Кто знает, вдруг это пойдет на пользу?
— А… понял, — резко кивнул будущий режиссер. — Спасибо, госпожа Ли! А дальше?..
— Пока только это, — мама переглядывается со мной. — Мы обязательно продолжим.
— Приходите завтра, — добавляю, не сдерживая смех.
«Аппетит и в самом деле приходит во время еды», — этого не говорю, не поймут.
Конечно, назавтра он приходит. Получает новую порцию заметок от руки. Эх, нам бы компьютер домой, а еще принтер бы пригодился… Мечты. Вот если бы с ролью куклы не прокатили меня, может, на что-то из полезной техники и заработали бы. Но раз нет, не о чем и сожалеть.