Карина Вран – Белая ворона (страница 13)

Пришлось хвалить. Он же старался, блин, рыцарь песочного замка и синей лопаточки. Да, замки мы теперь в три пары рук сооружали. Не спрашивайте, как мне удалось донести до жирафа с балбесом, что такое замок и зачем его сооружать.

В той жизни меня пытались затянуть в одну секту. Наверное, с тех пор у меня при слове «религия» неприятный привкус во рту. Так вот, чтобы одурачить малолетку (мне было лет тринадцать тогда) несколько взрослых теток приложили дофига усилий за существенный промежуток времени (около полугода обрабатывали). В иное бы русло их активность. Еще и зря старались: рыбка сорвалась с крючка.

Вот я примерно так же сильно заморочилась, чтобы этих двух к делу пристроить. Зачем? Первое: вовлеченные в общий игровой процесс пацаны не выдадут меня, если я что-то необычное затею.

Второе: мамочки реально ослабили бдительность, когда поняли, что дети тихо мирно играют, что-то мастерят. Всем с виду довольны. Балбес не ест песок и не орет дурниной, длинношеее не выламывает шейные позвонки. Ляпота!

Третье: на фоне замкостроительства можно было всякое проворачивать. И травы нарвать: «Мама, надо! У нас сад». И черкать что-то на «заднем дворе» постройки.

У меня-прошлой был один хороший приятель, который работал в строительстве. Причем не на стройке в каске и униформе с рабочим инструментом в мозолистых руках, а на начальственной должности. Поставки там, договоры всякие. С его слов после некоторых возлияний, стройка — это идеальное прикрытие для самых разных махинаций.

И денежные потоки в обход, и с материалами легкий (а порой и тяжелый) мухлеж, и иностранных специалистов без паспортов засунуть на объект… Много дел можно обстряпать на фоне (или, скорее, в тени) возвышающегося строения.

Я применяла его начальственную мудрость на своем первом объекте. В меру своего скромного понимания.

Таким образом, если бы одна из мам застукала Ченчена за обрыванием акации, никто шум бы не поднял. Ну, задумали дети озеленить призамковую территорию. Хотя и так, наверное, не стали бы орать: тут деткам многое позволяется. До какого-то возраста малыш — бесценное сокровище, как вы помните — может вообще что угодно делать.

Кроме предложения товарищу по играм жрать де… то, что в рот класть не положено.

В общем, когда я деревянной палочкой за спинами строителей водила свои черточки и узорчики, этого даже никто не замечал. А почему я сама ветку не оторвала? Резонный вопрос. Не смогла. Не хватило силенок.

Значит, что? Надо прокачивать персонажа. Интеллект и мудрость — это полезные характеристики, но и про силу с ловкостью забывать не стоит. И выносливость, а то от одного приседания тельце норовит упасть в песок.

Так что до начала строительных работ мы все с недавних пор делаем простенькую зарядку. Минималистичную, я бы даже так сказала. Прям как дизайн нашего здания.

Сначала упражнялась только я, а затем кое-кто стал обезьянничать.

Когда нас выпустят, наконец, в большой мир, мы и пробежки освоим. Сначала коротенькие: один круг вокруг песочницы, а затем примемся за наращивание оборотов.

Ссадины и синяки от падений? П-ф-ф, переживем. Тяготы — закаляют. Батя мой не даст соврать.

Шел уже июль месяц, когда мама Вэйлань снова позвала нас к себе. Нас — это только меня и маму, других мам и их дитяток она приглашала в другие дни.

«Достать тесты» оказалось не просто распечатать листы с заданиями. В листах были инструкции, что делать воспитателю при знакомстве с малышом, претендующим на место в группе для двухлеток детсада Солнышко.

Все же малыши в два года не умеют читать, чтобы им самим листы с задачками раздали, а затем собрали и проверили решение.

Малявкам нужно озвучивать задачи. Одну за одной.

Как сказала госпожа Сюй, количество тестовых заданий — это еще и проверка на усидчивость малыша. В сад детей приводят на весь день. В семь часов открывают ворота садика, до восьми родители приводят своих отпрысков, ровно в восемь ворота закрываются. Кто не успел, тот опоздал. Приходите завтра.

Забирать малышей можно, начиная с семнадцати часов. Если договориться, то на полчаса раньше, но чаще наоборот, до шести вечера детей просят «помариновать». За задержку после восемнадцати надо дать денежку няне — это уже продленка получается, время няни неоплачиваемое тикает.

Внутри с детками занимаются няни, но няня — не мама, а в группе не один малыш. Надо, чтобы дети слушались. Спокойно себя вели.

Так что, если малыш закатит истерику на этапе проверки: «Устал, не хочу, не буду», — родителям предложат зайти в другой раз. На языке взрослых это означает: через год. Или никогда. Я не вникла пока что в тонкости.

Итак, тестировать будут долго. Уж не знаю, как этот этап осилят пацаны, а мы с Вэйлань переглянулись (без особого дружелюбия) и кивнули мамам, соглашаясь начать испытания.

Первые задачки — легкотня. Типа сборки пирамидки в правильном порядке и организации башни из кубиков.

Башня, хе! Мадам Сюй, не пугайте ежа голой попо (неодетой свекровью). Это я еще стараюсь не палиться, и сборку провожу в «слоумоде». Подстраиваюсь под Вэйлань.

Для нас в этот раз застелили пол в столовой-гостиной.

Мамы: моя и хозяйка квартиры — в роли строгой приемной комиссии.

Затем нам дают до досочке с выемками под геометрические фигуры.

Мы с клубничкой (Вэйлань снова в розовом) обменялись взглядами. «Они нас совсем за детей считают», — читалось в этих взглядах.

Треугольнички, квадратики, овалы и прочее занимают свои места. Я снова притормаживаю, чтобы сильно не обгонять соседку по «парте».

Затем нас начинают гонять по мелким поручениям. «Дай маме мячик», «отнеси на стол кубик» и прочая скукота. Носимся наперегонки, так веселее и мне, и клубничке.

А она смышленая, схватывает все прямо на лету. Это я играю с читами: мне же вообще никакого труда не составляет то, что нам задают. А Вэйлань так-то старше оригинальной Мэйли всего на месяц. И соображает.

Затем нас делят. Ну как, просят отвечать сначала хозяйскую дочку, а затем уже меня. Еще и вопрос повторяют.

Что нарисовано на картинке, назови эти предметы по очереди, выполни по порядку все названные действия… Скукота.

Вэйлань разок сбивается. Вместо «взять ложку со стола» берет чашку. Понимает сразу же, что накосячила, роняет фарфоровую чашечку, та летит на пол, бьется на осколки…

К счастью, никто не ранен. Высота падения небольшая, осколки крупные, никого не задели.

Клубничку быстро утешают, хотя она особо и не плачет. Только вид испуганный.

Рекламная пауза. Нам дают молочко и фрукты, мамы (моя почему-то активнее) занимаются уборкой. Чашку заменяют на такую же. Логично: раз одну из набора кокнули, можно и остальные бить. Все равно уже не комплект.

Я в действиях не путаюсь. Головой понимаю, что стоило бы поддаться, сдать тест чуть хуже хозяйской дочурки. Гордость. Гордость не позволяет мне «прогибаться» даже на таких пустячных моментах.

Немножко замедлиться, чтобы не спалили — ок. Намеренно ошибки допускать — не ок.

Наконец настает время бумаги. Нам приносят совсем низенькие столики, кладут на них белые листы и карандаши. Каждая мама тоже берет по карандашику.

И начинают выводить узоры. Ладно, не совсем: черточки, крестики и все такое прочее. Элементарщина.

Вэйлань пыхтит, но повторяет. Вижу, что рука у нее уже поставлена: карандаш она держит верно, как для письма.

Когда Джиан в песочнице заинтересовался моими черканиями палочкой для еды, я ему пыталась дать урок. И он хватал палку совсем иначе.

У этой детки нет такой проблемы. Вывод: малышку уже тренируют. Ей год и три месяца. Пацаны в песочнице знают от силы два десятка слов, а эта малышка умеет в основы начертания.

Респект.

Она немножко буксует, когда мама начинает требовать начертания без примера. То есть, говорит словом, что надо изобразить, не показывая, как. А дочь демонстрирует свое понимание.

Если бы я не пытала мать на предмет обучения меня всяким знакам, сейчас бы уже вызвала вопросы. Потому что показываю дамам все то, что они просят начертить. Без временного лага. Линии, крестики, кружочки.

Я и пентаграмму в круге уже могла бы вам забабахать, но опасаюсь за вашу хрупкую дамскую психику. Так что — не перегибаю.

Следом за чертежами нам дают задание попроще. Видимо, чтобы отдохнули, расслабились. Нам приносят разных размеров фрукты (по паре каждого, один больше, другой меньше), просят ткнуть пальцем в большой. Затем в маленький.

У нас тест с преференциями, поэтому за правильный ответ мы получаем по кусочку угаданного фрукта. Или ягоду. Так, я слопала без зазрений совести целую клубничку. Большую.

Раз малышки подкрепились, можно напрячь… их мозги. Нам велят описать все, что мы делали, начиная с момента пробуждения, этим утром. И весь прошлый день. Потом задают словарную цепочку, ряд чисел, какие-то китайские поговорки повторить на слух.

Пока Вэйлань перечисляет все, что у них на столе было на завтрак, успеваю вздремнуть. Хорошо живут, да.

Затем снова за учебные столы сажают (это которые низенькие). На столах разноцветные палочки и карточки. Карточки с определенным количеством нарисованных палочек.

Мама Вэйлань строгим голосом требует отодвинуть от общей кучи одну палочку. Поднимает вверх указательный палец. И еще одну. Спрашивает: сколько палочек, покажите табличкой, где нарисовано столько же.