Карина Вальц – Тайна человека со шрамом (страница 17)

– Ну да, я – за тобой, ты – за своим Адамом. Игра у нас такая. Что же ты тогда не побежала за ним и дальше? Вокруг снег да скалы, далеко бы не ушел.

– Ты серьезно думаешь, что я могу его догнать?

– Он видит будущее, но ты его вообще всесильным сделала. Не думаю, что в горах так много путей отхода, и ты тут ориентируешься точно лучше остальных. И вдруг так быстро сдалась… не хотела, чтобы на вашей встрече присутствовал лишний свидетель?

Вот о чем Псих беспокоится. А ну как я увижу плюсы в нарисованном Адамом будущем и соглашусь на все, что он предложит. Потому из виду меня не выпускает, боится, что так и произойдет. Может, он тоже не сомневался, что Адам спасет меня, потому и бросился останавливать прыжок с моста. Это попытка помешать встрече, только и всего. И руки у него тряслись точно от холода и ветра.

– Хорошо, – резко согласилась я. – Идем, найдем его по следам. С той стороны порталов нет, то есть, до ближайшего добраться можно только к вечеру, учитывая погоду. Но там есть несколько пещер, возможно, Адам укроется в одной из них на время. Ты прав, он все-таки человек и оставляет за собой следы. Он может знать, что мы идем за ним, но в прятки играть трудно в снегах. Заодно и проверим его способности.

Время было потеряно, но в чем-то Алекс прав: не стоит награждать другого великой силой и сдаваться заранее. И… возможно, я и впрямь не хотела, чтобы у нашего разговора появился нежелательный свидетель, но теперь собиралась доказать обратное из упрямства.

Мы молча вернулись на другой конец моста, нашли следы. Глубокие, крупные и заметные издалека, такие оставил бы человек, которому не дана магия. Кто-то вроде меня. Мартин, к примеру, мог бы обойтись совсем без следов, придумать что-то.

Алекс взял меня за руку, чтобы я не ухнула в снег. За этот его жест я благодарить не стала, слишком он меня раздражал. Что-то подсказывало мне, что и Алекс не горел желанием держать меня за руку и помогать, а терпел, чтобы я не плелась по колено в сугробе и не тратила наше общее время. Я не выдернула руку и не толкнула его в снег из тех же соображений, хотя руки чесались нестерпимо.

– Где твои пещеры?

– Пока следы как раз ведут к ним. Дальше будет сложнее его отыскать, в пещерах следов не останется.

– Что-нибудь придумаем.

И мы пошли по следам. Видно было, что шаги Адама становились все короче – он устал. И наверняка нервничал, понимал, что мы за спиной, а бежать некуда, портал далеко. Можно только запутать.

До пещер мы добрались в рекордные сроки. Алекс поспешил отпустить мою руку, а я отшатнулась от него подальше. Напряжение и недовольство друг другом так и витало в воздухе. Себя я вообще не узнавала, мне хотелось броситься на Алекса с кулаками, накричать, толкнуть… все сразу! Меня трясло от эмоций, раньше я не представляла, что так бывает.

– Тут сеть из нескольких пещер, дед показывал мне в детстве… теоретически, он долго может плутать от нас, там достаточно поворотов и закутков.

– Разделимся? – совсем уж неожиданно предложил Псих. Кажется, плакала моя теория о попытке помешать встрече, ведь сейчас он практически отправляет меня навстречу Адаму.

– С удовольствием.

– Уверена?

– Как никогда.

И мы разделились. Я шла уверенно, не боясь, что из-за угла на меня выскочит монстр. Я его ожидала и жаждала увидеть. В детстве у меня было как раз такое опасение – я иду по пещерам, и вдруг выскакивает он. Кто этот самый «он» я и понятия не имела, но серость и безликость скал настраивала на встречу с самыми пугающими страхами. Но я никогда никого здесь не встречала.

Но вот выросла и вновь оказалась здесь. И встретила его. Того, в чьей человечности сомневалась с первого взгляда, настолько пугающим он мне когда-то показался. Но теперь я знала Адама немного лучше. И совсем его не боялась.

За очередным поворотом я его почувствовала, и только потом увидела.

Мы все-таки встретились.

Темная фигура в углу пещеры повернулась ко мне. Адам. Резким движением он скинул капюшон, подставляя лицо слабому свету, льющемуся сверху. Он не хотел напугать меня, знал, что на сей раз я не стану падать в обморок, завидев его полупрозрачные глаза и шрам на все лицо. Стало даже стыдно за нашу первую встречу – и чего я тогда тряслась?

– Откуда у тебя шрам, Адам? – вместо приветствия спросила я.

– Тебе нравится?

Его тихий голос мягко стелился по пещере, обволакивая, окончательно лишая страха. Завораживая даже. Все в Адаме завораживало: начиная от его дара и заканчивая его тайнами. Мне хотелось знать все. Понять. Остановить.

– Понравится больше, если ты расскажешь о его истории.

– Я расскажу тебе все, ни к чему манипулировать. Мои секреты – твои.

– Расскажешь, но не сейчас? – понимающе хмыкнула я.

– Почему нет? – Адам удивился сам и поразил меня одновременно. – Шрам у меня с детства. От человека, которому я верил больше, чем кому-либо. Даже тогда я знал, как все будет и до последнего не верил, надеялся, что это недоразумение. Ошибка. Тогда я первый и единственный раз сомневался в своем даре. Он не подводит никогда, но разве я мог знать это с самого начала? Требовалось испытание – и вот оно. На моем лице. Попытка изменить будущее.

Он сказал много и не сказал ничего одновременно. Банальный прием.

– И этот человек…?

– Жив и здоров, насколько я знаю. И наверняка меня уже забыл.

От его равнодушного тона и скрываемой горечи мне стало не по себе. Он рассказывал историю насмешливо, весело даже, но шрам на его лице был лишь тонким отражением того, что осталось внутри. Может, тот человек забыл Адама. Но Адам точно не забыл его.

– Твой дар… ты всегда знаешь, что произойдет?

Адам рассмеялся.

– А ты не любишь тратить время на пустяки, да? – его взгляд, холодный еще мгновение назад, потеплел. И неуловимо быстро Адам оказался близко ко мне. – Хочешь, я расскажу, чем закончится эта встреча?

– Хочу.

– Ты поцелуешь меня, Таната. И тебе понравится.

Теперь уже засмеялась я, хотя мой смех был скорее нервным.

– Теперь твоя очередь манипулировать, да?

– Тобой – никогда. Но поцелуй будет, это я тебе обещаю.

– Меня не настолько обрадовали убитые люди, Адам.

– Какие люди? Ах, твое новое расследование… Вижу, знаю. Но они не были людьми. И никогда бы ими не стали. Ты и сама таких ненавидишь. – Он подошел ближе, наклонился к лицу, словно и в самом деле собирался поцеловать. Но, глядя мне в глаза, продолжил говорить: – Хочешь расскажу, что та женщина делала со своими детьми? Запирала в погребе за малейшую провинность. Убийца пришел вовремя, иначе она бы уморила троих. Ты знаешь, каково это, Таната, умирать от голода? Нет, ты не можешь знать, но… понять ты способна. Понять и прочувствовать, пропустить все через себя.

– Ты… ты умирал от голода?

Адам отвернулся. Но ответил:

– У меня было много причин умереть. Но все они в прошлом.

– Ты украл мое дело. Оно хранилось дома у господина Валдо, моего бывшего куратора из академии.

– Воспользовался моментом, проявил любопытство.

– Попутно убив человека?

Адам улыбнулся, не ответив прямо. Разговор здорово меня путал: Адам не отрицал вину, но и не торопился с признанием. Почему не сказать все здесь и сейчас? Что он убивал людей, вредивших другим. Что не просто так у господина Валдо хранились личные дела студентов, все это должно было к чему-то привести. Ведь вина Адама очевидна… была до этого момента. Теперь я начала сомневаться во всем.

– Так ты убил его, Адам?

– Почему не задашь главный вопрос? – Адам прошел по пещере, настороженно заглядывая в каждый угол. Как будто чувствовал угрозу, но не знал, где она таится. Как будто не мог видеть всего. – Почему ты не спросишь о семейных секретах? Не поинтересуешься, что стало с мужем сестры?

– Он мертв, я и так знаю. А причина… будет такой же, как и у остальных твоих жертв вроде господина Валдо. Одна жизнь за другую, более невинную на твой взгляд. Думаешь, так правильно?

– Мне нравятся твои попытки поймать меня за руку, но пока еще слишком рано, Таната. Ты должна пройти свой путь, однажды ты со мной и в этом согласишься.

– Хватит уже! – я разозлилась, крикнула громко. Слишком громко, наверняка сюда скоро прибежит Алекс. – Хватит твердить одно и то же. Я не пойму. Я не приму. Никогда. И эта встреча не закончится поцелуем.

– Тебя предадут все, кого ты любишь. Тогда ты и передумаешь. А пока – приглядывай за племянниками и знай: я всегда рядом, – с этими словами он легко коснулся моего лба губами и ушел прочь.

Я за ним не побежала в этот раз. Не смогла. Его слова о предательстве ударили так, что я на ногах не устояла. Осела на кусок скалы с морозной коркой сверху, прислонилась лбом к ледяной глыбе. Вот тебе и поцелуй! Состоялся. Но я точно знала, что Адам лукавит – так и вышло. Он лишь слегка мазнул губами по лбу, чтобы слова свои подтвердить, юмор у него такой.

Но замечание о предательстве… оно было настоящим. Страшным. Даже Адаму было больно, он-то отлично знал, насколько пострадаю я. Знал, и все равно не предупредил, как этого можно избежать. Потому что точно знает, что будущее не изменить? Или я должна пройти этот путь, чтобы оказаться рядом с ним?

И от этого только страшнее.

Тот страх, что прилепился ко мне еще в Гезелькроосе, теперь пустил корни. Грозил разрастись. Раньше я раздумывала без конца, как же так выйдет, что я окажусь с Адамом, меня пугала неясность. Теперь вот будет страшить предательство. Я ведь даже успокоить себя не могу, не могу убедить, что Адам – лжец и манипулятор. Он говорил правду. Меня предадут все, кого я люблю. А кого я люблю? Семью, несмотря на все сложности. Может, не отца с матерью, но точно дедушку и сестер. Ребят, мы близки друг другу. Даже советника можно включить в короткий список. Все равно больше некого.