Карина Вальц – Множественные сны Эльфины Рейн (страница 33)
– Какого черта вы посадили девушку?! Она спускается вниз…
– Девушку? Но здесь никого не было.
С таким ярким комбинезоном он просто не мог упустить Эль из виду. Значит… значит, оператор не видел ее, потому что слаб разумом. Он не виатор, а значит, им так легко управлять… это паразит сознания, опять он. И Фауст застыл, думая, сколько же их раскидано по Глетчерхорну.
Он понимал все меньше и меньше.
Но знал, что не сможет оставить в беде эту чокнутую.
ГЛАВА 35
Времени на принятие взвешенного решения попросту не было, каждая секунда промедления могла стоить безрассудной Эльфине Рейн жизни. Которой она вправе распоряжаться сама – говорил назойливый голос в голове парня, но… он видел Бланку в кошмарах так часто и ярко, словно сам видел ее смерть. И этих кошмаров ему хватило, чтобы отмахнуться от назойливых мыслей и сосредоточиться на деле, а именно – на попадании на подъемник.
Он не туристический, кабин мало… у Фауста примерно десять минут на сборы. Он побежал обратно в Глетчерхорн, толкая всех на пути, не жалея ног и дыхания. К счастью, не пришлось подниматься к себе, он ворвался в склад с зимними принадлежностями и схватил первую попавшуюся доску с длинным носом. Затем откинул и выбрал лыжи: для поисковых работ они подходят лучше. И для экстренного спуска… а Эльфина Рейн, конечно, выбрала сноуборд. Точно, сумасшедшая.
Подхватив лыжи, Фауст бросился на поиски оборудования. Времени не было, он схватил лавинный рюкзак, убедился, что там есть все необходимое, бросил туда же бипер и помчал обратно к подъемнику. Успел в последний момент, влетел в кабину под крик оператора подъемника… который бездействовать не стал, а остановил все кабины.
– На выход, – скомандовал он. – Погоду видел, идиот? Ты и лыжи взял?! – лицо мужчины вытянулось от изумления, он никак не мог уложить в голове мысль, что в Глетчерхорне нашелся настолько отчаянный псих.
– В горах сейчас девушка, – торопливо объяснил Фаустино, задыхаясь после пробежки. – Я еду, чтобы ее найти. Вы должны сообщить об этом инциденте, при мне оборудование, нас можно будет разыскать. Я поеду по ее следу, пока он не исчез. При ней оборудования нет, – в этом Фауст не сомневался, Эльфина Рейн была без рюкзака.
– Да какая девушка?! Сказал же, не было никого!
– Была! Я ее своими глазами видел! – рявкнул Фауст. – Просто запустите чертов подъемник, а после проверьте камеры, и поймете, что упустили ее! Отправили прямиком в метель!
– Уверен, она спустится до Фиша и сядет обратно. Если ты прав, конечно…
– Тогда и я сяду обратно! С ней.
– Парень, никто не станет спускаться по горам в такую метель. Никто из местных точно. Лавинная опасность уже неделю в красной зоне. Тебе могло показаться что угодно, но девушки здесь не было, – оператор говорил с ним, точно с неразумным ребенком, разжевывая каждое слово, медленно и доверительно. И тем самым он расходовал время, которое и без того было упущено.
Фауст вышел из кабины, зажмурился.
Он ненавидел насилие во всех его проявлениях, а людей, которые не могут решить все диалогом, считал лупыми или в себе неуверенными. Насилие всегда растет там, где есть неуверенность, особенно в современном мире, в котором ни к чему махать кулаками и саблями. И вот он, Фауст, со всеми его установками, сжал кулак и ударил ни в чем неповинного мужчину, который нападения не ждал, не успел защититься. Ничего не успел, только отлетел в сторону.
Ненавидя себя за это, Фаустино переступил через оператора и ворвался в его будку. Запустил подъемник и едва успел заскочить в кабину, которая приближалась к пропасти. Двери закрылись за его спиной, сам Фауст упал на лавку и вновь зажмурился. Рука тряслась, на костяшках проступила кровь. Фауст спешно обтер руку о штаны, только сейчас сообразив, что до сих пор одет в домашнее, с наспех накинутой сверху новой курткой… не самый горнолыжный наряд, но на поиск другого не было времени.
Только бы успеть!
В глубине души Фауст надеялся, что никуда Эль не уедет, посмотрит на «молоко» и вернется в Глетчерхорн. Но еще Фауст точно знал, что
А теперь… теперь все вдруг изменилось.
Сначала Фауст восхищался новой гранью Эльфины Рейн, девушки, которая умеет летать, не боится вломиться в Комиссию и улыбается так лихо и хитро…а сейчас ему стало страшно. Потому что он не заметил, что за лихой улыбкой прячется по-настоящему опасная личность, способная на любой риск. Если так подумать… многие решения Эль в Нюкте и вне ее отдавали безумием. Чудо, что они все выбрались живыми, да еще с мсье Лероем.
Но Сомнус на то и Сомнус: там можно рисковать, в подсознании банально больше вариантов для выживания. В реальности же все не так. Ломаются ноги, руки, есть риск заблудиться, и никакие способности мыслителя не помогут. И Эль не сможет себя извлечь из лавинных глубин. И Фауст не мог бросить ее, никак не мог.
Едва двери кабины отворились, он выскочил в метель.
Если Эль планирует попасть в Фиш, то должна начать путь от подъемника на запад, через горный кулуар9. Он нашел ее след ровно там, где ожидал, но след исчезал на глазах из-за метели. Фауст наспех запрыгнул в лыжи и начал спуск, понимая, что с этого момента пути назад нет, у него один вариант – добраться до Фиша. Наверх уже не забраться, по метровому слою пушистого снега это невозможно.
Он утопал в снегу почти по пояс каждый раз, когда тормозил в поисках следа. На его беду, Эль была слишком легкой и летела вниз, не разбирая дороги, оставляя за собой лишь намек на присутствие. Порой Фауст думал, что потерял след, но чем ниже спускался, тем проще становилось, ведь основная метель свирепствовала у горных вершин, внизу пока было тише. Хотя видимость так и оставалась ужасной.
Скалистая часть гор закончилась, Фауст выкатил из очередного кулуара и остановился. След Эль тянулся в сторону леса. В лесу лучше видно и на первый взгляд безопаснее, но… но надо быть чертовски хорошим райдером, чтобы прорваться вниз, не угодив в дерево. К тому же, необходимо знать о всех подводных камнях вроде обрывов и ручьев… попав в ручей, можно не выбраться. А попасть в него так легко, когда он припорошен метром свежего снега.
В этот момент Фауст и в своих навыках сомневался, хотя с детства катался и на лыжах, и на доске. И в его прошлом достаточно разных моментов вроде подросткового максимализма, когда все горы кажутся по плечу. Как-то раз их с Шарлем эвакуировали вертолетом, и как им тогда повезло – была связь! Они заехали буквально в никуда, Шарль упал с обрыва в свежий снег и повредил ногу, ключицу… он так кричал! Фауст тогда к нему не спустился, рассудив, что полезнее остаться на вершине, и это их спасло.
За Эльфиной Рейн он спускается без плана, а с Шарлем так хорошо соображал!
В лесу следить за следом стало сложнее, хотя видимость стала почти хорошей. Но меж веток и деревьев терялся след, на контрасте с лесом все сливалось, след угадывался едва-едва. И каждая остановка сильно тормозила Фауста, ведь остановка в таких условиях – всегда риск утопнуть. Его вес придавливал пушистый снег, и вот уже сдвинуться с места становилось все труднее. Чем ниже, тем труднее, снег из пушистого и морозного превращался в плотный и тяжелый, как бетон. Легкие горели, все мышцы болезненно скручивало от нагрузки, Фауст спускался все ниже и ниже, и уже начал верить, что ненормальная Эльфина Рейн справилась, спустилась с горы как чемпионка без единого падения или остановки, ведь след ее не прерывался: линия доски, не более. Она и с возвышений умудрялась спрыгивать без падений или торможения, просто ехала дальше, несмотря на увеличенную от прыжков скорость. Самое время восхититься очередным навыком, но Фауста это не восхищало в данный момент.
Для такой поездки нужна выносливость, которой у Эль в итоге не оказалось.
Он и сам, даже с остановками, едва стоял на ногах. Спуск по метровому слою свежего снега – совсем не спуск по накатанной трассе, требования к подготовке намного выше, ноги должны быть тренированными, и тем более ноги девушки. След Эльфины Рейн оборвался в лесу, Фауст увидел это издалека и вовремя остановился.
Саму Эль он нашел в ледяном ручье, ее доска застряла меж корней, но осталась целой. Возможно, именно доска и спасла девушку, ведь Эль слабо шевелилась и отплевывалась от воды. Случилось именно то, чего Фауст боялся – у Эль не хватило сил завершить сложный путь. Она не заблудилась, не утонула в пухляке, но ее настигла иная опасность, скрытая под снегом. Из-за усталости Эль ехала медленнее, ошибалась и в итоге провалилась вниз.
Оценив ситуацию и возможности, Фауст снял лыжи. Здесь хороший уклон, а значит, он сможет обуться и поехать дальше… если выберется из ручья. Но ждать помощи наверху он не собирался, Эльфина замерзнет до смерти за это время. Да и кто знает, как оператор подъемника отреагировал на нападение… вдруг он не сообщит о случившемся? Выход один: выбираться самим.
Фауст спрыгнул вниз и наклонился над Эль:
– Эй, я здесь. Здесь…
ГЛАВА 36
Кажется, Эль ударилась головой, ведь после падения ей все виделось смазанным и странным. Время то замедлялось, она смотрела на свои руки, облаченные в яркие непромокаемые варежки, и видела все с долгой выдержкой: шевельнула ладонью, а за ней остался яркий след; а после время вдруг ускорялось, ведь моргнув всего пару раз, Эль оказалась на ногах. И опиралась она на Фауст, который непонятно, откуда взялся, когда спрыгнул вниз, как ее смог поднять… Фауст все твердил, что ему нужна помощь, Эль кивала и пыталась понять смысл остальных его слов. Он что-то от нее хотел, донимал вопросами, заглядывал в глаза, а Эль существовала в своем странном временном потоке: смотрела на яркие варежки с выдержкой, либо молниеносно перемещалась вперед. Одно из таких перемещений вытащило ее из ручья.