Карина Вальц – Мертвая земля (страница 44)

И обронил загадочную фразу:

— Плохо, что с Актером так сложилось.

— Плохо, — мрачно согласился Дар.

— Лучше бы его и в самом деле прибили, для тебя лучше, сынок. А теперь придется искать пути примирения.

— Зачем? — не поняла я.

Мужчины уставились на меня с недоумением и даже сочувствием, а Лу и вовсе головой покачал, демонстрируя разочарование в бестолковой воспитаннице.

— В Низменности его имя звучит чаще, чем беседы о Храме, — пояснил Дар, но этим все еще больше запутал, и сам вконец расстроился. До такой степени, что вскочил с места и побежал прогуляться по саду и покурить.

Работа в королевской полиции, она такая. Нервная. Помню, когда-то я вместе с Даром тревожилась обо всем подряд, например, о любовнице альтьера Армфантена и том, как это отразится на репутации одноименного университета, о переписке альтьера Тандебельта с принцессой Равнсварта, об экспедиции любопытствующих в Посмертные Земли, о растущих вширь границах Мертвоземья… я занервничала от одних только воспоминаний обо всем этом.

Видимо, Актер из обновленного списка волнений.

Меня же интересовал другой вопрос.

— Как думаешь, связью со скельтой можно шантажировать? — без предисловий обратилась я к старому наставнику.

Лу всегда соображал быстро:

— Собралась Дара в угол загнать?

— Собралась.

— Ну и дура.

— Да, знаю. И давай пропустим часть о работе над собой, мы оба понимаем, что дурой я и помру. Но хотелось бы дурой, прижавшей Дара. Так что выкладывай свои идеи, Лу.

— Придушить бы тебя за такие шутки, да жалко, — скатился до нытья старик. — Мы ведь уже с тобой говорили об этом, Ида. Но могу повторить еще раз: Дар не из тех, кого следует прижимать к стенке, к нему лучше другой подход найти. Просто будь с ним ласкова и договорись.

— Что-то мне не очень хочется, — скривилась я.

— Кто способен укротить своего внутреннего зверя, без труда укротит и чужого, ибо человек этот воистину бесстрашен, — привычно процитировал Лу. — Укроти своего зверя, Ида, наступи на горло своей гордости, пока она тебя не погубила.

— Это не совсем гордость, Лу. Это ненависть.

— Не в ней ведь дело. Смотри на это так: ты ничего не можешь сделать с Дарланом и никогда не сможешь. Надеюсь, хотя бы с этим спорить не станешь. Тебе необходимо перестроиться и научиться жить дальше, но гордость не позволяет. Гордость же не позволила тебе до конца разобраться в той старой истории, может, тогда бы ты увидела все иначе.

Я отвернулась и посмотрела на стоящего в отдалении Дарлана.

— Никогда не любила твои нравоучения, Лу.

— Потому что всегда была упертой и строптивой.

— А ты – старым садистом. Мы с Александром тебя ненавидели.

— Злишься? — старик весело засмеялся и похлопал меня по руке. — Это хорошо. Значит, понимаешь, что я прав. Ничто не злит человека больше чужой правоты. И я верю, что в конечном счете ты найдешь правильное решение. Или получишь новый жизненный урок, что тоже полезно.

— Интересно, что за идиот придумал правило не бить стариков?

Лу засмеялся еще громче:

— Ида, девочка моя… ну вот как тебя не любить? — он сжал мою руку крепче и добавил уже серьезно: — Не зли Дарлана, вам и дальше придется друг друга терпеть. Куда легче это делать без объявления войны и с умением договариваться.

— Дальше терпеть? О чем ты говоришь?

— О том, что королеве надоело твое домашнее заточение и глупый алкоголизм. Если сейчас Александру реальная опасность не грозила, то в будущем это еще случится. И твоя обязанность быть рядом. Как и обязанность Дарлана. Видишь связь?

— Вижу, что ты фантазируешь, — все больше злилась я. — Откуда тебе знать, что думает Роксана? Ты уже давно не на службе, Лу, вряд ли королева ходит в твой ресторан поужинать и обсудить, что ей там надоело, а что нет.

— Как знать, Ида, как знать.

Теперь и мне было впору нервничать и бегать по территории ресторана от волнения и негодования. Я ведь искренне считала, что приказ королевы распространялся на одно конкретное дело, а потом меня вновь оставят в покое… но, сдается мне, Лу прав: терпеть мне Дарлана до конца моих дней. И так заманчиво сделать это время невыносимым для врага… заманчиво и крайне глупо, к сожалению, и тут старик прав. И от осознания этой правоты хотелось орать во все горло. Ненависть к Дарлану разгорелась с новой силой.

Он как раз вернулся к столу.

— Идем, я тебя провожу… — увидев выражение моего лица, Дар нахмурился: — Я что-то пропустил? У тебя такой вид, словно ты сейчас взорвешься.

— Укрощает зверя, — загадочно поведал Лу.

Старик проводил нас до выхода и весело помахал на прощание.

Дорога прошла в гнетущем молчании. Возле своего дома я повернулась к Дару и резко выпалила:

— Предложение такое: убийцу мы ловим на свадьбе, с ним все понятно. Сам с альтьером Меллином потом разбирайся, мне все равно. Но Янис и девушки получают свободу.

Дарлан не выказал особого удивления

— Ты ведь знаешь, кто эти девушки?

Вопрос прозвучал так буднично… он узнал о сивиллах, конечно. Каким-то образом он это выяснил. Интересно, как? Побеседовал с одной из них? Или со всеми разом? Или догадался раньше, еще в клубе, когда девчонки тряслись от страха и не могли перестать рыдать. Это выглядело подозрительно.

— Знаю. А ты закроешь на все глаза.

— И зачем мне это делать, Ида?

— Ты мне скажи. Цена не так уж и важна.

— То есть, я могу просить что угодно? — Дарлан опасно приблизился.

Я силой удержала себя на месте и подняла голову:

— Умоляю, задери планку повыше, не щади меня. Не откажусь от повода ненавидеть тебя еще больше. Так что ты попросишь, Дар?

Он замер, глядя мне в глаза. И челюсти сжал так сильно, что не оставалось сомнений: ой как много всего он хочет мне ответить… но Дар упорно молчал и разглядывал мое лицо.

Потом его отпустило. Он шагнул назад, отвел взгляд.

— Ничего, — наконец выдавил он.

— Не понимаю…

— Мне ничего от тебя не надо, Ида. На девчонок мне плевать, а пацан из городских… им сама занимайся, делай что хочешь. Пусть висит на твоей шее.

Он развернулся, чтобы уйти, но меня это не устраивало.

Я обогнала Дарлана и преградила ему путь:

— Так дело не пойдет!

— Теперь я не понимаю, что ты хочешь.

— Не понимаешь?! Все ты прекрасно понимаешь. Как и я понимаю, что никаких «просто так» не существует, за все надо платить. Это знаменитый закон баланса, но уже в реальной жизни, Дарлан. Говори прямо: что ты хочешь?

— Одного: чтобы ты научилась ненавидеть меня немного меньше…

— Нет, — оборвала я резко.

Он грустно улыбнулся:

— Тогда буду утешать себя тем, что сделал все возможное.

В этот раз его уходу я не препятствовала. Стояла, глядя, как Дарлан забирается в экипаж и уезжает. И после этого я еще долго стояла и ужасно злилась. На Дарлана, на старика Лу, на королеву Роксану… но в основном на себя. Это я виновата, что наш разговор прошел вот так, не подготовилась заранее. Не нашла, чем Дарлана зацепить. Скельты в его постели оказалось недостаточно… а жаль, очень жаль. Ведь так было бы намного проще. А от такой уступки Дара меня тошнило как от самого паршивого на свете вина.

Но хотя бы девушки обретут долгожданную свободу.