Карина Вальц – Чёрный парад (страница 46)
Съев порцию гнилости и закусив ее бутербродами, я подтянула колени к подбородку и обняла себя за ноги. Стало почти удобно. Я считала время до рассвета и фантазировала, что может происходить внизу. Не во дворце, конечно, в Посмертье. Актер и Дарлан встретились? Поговорили? Они… живы еще? Актера я привычно не чувствовала.
Мне хотелось тоже быть там, в гуще событий.
Это проще.
А здесь только и оставалось ждать. И думать о всяком. Например, о словах скельты Церы. «
Наступил серый рассвет.
Скоро будут сутки, как Дарлан ушел в Посмертье.
Глядя на тонкую нить водопада (с высоты он казался именно нитью, тонкой и незначительной, ничего общего с разрушительной водной стихией), я кое-что вспомнила. Слово Земли. Совсем недавно я говорила о слове Земли, о предсказании, выписанном для другого человека. В кои-то веки не о своем. И все разговоры были проходными, словно о ерунде, вот только с каких пор слово Земли — ерунда? Разве что для человека, который наотрез отказывается верить.
Дарлану было что-то предсказано.
Что-то такое, во что он категорически не верит.
Перед глазами выросла картина, позволяющая осознать, увидеть… Роксана водила Дарлана в Посмертье, чтобы убедиться, что он в наследники не годится, мертвые не жаждут его крови. Роксана, которая долгое время не могла зачать ребенка. Но потом случилось чудо по имени Александр… в тот момент Дарлан перестал верить? После рождения будущего короля? Это значит… это намекает на очевидную суть того предсказания.
Настолько очевидную, что впору выть от отчаяния.
Глава 23. В Посмертье что-то произошло
— Виктор! Виктор, вы должны меня выпустить! — кулаком я барабанила по двери, но звук получался до того глухим, что Виктор не расслышал бы его, даже стоя за дверью. А там его точно не было.
Я выругалась сквозь зубы и вновь принялась шагами мерить камеру. Дарлан больше суток в Посмертье, скоро вечер, и… как оказалось, заточение у Актера не было таким уж невыносимым. Там я пробыла множество дней, но они не казались той вечностью, в которой я варилась здесь и сейчас.
Вестей никаких, из окна башни разглядывать нечего.
Дарлан, Дарлан, Дарлан… до конца я ему никогда не верила, это факт. И ублюдок смог создать необходимость в себе, да такую, что никакое недоверие его сдвинуть с места не способно. Да и кто я такая? Бывшая любовница короля, альтьера с сомнительной репутацией, и в довершение ко всему умудрилась спутаться с самим Актером, который теперь на слуху, не иначе как главную роль играет. В общем, есть чувство, что все в жизни я делала неправильно.
И, пожалуй, только после поступка альтьера Миткана я до конца осознала свою роль. Сидя взаперти, многое надумать можно. Нет Дарлана — и вот уже никто не поспешил мне на выручку, ни один страж не усомнился в приказе меня запереть, ничего такого. Александр сам связан по рукам и ногам… и нет у меня уверенности, что даже король бы меня выручил. Он бы попытался, да, но скорее всего, остановился бы перед первым же препятствием на пути к цели. Александр всегда так делал. Дарлан же держал меня рядом из-за Актера, а раньше терпел и вовсе из-за Роксаны. Прожив столько лет, я как будто не смогла найти место в жизни и обрасти нужными связями во дворце.
Не тягаться мне с Дарланом.
Тем более, без понимания, что он задумал.
Помнится, все разговоры о троне он высмеивал, и смех выглядел искренним, словно Дару нужно что-то другое. Но если мои догадки верны… старик Лу, на глазах которого выросли не только мы с принцем, но и Дарлан, упоминал, что Дар рос парнем, в слово Земли верующим, но потом как отрезало. Надо думать, случилось вместе это с рождением принца, наследника Мертвоземья и мертвой Армии. Тогда Дарлан понял, что слово Земли может обмануть? Или… он понял, что для его исполнения человек должен приложить усилия, как бы подтолкнуть себя в нужном направлении?
В направлении трона.
И пусть сам Храм говорит, что такие действия запрещены и ведут к плачевному результату. Храм всегда много говорит. А искренний смех Дарлана мог быть просто смехом, веселился человек.
Кажется, в конце концов я задремала, а проснулась от скрежета петель. В камере было темно, но легкий цветочный аромат намекал на личность посетительницы.
— Августа, — я вскочила на ноги, радуясь королеве, точно близкой подруге, — что происходит? Есть новости о Посмертье? Что во дворце, в городе?
— Я… — Августа замялась, напуганная моим напором. — …честно говоря, Ида, мне мало известно. Александра по-прежнему удерживают, я пыталась его увидеть, но мне не позволили. Там много стражи, альтьер Миткан все время неподалеку, очень он бдительный. Так, возможно, я бы смогла договориться.
— Виктор не единственный, с кем вы подружились?
— Нет.
Даже Августа заручилась поддержкой во дворце, даром что чужестранка.
— Но что-то вы слышали? От… друзей.
— Честно говоря, я улавливаю в ваших словах странный подтекст, хотя ничего такого… мне нравится быть милой с людьми. И пусть вам это не близко, но для меня важно, что обо мне подумают и что скажут, когда я выйду из комнаты, — королева шагнула ко мне и протянула корзину: — Держите, вам нужно поесть. Виктор сказал, что альтьер Миткан забыл дать приказ о вашем пропитании. Громко забыл, подчеркнуто, чтобы все поняли: кормить вас не стоит, пока Дарлан не вернется. Вы не отказывались от еды, верно?
Еда — последнее, о чем я думала, но Августа права, лучше подкрепиться.
Хотя бы для того, чтобы альтьера Миткана потом живьем закопать, всегда хотелось проверить, а заберет ли Посмертье живого, или так и будет валяться в земле? Впрочем, недолго.
Кровожадные мысли прервала Августа:
— В городе произошел взрыв, это все, что мне известно. Об этом многие говорили… что-то про неправильное использование знаний о Посмертье. Тот человек, Актер… он не учился в вашем университете, поэтому под угрозой оказалось столько жизней. Нельзя нарушать баланс.
— Баланс важен, — кивнула я задумчиво.
Хотя нарушил его вовсе не Актер, а Цера, скельта из Храма. Сама скельта! До сих пор в голове не укладывалось, я привыкла, что Храм держится особняком, и даже близкие люди вроде Хеди далеки от понятия нормальности. От того, что я в него вкладываю. И тут вдруг скельта вмешалась в конфликт и нарушила баланс. Это сразу показалось странным, необычным, но теперь я восхищалась Дарланом, который сумел все провернуть.
— Александра должны отпустить, раз взрыв случился.
— Но как это связано? Впрочем… его не отпустили, — выдохнула Августа. — О взрыве я узнала утром, и прежде, чем отправиться к вам, пыталась встретиться с его величеством. Он узник… но это до возвращения альтьера Дарлана, да? Все как с вами, ради безопасности, — она говорила, но в слова свои не верила.
— Ради безопасности, — повторила я.
И это могло быть правдой, почему нет.
Августа распаковала корзину и принялась мастерить бутерброды, и по жадности, с которой она сама впивалась зубами в хлеб, было понятно, что ее величество редко о еде вспоминала.
Мы ели в тишине, в камере стало светлее. Скоро рассвет.
Еда нас разморила, расслабила настолько, что лязг двери оказался неожиданностью. Одновременно мы вскочили на ноги, а я шагнула вперед, закрывая собой Августу. Глупо, конечно, в камере не скрыться, но визитером может оказаться кто угодно.
— Твою мать! — выругалась я, глядя на осунувшегося и измазанного в крови Дарлана. Его одежда была порвана, выглядел он выходцем из Посмертья, но живым. И крайне недовольным, ведь он сразу понял, кого я закрыла собой.
— Ваше величество, рад видеть вас в добром здравии, но кажется, сейчас не лучшее время для визитов подобного толка. Супруг наверняка вас обыскался, он многое пережил, ему как никогда нужна поддержка.
Августа моментально вывернула из-за моей спины:
— Я… Александр меня ждет? Значит, он…
— Свободен.
— Ида, извините, мне пора, — Августа говорила это набегу, буквально пролетая мимо Дарлана. Он проводил королеву с некоторым удивлением, затем… захлопнул за ней дверь.
Значит, свобода дарована Александру, но не мне?
— Видела, как понеслась? Не знал, что люди в куче юбок способны бегать с такой скоростью, — хмыкнул Дар.
— Как это все понимать?
— Ты про скорость тихони-Августы? Теряюсь в догадках…
— Я про закрытую дверь.
— Ах, это… не обессудь, но сейчас все слишком напряженно. Встреча в Посмертье удалась на славу, хоть ты и не спрашивала, и даже с возвращением не поздравила… во дворец я вернулся не один, а с сивиллами, если понадобится, мы их используем. Полагаю, девушки не откажут в помощи, если их вежливо и доходчиво попросить. А вот Актер не сдох, опять сбежал. Полагаю, теперь он разозлится и захочет все испортить, например, сивилл своих ядовитых вернуть. Или тебя. Время для рискованных решений и активных действий, а значит, ты будешь сидеть здесь.