Карина Вальц – Чёрный парад (страница 38)
Вскоре я забралась в узкое окно и оказалась в той самой комнате, где когда-то мы с принцем проводили много свободного времени. В той самой комнате, где он сообщил, что Августа отныне его любовь, а я… я не такая, как надо и всегда была не такой. В этой комнате я вдруг вспомнила об этом особенно остро. И поняла: некоторым людям легче причинять боль. Уверена, Александр ни за что не решился бы сказать Августе что-то подобное, ведь она такая милая, хрупкая и нежная. А вот мне можно, я все переживу. И что забавно: сама я раз за разом поступала так же жестоко. С Актером. Словно каждый мой удар ему нипочем, словно он сильнее обычного человека. Все переживет.
Полагаю, извиняться уже поздно.
А присутствие Актера до сих пор не чувствовалось, значит, он еще в Посмертье. И вместо того, чтобы оглядеться, я вдруг вспомнила, каким беспокойством горели его глаза, как отчаянно он тянулся ко мне, боясь, что мне навредят. И пришел, точно зная, что ему уготована ловушка. Возможно, признание, вырванное из меня Александром, и было порывистым, непродуманным и вообще… тесно переплеталось с тем, что наговорил мне сам принц, но глубоко в этих словах скрывалась и страшная правда. А она в том, что Актер — покоритель. Такому трудно противостоять, перед таким трудно не склониться, я хорошо понимала всех тех людей, готовых за ним идти. Не будь я по другую сторону этого конфликта, сама бы за ним побежала, поползла бы.
— В другой жизни, Хал, — пробормотала я в пустоту.
И наконец огляделась.
Освещения с улицы хватало, чтобы увидеть некоторые странные детали. Например, отсутствие пыли на полу. Помнится, в прошлый раз здесь были следы, а после и мы с Александром натоптали… а теперь вот ничего. Хотя пыль убирали наспех, только чтобы она не открыла лишнего. А вот чем убирали… одеждой? Убийца скрылся с места преступления, причем смог это сделать, будучи раненым, затем разделся, смахнул пыль, уничтожая лишние следы, а потом…
Вот в чем дело: эта комната имела лишь один выход. В королевские покои его величества Александра. Тайный проход, пыльная лестница… если убийца не продолжил путешествие по стене, то уйти отсюда, минуя покои короля, никак не мог. И от одной мысли об этом по спине поползли липкие мурашки.
В два счета я оказалась на лестнице и ворвалась в спальню короля. На кровати угадывалось два силуэта. Я подошла тихо, прислушиваясь к дыханию. Августа сопела, подложил сложенные ладони к щеке, Александр лежал рядом, широко раскинув руки, его грудь вздымалась и опускалась. Он дышал, спал. Как и Августа. И оба не проснулись, хотя я скрипела дверью, могли и убийцу проспать точно так же.
Ладно, с этим разобрались.
Я отошла от кровати и огляделась. Куда делся наш преступник дальше? Не в коридор же вышел, там охрана, тем более, возле спальни короля. Но покои Александра вели не только наверх, существовала еще дверь. В спальню Августы.
Туда я и направилась.
И ждал меня успех: остатки земли в ванной комнате. Кто-то пытался все убрать, да только торопился. А землю я искала, поэтому и заметила. Значит, убийца был здесь, остановил кровь… и дело осталось за малым: дождаться удобного момента и выскользнуть в коридор. Или опять окно? Я проверила: нет, спальня Августы находилась у гладкой части стены, ни единого выступа или декора. Ставлю на коридор. При известном везении покинуть комнату незаметно можно, например, во время паники из-за обнаружения очередного тела. Вся стража там, люди снуют туда-сюда, взгляды направлены в другую сторону.
Или все еще проще: по стенам лазила сама ее величество.
Но поверить в такое сложно, даже версия с убийцей-призраком звучит более реалистично. И если альтьеру Никласу или Карлу Августа еще как-то могла воткнуть нож в горло (хотя откуда у нее навыки метания?), то Цедеркрайц и Иллирика сразу мимо. Я, конечно, далека от всех этих беременных тягот, но как будто бы трудно убивать, мучаясь от болей и практически рожая при этом. А ведь после убийства и сбежать надо.
А если бы Августу хотели подставить, земли на полу осталось бы больше.
Дневники!
Едва не забыла, что убийца позаимствовал дневники Роксаны. Вот с ними выбраться в коридор уже затруднительно, а значит… значит, они могут до сих пор оставаться где-то в этих комнатах, припрятанные до лучших времен. Здесь, или в тайнике наверху.
Я застыла у окна, думая, как поступить. Позвать альтьера Миткана и стражу? Обыск у Августы пройдет быстрее, если будет больше рук. Рук, возможно, нечистых, которые в итоге приберут дневнички себе.
Нет уж, придется самой.
И я вернулась в спальню Александра, через нее поднялась в комнату с пылью и окном. Лезть по стене обратно не хотелось, но что поделать… выйди я из королевских покоев, возникли бы вопросы, а отвечать на них пока не стоит. Возможно, потом, после обыска и… быть может, ловушки? Стоит это обдумать.
В библиотеке я застала Яниса, ползающего под столом.
— Нашел что-то интересное?
От неожиданности бедняга вздрогнул и ударился макушкой. Выбрался из-под стола и распрямился, уже пунцово красный:
— Ничего необычного, альтьера.
— Не альтьера. Ида, мы же договаривались.
Судя по всему, наш договор был только моим, а Янис никогда не сдастся.
— Ты неисправим, — пожаловалась я. — Такой упрямец!
— Простите. Полагаю, можно начать с ножа, выяснить, кому он принадлежит…
— Это нож из тренировочной комнаты, там таких много. К тому же, похожими вооружена стража. Их удобно метать, они хорошо сбалансированы, но, к сожалению, не уникальны. И тренировочная комната сейчас не охраняется, насколько мне известно.
— Кто во дворце умеет метать ножи?
— Я умею.
Янис в ответ не улыбнулся, ответил серьезно:
— Это я помню, альтьера. Ваш бросок был очень похож на этот.
— Но меня ты не подозреваешь? Ладно, тогда… стража, люди из королевской полиции, многие альтьеры, сейчас живущие во дворце… умение не такое уж и уникальное, Янис.
— По вашим меркам. А вот по моим, очень даже уникальное. Не уверен, что в обычной полиции хоть кто-то смог бы метнуть нож столь… искусно, — Янис подошел к окну и указал на кровь: — Если мы зашли на запретную территорию, альтьера… не сочтите за наглость, но я должен спросить: вы можете что-то сделать? — он посмотрел на меня со смесью сомнения и страха, но мысль свою объяснил: — С этой кровью. Что-то… из ваших научных умений. Если это кровь убийцы, любая информация пришлась бы кстати.
Я бросила на Яниса ироничный взгляд:
— Во-первых, многие «научные» манипуляции строго запрещены. Во-вторых… да, на любой запрет можно наплевать в нынешних обстоятельствах, но вот в чем проблема: с мертвой кровью ничего уже не сделать. Бывают редкие исключения, но… нет. Кровь высохла и не несет в себе особых свойств, кои любит впитывать мертвая земля. Баланс присутствует во всем: земля мертвая, а кровь — живая, тогда что-то и выйдет. Научное. Убийца убрал бы за собой, если бы боялся всяких… научностей.
— Понятно. Простите, если мой вопрос был неуместным.
— Хороший вопрос, как всегда, — похвалила я и направилась к двери: — Идем, Карлу пора в путь, а нам заняться делом. Надо обыскать спальню королевы, короля, а еще устроить засаду. Скоро утро, лучше поторопиться…
Глава 19. Любовные интриги
На улице рассвело, а мы с Янисом все шныряли по личным вещам королевы. Я перебирала ее книги, одежду, и думала: это наказание за совершенное грехи? Или почему еще я занимаюсь… этим. Вещи супруги принца — последнее, что мне бы хотелось перебирать. Заглядывая в шкафы Августы, я чувствовала себя мерзко, никак не могла абстрагироваться и принять мысль, что это лишь работа. И фраза «копаться в нижнем белье» заиграла новыми красками.
— Ничего нет, — сделал вывод Янис и бессильно опустился в кресло. Но расслабиться не успел, вспомнил, где находится, и поспешил вскочить на ноги.
— Можешь сесть, честное слово, это законно, — устало заметила я.
До комнаты Августы мы успели обыскать помещение наверху, но и там дневники Роксаны не нашлись. Значит ли это, что я ошиблась в выводах? И убийца их как-то вынес из комнат? Под рубаху сунул… хотя это риск, сразу заметно. Дневники Роксаны — вовсе не тонкие тетрадочки, которые легко скрыть под одеждой. А в коридоре стражи очень много, одно дело — человека пропустить, другое — человека с внушительной по размеру ношей, с которой надо еще до конца коридора добраться. Хотя если убийца — женщина и на ней было платье… да тоже бред, в платье по стенам не очень-то попрыгаешь. А ведь есть еще грязная рубаха, которой вытерли пол наверху, ее тоже в карман не засунешь.
— Ты останешься здесь на всякий случай, — решила я. — Спрячешься и будешь ждать, а я займусь дальнейшими поисками в королевских покоях, как только Александр и Августа спустятся на завтрак.
— Я буду здесь… прятаться? Но альтьера…
— Августу предупредят, Александра тоже.
— Отлично, — Янис заметно расслабился и перестал пунцово краснеть. Решил, что я его за королевой подглядывать оставляла? Да мое коварство не знает границ!