Карина Тихонова – Любовь по контракту, или Игра ума (страница 13)
Я положил аппарат в карман и тяжело вздохнул. Разговор меня не удовлетворил ни с какой стороны. Все-таки интересно, чем сейчас занимается госпожа Левицкая? В разгар рабочего дня!
Домой я приехал рано и в отвратительном настроении. Дэн не явился, хотя мы договорились съездить за его вещами. Алла не позвонила, хотя настаивала на контроле самым жестким образом. Лишь я, как всегда, оказался идиотом и сидел один в пустом доме, подперев подбородок кулаком и разглядывая телефонный аппарат. Чего и следовало ожидать.
В половине восьмого я чертыхнулся, пошел к холодильнику и несколько минут изучал его содержимое. Не густо, надо признать. Поскольку теперь я кормящий отец, нужно больше внимания уделять нормальному питанию, иначе Алла не упустит случая обвинить меня еще в одном смертном грехе. Сходить, что ли, в магазин? Через дорогу от дома открылся «Перекресток», так что особых усилий от меня не требовалось. Прежде, чем выйти из дома, я набрал номер Аллы и несколько минут напрасно прождал ответа. Одно хорошо: на определителе останется мой номер и время звонка. Нужно было позвонить на полчаса раньше, ровно в семь.
Я вышел из дома и отправился к подземному переходу. Готовить я умею, но не люблю. К тому же свободного времени у меня не так много, чтобы тратить его на приготовление пищи. Интересно, Дэн обедает дома или в городе? Я вдруг понял, что почти ничего не знаю о привычках сына. Если бы меня хотели так же артистически разыграть, как разыграли семейство Симаковых, это удалось бы запросто.
Все-таки у Симаковых и аферистов есть общие знакомые. Иначе откуда вымогатели узнали, в какие злачные места любил заглядывать их сынок? Или, например, про цепочку с кулоном, которую тот почти не снимал? Про адрес и телефон Симаковых я не говорю, хотя и эту информацию получить не так просто. Есть, есть между ними какая-то ниточка. И если Юрик ее вычислит, то вычислит и аферистов.
Тележка быстро наполнялась продуктами. Раньше я покупал полуфабрикаты, но сегодня решил купить мясо и приготовить первое. Тетя Настя всегда говорила, что без первого портится желудок. Делать все равно нечего, когда объявится Дэн – неизвестно, так что за вещами придется ехать завтра. Не забыть бы договориться с Аллой.
Я подкатил тележку к кассе и принялся выгружать свертки. Девушка-кассир быстро, как автомат, подносила ценники к электронному глазу, раздавался короткий писк, и сумма в компьютере стремительно росла. Я озабоченно порылся в бумажнике. Не помню, сколько у меня денег, вдруг не хватит...
– Две тысячи сто два рубля! – объявила кассир. Я быстро выгреб содержимое бумажника и пересчитал купюры. Ну, конечно! Все по закону подлости. В кошельке всего полторы тысячи.
– Извините, – сконфуженно забормотал я. – У меня не хватит денег. Давайте отложим что-нибудь...
Кассир вздохнула. Я ее понимал. Целый день монотонной сидячей работы посреди огромной толпы покупателей, вопросы, ответы, претензии...
– Рита! – окликнула она администратора. – Принеси карточку возврата!
– Не надо!
Я обернулся. Позади меня стояла веселая вдова, Марина Анатольевна Левицкая.
– Я доплачу за этого господина, – сказала она небрежно.
– Тут семисот рублей не хватает, – опасливо предупредила кассирша. Очевидно, она опасалась розыгрыша. Вряд ли ей попадался покупатель, способный подарить такую сумму незнакомому человеку.
– Ну что ж, сразу видно, что господин привык хорошо кушать, – заметила моя нанимательница, доставая из сумки кошелек.
Я скрипнул зубами. Молоденькая кассирша смотрела во все глаза то на меня, то на Марину Анатольевну. Про себя ничего не скажу, а в отношении госпожи Левицкой замечу: там было на что посмотреть. Выглядела она шикарно.
На ней был серый шерстяной костюм, состоявший из прямых брюк и длинного узкого пальто. Рукава и борта пальто украшала отделка из серой норки. Свитер с высоким воротом черного цвета и черная фетровая шляпа завершали ансамбль. Французы говорят, что элегантность – это умение в дорогих вещах выглядеть просто, а в простых – дорого. Госпоже Левицкой это удалось.
– Не стоит затрудняться, – церемонно запротестовал я, когда немного опомнился от неожиданности. – Я оставлю часть покупок.
Она не ответила и протянула деньги кассиру. Та опасливо взяла бумажки и на всякий случай проверила их на детекторе. Я нервно ухмыльнулся. Хорошее впечатление мы производим на окружающих, ничего не скажешь.
Сгорая от стыда, я выкатил тележку с продуктами из узкого пространства между кассами. Вырулил на свободный пятачок и повернулся к нежданной благодетельнице. Мы чуть не столкнулись, и на одно мгновение я почти в упор увидел ее лицо. И снова, как в первый раз, меня изумил контраст между молодой гладкой кожей и старческим, недоверчивым выражением глаз.
– Извините...
Она усмехнулась и отстранилась, ничего не ответив.
– Глупо получилось. Вышел за покупками, а деньги посчитать забыл.
– Бывает, – сказала Левицкая неопределенным тоном.
– Давайте зайдем ко мне, – взмолился я, изнемогая от унижения. – Я живу рядом, через дорогу.
– Да не переживайте вы так! Подумаешь, сумма!
– Дело не в деньгах, а в принципе, – угрюмо ответил я и встряхнул пакет, чтобы он раскрылся.
– Не привыкли быть в долгу у женщин?
Марина Анатольевна забрала у меня из рук помидоры и подала соки в твердой упаковке.
– Просто не привык быть в долгу, – поправил я, неловко пытаясь упаковать покупки.
Она отобрала пакет и начала аккуратно загружать его продуктами. Я наблюдал за четкими движениями красивых рук.
– А как вы здесь оказались?
Левицкая бросила на меня быстрый взгляд и коротко ответила:
– На свидании была.
– Простите....
День сегодня явно не заладился. Уже второй раз за несколько часов одна и та же женщина портила мне настроение. Странное существо – мужчина. Инстинкт собственника заставляет его ревновать даже тех женщин, на которых он не имеет никакого права. «В конце концов, – напомнил я себе, – она мне не понравилась с первого взгляда».
– А чаю дадите? – спросила вдруг Левицкая, и я возликовал.
– Конечно!
– Тогда вперед, – приказала моя нанимательница, и мы двинулись к выходу.
Многочисленные покупки уместились в два пакета, и я нес их в разных руках. Но потом заметил, что один из них мешает моей спутнице, и переложил оба пакета в одну руку. Стало неудобно и тяжело, но идти было недалеко, и я решил потерпеть. Марина Анатольевна пристроилась рядом и вдруг легко положила пальцы на сгиб моего локтя. Я торопливо согнул руку крендельком. Давненько не ходил я под руку с красивой дамой. На мою спутницу оборачивались, и это было приятно. Интересно, что про нас думают прохожие? Похожи мы на семейную пару, которая, сделав покупки, возвращается к домашнему очагу? В любом случае, я чувствовал себя обязанным развлечь даму разговором.
– Вы прекрасно выглядите, – начал я.
– Спасибо.
– Очень красивый костюм.
– Я знаю.
– Он вам очень идет.
– Да.
– Весьма элегантный вид.
Она не ответила и искоса взглянула на меня. Так смотрит Дэн, когда я начинаю мести пургу, по его выражению. Как я понимаю, тема одежды себя исчерпала.
Говорить о Юле Барзиной я не хотел. Неизвестно, какое решение примет госпожа нанимательница по поводу залога. Пускай скажет сама.
Мы дошли до подъезда и поднялись на лифте. Я быстро прикидывал на ходу, сильный ли беспорядок мы с Дэном оставили после ухода.
– Ого! – сказала госпожа Левицкая, когда я распахнул перед ней дверь и открыл перспективу огромной комнаты. – Красиво живете!
Она вошла в небольшой прямоугольный проем, который раньше был коридором. Оглядела комнату, сняла шляпу и тряхнула волосами. Я брякнул сумки на пол и торопливо подхватил ее пальто.
– Спасибо.
Она не сняла обувь, и я подавил невольный вздох. Любой мужик с комплексом старого холостяка страдает чистоплюйством. Полы у меня всегда идеальные, и ходить по комнате в уличной обуви я не позволяю даже себе любимому. Но замечания не сделал и тапки предлагать не стал.
Повесил одежду в шкаф, переобулся и понес пакеты в кухонный отсек. Левицкая спросила из-за плеча:
– Помощь требуется?
– Нет, спасибо, – отказался я. – Извините, сейчас вернусь.
Первым делом самолеты. Я пошел в библиотеку, плотно прикрыл за собой дверь и отодвинул в сторону гравюру с изображением французского шато.
Маленький домашний сейф, конечно, не был для воров тайной за семью печатями, но все же это был стальной ящик с кодовым замком. Я набрал нужную комбинацию и открыл дверцу.
Денег в сейфе я держу не очень много: тысячи полторы-две, в зеленом цвете естественно. В основном сейф мне нужен для хранения документов. Иногда приходится работать с такими бумажками, которые никак нельзя оставлять на работе. Я уже говорил, что адвокаты разные бывают.
Итак, я достал тридцать долларов, закрыл сейф и вернулся в комнату. Марина Анатольевна раскладывала на столе продукты. Я хотел рассердиться на нее за то, что она поставила грязные пакеты прямо на столешницу, но неожиданно разозлился на себя.. Прав Дэн, зануда я еще тот!
Подошел к нанимательнице и неловко протянул ей купюры.
– Вот... Большое спасибо.
Больше всего я боялся, что мадам начальник ринется давать сдачу, но Марина Анатольевна небрежно, не считая, сунула доллары в карман брюк. Слава богу. Одной неловкостью стало меньше.