Карина Шнелль – Когда сталкиваются звезды (страница 22)

Ну и дурак же! Мною попользовались и сразу выкинули. В то же время я не имел права обижаться – сам десятки раз проделывал такие вещи.

Хотя сегодня секс удовлетворил меня физически, однако на другом уровне оставил неудовлетворенным – впервые в жизни. И это ощущение совершенно выбило меня из колеи. Однако будь я проклят, если Рейчел это заметит!

– Да. – Я изобразил улыбку. – Мы друг друга поняли.

Рейчел кивнула и улыбнулась еще раз.

– Приятного вечера, Блейк.

Она произнесла мое имя не так, как раньше, а причмокнула языком, словно перекатывая во рту что-то вкусное. У меня защемило в груди.

Рейчел развернулась и двинулась прочь, широко шагая и покачивая бедрами. А я стоял в переулке один, по-прежнему сжимая в руке использованный презерватив. Стоял без движения и смотрел ей вслед, пока не стихли шаги. Остались только я, звезды и вопрос: а было ли все это на самом деле?

21. Рейчел

Я чувствовала, что поступила подло. Не потому, что переспала с Блейком – по поводу секса я никогда не раскаивалась. А потому, что у нас с Марли не было секретов друг от друга.

До сегодняшнего дня.

Утром она впервые после моего приезда вышла на работу, и я осталась в доме одна. Одна со своими мыслями и с нечистой совестью.

Когда накануне я явилась домой вспотевшая и на ватных ногах, Марли спала на диване в той же позе. Я бережно разбудила ее и отвела в постель. Подруга толком не проснулась, так что мы перебросились всего парой слов. А рано утром она ушла.

Позевывая, я поковыляла на кухню. На холодильнике висела записка:

Спасибо, что уложила меня вчера в постель, мамочка :D

Хорошего тебе дня в нашем сказочном Сент-Эндрюсе!

До вечера

Мой желудок сжался в тугой узел. Марли понятия не имеет о том, что произошло накануне. Мне не представилось случая рассказать. А хотелось. У меня не было намерения заводить от Марли секреты.

И в то же время в глубине души я понимала – не очень хорошая идея нагружать ее лишней информацией. Прошедшая ночь ничего не значила, толком и обсуждать нечего. Просто и мне, и Блейку был нужен секс. Потянуло слегка развеяться летним вечером. Жара на короткое время превратила нас в тинейджеров, управляемых гормонами. А то, что уже при одной мысли о его пронзительном взгляде и тихих стонах возобновилась пульсация внизу живота, к делу не относится.

Нас никто не видел. Никто не узнает. Марли тоже. Новость только напрасно ее взволновала бы. Зачем напрягать подругу? Ведь ситуация больше не повторится. Я упорно хотела переспать с Блейком, чтобы потом наконец забыть его. Чтобы он больше не прокрадывался в мои сны и не посещал меня под душем. Проблема решена. Поставим галочку.

Однако когда я включала кофемашину, меня словно обожгло: а проблема-то осталась! Причем из тех, которые не так легко решить. Потому что в сексе всегда задействованы двое.

А вдруг Блейк не станет держать язык за зубами? Или еще хуже: вдруг он уже поделился с Джеком? В таком случае и Марли обо всем узнает, это лишь вопрос времени. К тому же мы в маленьком городке… Если Блейк проболтается, Марли рано или поздно кто-нибудь просветит – неписаные законы никто не отменял, – и самое ужасное, что она услышит это не от меня.

Пульс немедленно участился; меня бросило в жар. Я должна рассказать подруге сама. Да, вечером приготовлю нам поесть, а когда она вернется с работы, все объясню. Объясню, что это был одноразовый секс, который больше не повторится. Тут мы с Блейком единодушны. Или?..

Его слова снова прозвучали у меня в голове.

Мы друг друга поняли.

А он действительно так думает? Ему можно доверять?

Я рассеянно налила свежесваренный кофе в чашку и добавила пять ложек сахара. Погруженная в свои мысли, сделала глоток. И обожгла нижнюю губу.

– Томми Хилфакер![8] – громко выругалась я. Собственнолично изобретенное ругательство, предмет моей особенной гордости.

Поспешно отставив чашку в сторону, я наклонилась над раковиной. Спина, помятая прошлой ночью, запротестовала.

Подставила губу под струю ледяной воды… и внезапно будто катапультировалась назад в тот переулок. Снова ощутила, как Блейк взял в рот мою нижнюю губу, затем укусил и нежно провел языком. Черт, а он и правда здорово целуется! Умелый любовник – можно сказать, выдающийся! Но мне-то какое дело? Совершенно никакого!

Я с досадой закрыла кран и выпрямилась. Полчаса не прошло, как проснулась, а Блейк уже прочно засел в голове. Интересно, думает ли он постоянно о прошлой ночи? Вспоминает ли раскаленный от жары переулок, холод морозильного прилавка? Мое тело под своими пальцами?

– Тьфу, Монтгомери, прекрати немедленно! – произнесла я вслух. Обычно после секса я не страдаю рефлексиями. Что сотворил со мной Сент-Эндрюс?

Или дело не в Блейке и не в Сент-Эндрюсе, а в том, что это тайна? Тайна, которую Марли должна узнать от меня, а не от кого-то другого. Тогда, надеюсь, я смогу все забыть.

Судя по настенным часам, сейчас полдесятого. От мысли, что мне предстоит целый день бездельничать, в желудке заныло. Заняться нечем. Минуты будут тянуться мучительно медленно. И кто знает, с какой скоростью в Сент-Эндрюсе функционирует «беспроводной телеграф»? Не исключено, что новости достигнут Марли еще до обеда.

Я ощутила панику. Сбегать к подруге в ветклинику и покаяться? Нет, это уж слишком. Не стоит раздувать масштабы случившегося.

Прежде чем снова взяться за кофейную чашку, я удостоила ее свирепым взглядом. На сей раз осторожно подула на напиток и лишь затем отпила глоток. Во рту распространился сладкий терпкий вкус, и я глубоко вдохнула. Кофеин всегда помогал прочистить мозги. Я сделала еще глоток. А решение-то лежит на поверхности: нужно поговорить с Блейком! Дать ему понять: он должен хранить молчание, пока я сама не признаюсь Марли, и тогда с проблемой будет покончено. Никаких секретов. Никаких сплетен. Никакого предательства.

Номер телефона Блейка я не знала, однако его наверняка можно найти среди фолловеров Марли в инстаграме[9]. Я открыла приложение и очень скоро кликнула на профиль Блейка. Увидела его фото, и сердце внезапно подпрыгнуло. От неожиданности я даже схватилась за грудь, а в животе возникло ощущение покалывания, одновременно тревожное и приятное. Эта улыбка… эти проклятые ямочки…

– Да что со мной творится?! – пробормотала я и одним глотком прикончила оставшийся кофе.

22. Блейк

– Давай, сильнее!

Мой кулак в боксерской перчатке врезался в одну из боксерских лап, которые держал для меня Джек. И сразу я ударил второй рукой. По вискам катился пот, дыхание участилось. Я безжалостно продолжал колотить по снаряду. Плечи уже горели, а в костяшках пальцев покалывало.

– Работай ногами!

Лицо Джека расплывалось перед глазами; я полностью сосредоточился на ударах. Правой. Левой. Правой. Левой. Правой. Правой. Левой. Где-то позади шумело море. Вдалеке пронзительно кричали чайки, под подошвами скрипели песчинки; однако я отсеивал все звуки.

После вчерашнего я почти не спал и разбудил Джека в несусветную рань, чтобы попросить со мной потренироваться. Из головы не выходила Рейчел. Срочно требовалось отвлечься, а лучший способ – полностью выложиться физически. К сожалению, оставалось не так много видов спорта, которыми я мог заниматься без проблем. Езда на велосипеде перестала причинять боль всего около года назад. Пробежки тоже давались тяжело. Большинство игр с мячом имеют высокий фактор риска. Предпочтителен бокс, поскольку нагрузка на ноги невелика. К футболу я и подступиться не решался, мог разве что погонять мяч с ребятами на пляже или в саду. Футбол потерян для меня навсегда.

Я стиснул зубы, сморгнул пот и еще сильнее заработал кулаками.

К счастью, Джек согласился встретиться со мной прямо с утра. Как всегда, не задавая вопросов, – что я очень ценил. Я просто уже ни секунды не мог оставаться дома без дела. Сидеть в комнате с голыми стенами, где в свое время висели постеры на футбольную тему. Где то самое письмо, наверное, уже прожгло дыру в ящике письменного стола. Где я желал одного – напиться и закусить чипсами. Благодаря Джеку я держался.

Я еще не рассказал ему о неожиданном визите Рейчел в супермаркет. И о том, что произошло после. Как раз это я и хотел выбросить из головы! Хотел дубасить все подряд, пока не почувствую себя лучше. Хотел позабыть скоропалительный секс в паршивом переулке. И то, что сразу после него Рейчел меня бросила. Что с ней мне было невероятно хорошо.

Рука соскользнула, очередной удар пришелся по краю боксерской лапы, и я едва не заехал Джеку в лицо. Хорошо, он вовремя втянул голову в плечи.

– Черт! Ты как?

– Порядок. – Джек ухмыльнулся. – По-моему, на сегодня хватит.

Я кивнул и развел руками.

– Извини, виноват.

– Ладно, обошлось. В следующий раз гляди в оба. – Джек расстегнул застежки на липучке и высвободил руки из боксерских лап.

– А вот ты мог бы сейчас глядеть одним глазом… если бы я попал.

Джек посмотрел на меня. Уголки моих губ дрогнули, его – поползли вверх, и мы оба расхохотались. Сразу стало легче – так бы и смеялся всю жизнь! Подобные радостные моменты вытесняли боль из души – пусть и ненадолго, – и я старался их по возможности сохранить. Ни одна шутка не была для меня слишком банальной, ни одна фраза пошлой. В присутствии друзей я корчил из себя того неунывающего Блейка, который выдавал тупые остроты, охотно и часто хохотал и ничего не принимал всерьез. Имитация личности человека, которым я был когда-то. Неудачная имитация.