Карина Шнелль – Когда сталкиваются звезды (страница 18)
– Великолепно, что ты так много работаешь. Наверняка скоро повысят. Сколько лет ты уже трудишься в супермаркете?
Я вышел на улицу с пылающими щеками. Повышение в супермаркете… какая радостная веха в жизни! У папы непробиваемый оптимизм.
– Скоро будет три года, – ответил я, усердно стараясь сохранять нейтральный тон.
– Я ведь говорил, что со временем дела опять пойдут в гору… Элисон! Оттащи братика от плиты! Он может обжечься!
Ну вот опять: не вполне деликатное напоминание о существовании сестры, которую я никогда не видел. Вернее, полусестры. Как и мама, отец женился во второй раз, и теперь у него другая семья. Лиза, вторая папина жена, очень милая женщина, и мы с ней в хороших отношениях. Они с папой несчетное количество раз приглашали меня к себе в Ванкувер. На Рождество папа даже подарил купон на авиабилет. Купон так и лежал неиспользованный в ящике письменного стола и покрывался пылью. В том же ящике, что и гарантия стипендии в Мичиганском университете – с оговоркой, что я смогу подтвердить свой спортивный уровень. А я не подтвердил. И с тех пор не могу смотреть отцу в глаза. Он так в меня верил! Приезжал на все игры, сидел на трибунах в первом ряду и подбадривал…
На заднем плане зазвучали детские голоса. Меня как ножом по сердцу полоснуло. Папа бранился, разрываясь между плитой и маленьким сыном. Что-то загремело – я даже телефон от уха отставил. Ребенок заплакал. Мой полубрат…
В горле возник комок. Я оглянулся на наш многоквартирный дом, на открытое окно комнаты Дэви и Лу. Единственные, кого я пока не разочаровал. Единственные, кто еще не знал, какой я жалкий лузер. Я не должен испортить хотя бы это – как испортил все остальное.
Хорошо бы побыстрее отвертеться от разговора с отцом. Я просто не мог больше выносить его непоколебимую веру в меня.
– Чемпион, ты еще здесь?
– Да.
– Извини, у нас тут небольшое бедствие. Ладно, все позади. На чем мы остановились? Ах да, на твоей работе. Расскажи мне о ней.
«Зачем? – ответил я мысленно. – Чтобы ты, скрывая разочарование в голосе, в который раз убеждал меня, что работа в супермаркете – неплохое начало?» Начало! Тьфу! С определенного момента это и есть вся моя жизнь. Ее середина и ее конец. Потому что начало я безвозвратно исковеркал.
Я свернул на Уотер-стрит. Осталось буквально несколько шагов до обшитого деревом здания с белыми колоннами, где размещался супермаркет.
– Папа, я действительно охотно поговорил бы с тобой еще, но началась моя смена. Как раз захожу в дверь, – солгал я, ныряя в прохладу переулка позади магазина. – Созвонимся позже. До скорого.
Я завершил вызов и на секунду прислонился лбом к задней двери супермаркета. Глубоко вдохнул. Не помогло. Злоба на собственную беспомощность разливалась по венам, обжигала грудь и выталкивала воздух из легких. Нехорошо затыкать рот отцу. Вечно избегать общения. В конце концов, ничего неправильного он не делал. Однако после его звонков меня всякий раз охватывало треклятое чувство стыда. Я был настолько задолбан, что не мог вести нормальный разговор.
Дрожа всем телом, я ударил кулаком по стальной двери, да так сильно, что образовалась вмятина. По счастью, в переулке никого не было. Как обычно. Здесь никто не ходит, только мои коллеги по пути на работу и с работы.
Я вошел и заторопился в комнату для персонала. На столе стоял нарезанный шоколадный торт. У кого-то сегодня день рождения. Я запихнул в рот огромный кусок и огляделся в поисках шампанского. Многое отдал бы сейчас за один бокальчик… Сахар разнесся по крови, мозг заволокло спасительным туманом. Я не мог признаться отцу, но от себя не скроешь: моя жизнь – полное дерьмо. Ущербное тело разрушило все мечты и надежды.
Я набрал шифр своего шкафчика и забросил туда спортивную сумку. Одновременно достал рабочий халат с бейджиком, на котором стояло мое имя. Надел халат, положил в шкафчик телефон, закрыл дверцу и в следующую секунду вошел в торговый зал, отчаянно надеясь, что никто не заметил моего опоздания. Втянул голову в плечи и поспешил в ближайший проход. А когда резко сворачивал за угол, налетел на какую-то женщину.
– Ох! – воскликнул я скорее от испуга, чем от боли, потому что рефлекторно выставил вперед руку.
– Простите, пожалуйста, я…
Момент! Знакомый голос.
Я наклонил голову и заморгал, глядя на девушку, повисшую на моей руке.
– Марли?
Она подняла взгляд, изумленная не меньше моего.
– Блейк? Привет!
– Что ты здесь делаешь?
– Э-э… – Она растерянно огляделась. – Что я делаю в супермаркете?
– Извини. Дурацкий вопрос.
– Мы с Рейчел пришли за покупками. У нас не осталось ничего съедобного. Вообще-то Рейчел любит заказывать еду на дом, но мне иногда хочется приготовить что-нибудь свежее.
Рейчел? Она здесь? В нашем супермаркете? Где я бегаю в халате, расставляю товар по полкам и вытираю лужи?
– Марли? Что случилось? – А вот и она. – Ты кричала? – Рейчел появилась из-за угла и внезапно застыла на месте. Презрительно наморщила нос и фыркнула: – Вижу. Случился он.
Марли наконец пришла в себя. Я отпустил ее и сделал шаг в сторону.
– Спасибо, – улыбнулась Марли.
– Я действительно виноват, – огорченно ответил я. – Опоздал к началу смены, спешил и…
Марли успокаивающе положила руку мне на плечо.
– Все обошлось.
– Ты здесь работаешь? – Рейчел уже стояла рядом с подругой. Она окинула меня взором с ног до головы и остановила взгляд на бейджике, прикрепленном к белому халату. Сейчас точно что-нибудь отмочит! Насчет моей работы. Моего внешнего вида. Моих якобы сексистских подколок. Моих плоских шуток. Список длинный. А вот мне в теперешнем эмоциональном состоянии не смешно. Не говоря уж о том, что я так и не приступил к своим обязанностям.
Однако Рейчел лишь подняла бровь.
– Прикольно, – сказала она. В ее голосе не сквозил обычный сарказм, и я на миг оторопел. Она серьезно? Рейчел посылала мне противоречивые сигналы, и это сбивало с толку. Как реагировать? Я был не в том настроении, чтобы обмениваться колкостями.
– Извини, у меня нет желания с тобой препираться. К тому же мне надо работать.
Глаза Рейчел расширились, да и Марли посмотрела на меня изумленно. Она ведь знала меня лишь как неунывающего клоуна.
Рейчел подняла обе руки.
– Ладно, отпускаем. Мы просто пришли за покупками. Я не планирую нападения из засады.
В обычных обстоятельствах я бы расхохотался, но сейчас жаждал одного: убежать отсюда подальше. Подальше от Рейчел и ее янтарных глаз, ее собранных в небрежный пучок волос и бесконечных ног на обтянутых шелком каблуках.
– Что ж, надеюсь, вы найдете все, что нужно.
– Какой классный сервис! – фыркнула Рейчел мне в спину. Однако я уже набрал скорость и поспешно скрылся за углом.
Лишь через два прохода я опустил глаза и обнаружил, что майка под расстегнутым халатом задралась и открывала вид на мой мускулистый торс – вернее то, что от него осталось. Вот на что пялилась Рейчел… Мне захотелось вмазать себе по лицу.
17. Рейчел
На экране замелькали финальные титры фильма «Бойфренд из будущего». Я уговорила Марли взять напрокат блю-рей диск. История юного путешественника во времени, который искал любовь, не только отличалась своеобразным юмором, но и доносила до зрителей глубокую житейскую мудрость: проживать каждый день так, словно он последний. Девиз, в соответствии с которым жила и я.
Марли осилила фильм только до половины, а потом уснула прямо на диване. Выходные в доме родителей Уилла выдались напряженными – последствия недосыпа и ночного загула ощущались даже спустя несколько дней. А уже завтра Марли должна выйти на работу в первый раз после моего приезда в Сент-Эндрюс.
Я пока не имела представления, как проведу целый день в отсутствие подруги. Один только факт, что в маленьком городке особо нечем заняться, заставлял нервничать. Я готова ко всему: от катания на горных велосипедах и рафтинга по бурным рекам до прыжков с тарзанки, однако здесь, судя по всему, особо не разгуляешься. Мне следовало заранее погуглить и составить список доступных видов активного отдыха, но перед отъездом до того дело не дошло – практика, покупка квартиры, сдача вступительных тестов… К тому же Сент-Эндрюс на днях накрыла волна необычного для конца лета зноя, который исключал занятия многими экстремальными видами спорта.
Я вяло протянула руку к телефону, лежащему на журнальном столике. Три пропущенных звонка от мамы. Я избегала общения с ней уже который день. Сейчас начнет осыпать упреками и, вероятно, уговаривать еще раз подумать насчет выбора университета. Буду игнорировать звонки как можно дольше; надеюсь, она когда-нибудь да отступится.
Я с досадой затолкала телефон за диванную подушку и повернулась к окну. Ни малейшего дуновения ветерка. В старом доме климат-контроль не предусмотрен; я будто сидела прямо у адских врат.
«Жарко, еще жарче, Сент-Эндрюс»[7], – усмехнулась я про себя. Кто бы мог подумать – на побережье Атлантики, и вдруг такое пекло?
Мысли невольно перескочили на Блейка. Вспомнились крепкие мышцы под моими пальцами, когда мы с Марли навалились на него, чтобы прогнать с дивана. Темные глаза и голодный взгляд, когда я подплыла к нему под водой так близко. Мощные удары по мячу, когда мы играли в волейбол на пляже. Как его блестящий от пота торс без усилий взлетал в воздух, чтобы перебросить мяч через сетку. Как мы поддразнивали друг друга – Блейк постоянно ворчал, и в то же время в голосе угадывалась скрытая радость.