Карина Ромб – Я выбираю себя (страница 2)

Посмотрела на наручные часы. Без десяти восемь. Этот новенький придет через двадцать минут, если верить завучу. Надо успеть себя хоть накрасить, потому что дома это сделать не осилила.

Налила кружечку ароматного кофе, добавила сливки. Из ящика достала коробку, подаренных на День Учителя, конфет. Праздники – это хорошо. Плохо, что много сладкого. За два года я набрала десять килограмм. Бабушка льстит и называет меня тростиночкой, но правда в том, что я не худая, но и не полная. Застряла между двумя стандартами. На заднице есть целюлит, живот мягкий, грудь третьего размера… Нет, я любила себя и свою внешность, но от наеденных десяти килограмм избавилась бы. И от курносого носа, и от бледного цвета лица, и от родинки над верхней губой. Может, тогда бы личная жизнь заиграла бы красками.

Сделав глоток бодрящего напитка, вынула из сумочки тушь, помаду и зеркало.

Посмотрела на себя и мысленно сказала привет синякам под очами. Глаза мне достались от мамы, болотные. Волосы унаследовала от отца – густые, пшеничного цвета. Подкрасила ресницы, открывая взгляд, мазнула бледно-розовой помадой по губам и улыбнулась. Поправила скромную прическу. Посмотрела, все ли пуговицы на белой блузке застегнуты…

– Вот теперь можно пять минут покайфовать, – выдохнула я и закинула в рот одну конфету, запивая ее кофе.

Включила диктофон и стала накидывать идеи для рассказа.

– Мужик у нас будет брутальный. Два метра ростом, кубиков там штук восемь, характер вредный, агрегат большой… Блин, почему читатели любят истории про нереальных мужиков? О-о-о, а вот и название истории подъехало: «Нереальный мужик» или «Нереальный нечеловек». Гы-ы-ы, умертвление что ли? Блин! Точно, «Нереальный некромант». Героиня у нас попадет в Нижний мир к Владыке Демонов, а этот некрос его правая рука. Противная, саркастичная, несмотря на внешний лоск. – Я выключила диктофон, радуясь, что идея вроде появилась и главное, ее не спугнуть.

Я любила писать в тишине, в одиночестве. Но вдохновение такая штука, что может настигнуть внезапно и не отпускать. Поэтому я писала на переменах в школе, а дома ждала вечера, надевала наушники и притворялась, что работаю.

Допила кофе, помыла чашку и поправила тетради на краю стола.

Ровно в десять минут девятого раздался стук в дверь, и дернулась ручка.

– Доброе утро, – поздоровался вошедший. – Эльвира Кирилловна? Меня зовут Михаил Морозов, а это Артемий.

Я подняла голову и еле заставила себя не ахнуть. Вот это мужчина! Высокий, стабильно под два метра, он внушал трепет своими габаритами. Белая футболка натянулась на развитых грудных мышцах, а длинное черное пальто не скрывало атлетическую фигуру. Черные волосы, в которых играли снежинки, собраны в низкий хвост. Яркие голубые глаза смотрели на меня с пониманием, а улыбка больше казалась ехидной. Эля, хватит пялиться. Но что делать, если плод моих фантазий только что ожил и явился перед очами? Уууууу, просто находка для писателя! Надо срочно стырить его внешность и наделить ею своего лорда.

– Доброе утро, проходите, садитесь. – Горло у меня пересохло от нахлынувших эмоций, и говорила я пусть и равнодушно, но хрипловато.

Я внезапно стала рыться в сумочке и достала очки. Вообще, у меня прекрасное зрение, и очки надевала для защиты глаз и стиля.

Сейчас же мне надо было немного реабилитироваться и не показаться легкомысленной училкой, пускающей слюни по отцу ученика.

–Близорукость, – пояснила я и поправила очки на носу. – Вот теперь я вас прекрасно вижу и готова знакомиться.

Морозовы сели напротив меня.

– Артемий, меня зовут Эльвира Кирилловна. Думаю, мы друг друга будем оценивать в течение некоторого времени. А пока можешь расположиться на последней парте на втором ряду.

– А поближе можно? – Сразу же спросил его отец.

– Увы, но пока нет, – вздохнула. – У меня в классе тридцать один человек. Мы только разобрались, кого и с кем сажать. Пусть Артемий пока посидит так, я понаблюдаю за ним, и на следующей неделе уже буду думать о переселении. Многое зависит от характеров детей.

– Миш, а тут клево! – Подал голос Артемий, счастливо осматривая кабинет.

У меня вздернулась бровь.

Мужчина прикрыл глаза и улыбнулся. Он смотрел на меня, не открываясь, и это напрягало.

– Артем мой племянник, – пояснил Михаил. – Я его опекун с недавнего времени и ничего не смыслю в детях.

– Вам повезло, – нервно хохотнула, потому что мужской взгляд скользил по моей шее, опускаясь все ниже и ниже, – у меня их больше тридцати.

– Надеюсь, не своих? – Пошутил Морозов.

– Из своего у меня только бабуля, – пробурчала я, вспоминая веселую ночь. – Но тоже за ребенка сойдет. Итак, мне нужны ваши данные. Внесу в родительский и общешкольный чат. Сегодня Артемию выдадут учебники. У вас получится встретить его со школы, портфель будет неподъемным?

– Да, конечно, напишите только, во сколько заканчиваете, подъеду.

– Вот и договорились. Не переживайте, у нас в школе очень хорошие педагоги. – Посмотрела на часы. – У меня урок начнется через десять минут, мне пора встречать детей…

Поймала себя на мысли, что хочу увидеть Морозова еще раз. Желательно без пальто, рубашки и штанов. Мне же надо описать некроманта! Детально. Жар прилил к щекам, и я поспешила сделать глоток кофе. Вот честное слово, это все из-за воздержания! Увидела красавца и поплыла… А если он мерзавец? А если абьюзер? С такой-то внешностью!

– Еще увидимся, Эльвира Кирилловна, – тепло на меня посмотрел, перевел взгляд на племенника и поднял кулак вверх. – До встречи, Артемыч, веди себя прилично, не пугай классную… руководительницу.

И голос у него обалденный… Бархатный, с хрипотцой.

Срочно! Срочно надо подобрать слюни и перестать их пускать на незнакомого мужика.

А пока… Пока, Эля выдыхай и работай.

ГЛАВА 3

11 декабря, среда

Одиннадцатого декабря, в среду, мое утро началось «весело». Казалось бы, и так неделя выдалась тяжелой, так еще и бабуля упала с табуретки и повредила ногу.

Зачем она взобралась на нее и пыталась открутить горящую лампочку из плафона – вопрос, на который ба не соизволила ответить.

Мы сидели в хирургии и ждали врача. То, как мы добирались до больницы отдельная история, которую без бутылки вина не расскажешь. Мы уже сходили и сделали рентген, результаты которого уже у доктора.

Лариса Ивановна сидела тихо и боялась на меня смотреть.

– Зачем? – Снова спросила ее. – Что за блажь тебе каждый день в голову стукает? Вчера мне снова звонили соседи и жаловались, что я могу быть и потише. Видите ли, радуюсь громко, что мужика привела… Ба, я понимаю, что ты глухая, но если смотришь фильмы для взрослых, то звук убирай. Мне вчера было дико стыдно за то, чего я не делала.

Молчит. Отвернулась. Вздохнула.

Я окинула взглядом коридор. Недавно в больнице сделали капитальный ремонт, вбухав кучу денег. Но как это и везде водится, бюджет попилили и отремонтировали на шаткую троечку.

– Вот как мне теперь работать, а? Тебя ни на минуту нельзя оставить одну.

– Справлюсь я.

– Ну-ну, – буркнула я. – На костылях до туалета осилишь? Нет. Надо будет ведро купить и памперсы.

– Я тебе что, сосунок какой-то?! – Возмущенно прокричала ба. – Не буду я носить памперсы! Ты мне еще соску в рот засунь и с ложечки корми.

– Тогда прекрати себя вести, словно тебе пять лет, – прошипела. – По-любому, лампочку отвинчивала из-за очередного спора с дядей Сашей.

Бабушка отвела взгляд.

– Мы видео смотрели, как один человек засунул ее в рот.

– И ты решила, что раз зубов все равно нет, рискнуть? – Мне хотелось визжать.

Я люблю бабушку, но порой у меня сдают нервы.

– Мы хотели с Сашей создать аккаунт в лайке и дростить видео смешные.

– Постить. – Поправила ба. – Пока только печальные выходят.

Я промолчала, потому что страшно было представить, что они там наснимали…

– Ого, вот это мужчина! – Слишком громко и внезапно сказала бабуля и некрасиво показала пальцем на идущего к нам врача.

Проследила и едва не сгорела со стыда, потому что Михаил Морозов, дядя Артема приближался к нам. Я не переставала о нем думать, потому что мужчина стал внешним прототипом моего героя. Все эти дни я усиленно писала, стараясь не отвлекаться ни на что: ни на группы в социальной сети, ни на бесконечные склоки в родительском чате, ни на писательские разговоры, ни на фильмы и книги. Мне было крайне важно дописать историю до своего дня рождения.

– Это отец моего нового ученика, – шикнула на ба. – Веди себя прилично.

– Если обещаешь флиртовать с ним, – подмигнула и скривилась от боли. – До чего хорош в халате-то! А без него-то…

– Эльвира Кирилловна, здравствуйте. Пройдемте в мой кабинет.

На моем лице расцвела самая дебильная улыбочка, потому что Михаил прекрасно слышал восторг ба.

– Милок, проходить должна я, – закряхтела ба и, поднявшись, снов плюхнулась на сиденье.

Закатила глаза.

– Вот куда ты спешишь? – Встала и помогла Ларисе Ивановне на меня облокотиться.

– Давайте я сам, – Михаил, не спрашивая, подхватил ба на руки и понес.