Карина Ромб – Не мешай мне жить, Макаров! (страница 9)

– Только не знаешь, когда это все закончится, – прошептала Ольга.

– Вы поедете к дочери?

– Нет, – Ольга внимательно посмотрела на меня. – Осуждаешь?

– Когда я шла из школы и видела отца пьяного, валяющегося в траве, то делала вид, что мы незнакомы. – Горестно хмыкнула. – Стыд. Нормально его ощущать по отношению к близким людям, которые разочаровывают и вытворяют такое.

– Ты не по годам мудра.

– Это все дети… Они многому учат и заставляют переосмысливать жизнь.  Но, может быть, все же поедете за дочерью? Сейчас март, холодно…

– Не хочу, – в глазах Ольги засверкали слезы. – Не могу.

– Тогда позвоните своему мужу, и пусть он разберется с этой проблемой.

– А ты права. Я и так постоянно с работы улетаю из-за этой дурочки, – женщина взяла в руки телефон. – Спасибо, Алис, ты кушай, а то времени не останется, чтобы чай спокойно попить.

Вечером, когда я забрала детей из сада, позвонил Андрей и пригласил нас всех в ресторан. Согласилась, потому что, во-первых, слишком много раз динамила мужчину, а во-вторых, малышня хочет есть, а я не жажду готовить. В общем, предложение поступило вовремя. Мы доехали до заведения на такси.

– У-у-у-у-у, мамочка, как тут класиво! – Маша вылупила глаза, и прижала к себе плюшевого зайку, которого успела уже уронить в лужу, испачкав и игрушку, и курточку, и руки.

– Обычно тут, малявка, – Саша показал язык, а я закатила глаза.

Это когда-нибудь прекратится?

– Вон дядя Андрей стоит, помните его?  – Спросила у детей.

– Длуг Вовы?

– Да.

– Он не наш папа, – хмуро ответил Саша. – Но пусть покормит.

Покачала головой. Мне иногда кажется, что мои дети гораздо старше своего возраста

Ресторан итальянской кухни в центре Волгограда идеально подходил детям из-за ассортимента коронного блюд. Поэтому, как только мы сели за стол, они загалдели.

– Пицца!Пицца!Пицца!

– И макалоны с соусом, пожалуйста. – Скромно сказала Маша, глядя на Андрея голубыми глазами.

– Это не макароны, дурында, а паста. Я тоже хочу, можно? – Саша поглядел на меня.

– А вы не лопните, детки?

– Нет! – Хором ответили он.

– А ты выбрала, Алис? –  Андрей тепло улыбнулся.

Все же у него приятный голос и вдумчивый взгляд. Одет мужчина в черную футболку, которая оттеняла его светлые волосы и голубы джинсы.

– Пасту с морепродуктами и греческий салат.

– Бокал шампанского? Вина?

– Мама не пьет, – встрял Саша.

– Я сама решу, можно? – Строго одернула сына. – Если можно бокал белого сухого. А ты будешь?

– Я за рулем стараюсь не пить, – как-то нервно улыбнулся Андрей, после чего позвал официанта и продиктовал заказ. – Ну, что Александр и Мария, рассказывайте, как у вас дела в садике?

– Холошо. Мотя пытался отоблать у меня зайца и получил от Сашки кубиком плямо в лоб.

Сын насупился, а Маша улыбнулась.

–Гелой! Спас плинцесску.

Маша легко шла на контакт с другом Вовы и болтала безумолку. Я и не заметила, как за легкой беседой наступил волшебный вечер. Еда оказалась настолько вкусной, что я едва не стонала от блаженства. Между мной и Андреем сначала трещало напряжение, но за разговорами оно рассеялось и мы смеялись над детьми и шутками. Двойняшки облопались. Саша икал весь путь домой, а Маша сонно хлопала глазами. Андрей довез нас до подъезда.

– Спасибо за вечер, – улыбнулась. – Нам все очень понравилось.

– Настолько, что повторим?

– Давай, – на этот раз я легко согласилась.

– Я не против твоих сорванцов, но было бы здорово дать дяде Вове с ними понянчиться один вечерок.

Расхохоталась. Так аккуратно подбирал слова, чтобы сбагрить детей со свидания.

– Если сложится, то только “за”.

Андрей помог с ремнями безопасности. У него даже уже имелись сиденья для детей, которые он одолжил у сестры. Подготовился, и это подкупает.

Дома, помыла детей и уложила спать. Маша уснула быстро, а вот с Сашей читала сказку ещё битых полчаса. Сама чуть не отрубилась.

Оставила включенными ночник и телевизор и отправилась в ванную. Очень хотелось расслабиться в тишине. Налила воды, добавила пены бомбочку и зажгла свечи.

Погрузившись в воду, застонала от блаженства. Как здорово, когда можно хоть полчаса уделить себе. Тишина. Спокойствие. Комфорт.

Прикрыла глаза, наслаждаясь атмосферой и вздрогнула, когда услышала детский голосок.

– Мама! А Саша обкакался!

– Боже, помоги мне, – застонала я.

Через три минуты раздался стук в ванную.

– Ма-а-а-ам, он плосто вонюче пукнул, лежи дальше, – тоненький голосок Маши немного остудил мою нервозность.

– Спасибо, котенок. Открой окно и забирайся в постель, я скоро приду.

– Ладно, мамуль.

Когда есть дети, перестаешь смущаться слишком простых вещей. А дома и вовсе ребята чередуются в остроумии. Но Маша… Она мой ангел-хранитель. Никогда не видела настолько юных и мудрых детей.

Помню, как ходила беременной на последнем, для беременной двойней месяце и мечтала лечь делать кесарево пятнадцатого июня. Помню, как меня тошнило от киви и творога, как уплетала бананы и соленые огурцы. А эта рыба с мороженым? Приколов было много. Вове не приходилось скучать. Мужчина помогал и мне по возможности. У самого бизнес, беременная жена, а тут я, мать-одиночка. В итоге меня экстренно кесарили двенадцатого числа. Пролежала я в клинике еще месяц из-за недоношенности детишек, а потом ездила с малышами на обследования. Грудью не кормила, в форму вернулась быстро… Это все радовало, а вот материнство нет.  Думаю, именно тогда я окончательно повзрослела и рассталась с наивностью. Жизнь казалась непроходимым адом, состоящим из вечного ора, пеленок, врачей и неподъемной коляски. Я мало спала, еще меньше ела, кое-как фрилансила и пыталась выжить. Владимир иногда брал детей на прогулку, чтобы я отдохнула, а потом и вовсе купил трехместную коляску, чтобы и своего захватывать. Кирилл старше двойни на два  с половиной месяца. В общем, если бы не Романовы, я бы не вывезла. Понимаю, что много случаев, когда женщины сами воспитывают детей, но мне было тяжело. Два орущих друг за дружкой рта, задолбанная я и паника, откуда брать деньги. Я блин даже памперсы детям делала из пеленок, чтобы сэкономить. Потому что смеси для питания дико дорогие. К полугоду малышей, я была похожа на привидение без моторчика. Волосы тусклые, глаза впалые, ребра торчат. И материнство я все так же не любила. Когда детям стукнуло два года, я немного выдохнула. Они пошли  в сад, а я начала мотаться по подработкам. Да и уже можно было занять двойню игрой, мультиками, едой, а самой отдохнуть. Жизнь стала налаживаться, а я приходила в себя после долгого изматывающего декрета. Думаю, когда перестала себя жалеть, то приняла свою материнскую и женскую суть. Дети росли и  я вместе с ними. Больше не существовало той Алисы, жаждущей любви, ласки и тепла, которого недодали в детстве. Она жаждет стать независимой, самодостаточной женщиной и работать по профессии.

Вода остыла, пена растворилась. Я помылась и,  закрыв в комнате окно, подошла к постели двойняшек и поправила одеяло. Они даже спят в обнимку, это так мило… Меня же ждал диван. Выключила телевизор, проверила будильник и вмиг уснула, стоило голове коснуться подушки.

ГЛАВА 4

Первый день рождения двойняшек прошел в клинике. Когда детям стукнуло полгода, начала, как и большинство молодых мамочек, вводить прикорм. Делала это аккуратно, внося разнообразие в жизнь малюток. Только вот я не знала, что они аллергики. Оба. Макаров как-то говорил, что не ест орехи, мед и цитрусы, а я не придала этому значения. А тут, я перекусывала миндалем, Саша с Машей взяли по орешку и стали обсасывать. Зубы имелись, да и я уже к году давала относительно твердую пищу. То яблоко пососут, то грушу, то морковку. Ровно в год мы загремели в больницу с отеком Квинке и пролежали там сутки, пока симптомы аллергии совсем не исчезли. Я очень перепугалась, потому что страшно наблюдать, как твои дети раздуваются со скоростью света. Хорошо, что у меня имелись таблетки против аллергии  и скорая в быстром наборе. Пока та ехала, я смогла запихнуть по четвертинке пилюли в каждый рот. Это на самом деле спасло от самого худшего исхода.

Вот так один орешек может оборвать жизнь и испортить первый день рождение.

Волгоград, 2024 год

Конец апреля, квартира Романовых

Я сидела за столом, напротив Сони и потягивала красное сухое вино.  Пятница на работе оказалась слишком суматошной и к концу рабочего дня моя голова готова была взорваться от информации, галдежа и непонятной истерии. Вова остался в офисе и грозился вернуться домой только поздно вечером, а мы с детьми поехали к его жене в гости, чтобы праздновать пятницу и обсуждать мужиков. Безусловно, пока дети играются.

– Как у тебя с Андреем? – Софа облизала губы и внимательно посмотрела на меня.

– Сложно, – ответила я, делая глоток вина и беря кусочек сыра с голубой плесенью со стола.

Мы с Морозовым встречались несколько раз в неделю. Я видела, как Андрей желает перенести наши отношения в горизонтальную плоскость, но меня от него воротило. Нет, он хороший, добрый, щедрый и с детьми ладит, но… Когда в первый раз поцеловались, чувствовала, словно изменяю Макарову. Бред же, столько лет прошло! Тем более, бывший монахом скорее всего не жил. Только вот не заискрило между мной и Морозовым. Вообще.

– Алис, бери нормального мужика, пока дают! Тебе тридцать скоро, двое детей на руках, – шипела подруга. – Где ты еще встретишь обеспеченного, адекватного и готового принять тебя и детишек?