Карина Родионова – Ветром надуло. История моей беременности (страница 3)

– Прости!

И исчез. Оставшуюся часть ночи я проспала крепко, без снов. Разве что малыш время от времени беспокоился и пинался.

А утром я решилась ответить Аглае Степановне согласием на этот странный обряд.

Весь день бабушка варила какой-то отвар, который, кстати, довольно приятно пах. Вечером она расставила по комнате свечи, устроилась удобно в кресле и выпила отвар.

– Сейчас я погружусь в особое состояние, – сказала она мне, – а ты можешь начать задавать мне вопросы. Я буду тебе на них отвечать, но сама я потом ничего из того, что тебе скажу, не вспомню. Так что запоминай все как следует.

Я согласно кивнула. Оказалось, что со мной делать ничего не будут. Да и сама я, наверное, не рискнула бы пить странный отвар в моем нынешнем положении.

Аглая Степановна закрыла глаза и погрузилась в состояние, похожее на дремоту или, скорее даже транс. И я начала спрашивать.

– Вы готовы мне отвечать? – спросила я.

– Спрашивай, девочка, – ответила она каким-то странным глухим голосом.

– Кто отец моего ребенка? – спросила я.

– Это особенный человек. Других таких нет.

– Где он сейчас?

– Его нет в этом мире.

Да что они все про этот мир! А в каком мире тогда он есть? В загробном?

– Он… его нет в живых? – решила уточнить я.

– Он жив, – ответила мне Аглая Степановна.

Я почувствовала, что запуталась еще больше, чем раньше.

– Почему он не со мной? – спросила я.

– Это было твое решение.

Ну зашибись! Я еще и что-то там решила и сама не знаю об этом ничего.

– Почему я так решила?

– Он ошибся и поступил неправильно. И ты ошиблась.

Угу, конечно, вот теперь-то все ясно!

– Как я могу найти его?

– Иди на зов! – ответили мне.

И какой еще зов? Зов души?

– Где мы с ним встретились? – решила я зайти с другой стороны.

– Он нашел тебя в постели мужчины, – ответила Аглая Степановна!

– Что?! – завопила я.

Ну вообще замечательно! Я что, лунатик и по ночам брожу по чужим постелям, да еще и так, что потом забеременела, сама не помня, как? Или у меня раздвоение личности и вторая моя личность, которой я не помню, является шлюхой?

От моего вопля Аглая Степановна вздрогнула и распахнула глаза.

– Что… Все? – спросила она озадаченно уже нормальным своим голосом.

– Ну… как-то так, да.

– Ты что-нибудь узнала? – спросила она сочувственно.

– Скорее возникло еще больше вопросов, – вздохнула я и рассказала бабушке весь наш разговор.

– М-да… – удивленно протянула она. – Что касается постели… Ты же необязательно в ней непотребствами какими-то занималась. Может быть, в гостях у кого на кровати сидела, когда в гости кто-то зашел.

Я покачала головой. Ничего подобного я и не помню. Не было такого за последний год, чтобы я в гости к парням заходила. В нашем доме тоже мужчины не жили. После смерти мужа тетя Жанна так и не вышла замуж.

– Ладно, – сказала Аглая Степановна, – ты не переживай. Тебе вообще волноваться сейчас нельзя. Возможно, через несколько месяцев мы повторим обряд, если за это время ничего не решится. Часто повторять его нельзя. А ты пока подумаешь, что и как спрашивать.

Я кивнула, соглашаясь с ее словами. А главное – я вспомнила, что волноваться мне и правда нельзя, это может быть вредно для малыша. Выпила успокаивающего чая и отправилась спать.

Глава 6

В эту ночь он опять меня звал.

– Олли, вспомни меня, вспомни! Вернись ко мне!

– Да сколько ж можно! – воскликнула я, – Как я могу тебя вспомнить, если не помню?

– Просто потянись ко мне. Душой, – сказал он.

Вот и как это сделать? Ладно, попыталась ощутить, как я тянусь к нему… сама не знаю, чем. Хотелось бы потянуться руками к его шее и придушить уже, чтобы спать спокойно не мешал. А потом я увидела.

Я сидела в своей любимой пижамке с медвежатами на своем стареньком матрасе в кладовке, выделенной мне под спальню в доме тети Жанны. Сидела и задумчиво вертела в руке ту самую странную монетку, найденную сегодня утром во время уборки торгового зала в супермаркете. Я размышляла о том, как бы мне исхитриться и как можно скорее все же снять отдельную, пусть даже махонькую квартирку. Просчитывала, какую зарплату я должна получать, чтобы можно было влезть в ипотеку и платить не чужому дяде за чужое жилье, а чужому же дяде, но уже за свое жилье.

Размышления приводили к неутешительному выводу: во-первых, без опыта нормальной официальной работы ипотеку мне не дадут, во-вторых, без первоначального взноса я ничего купить не смогу. А на первоначальный взнос я не накоплю, если буду снимать жилье. В-общем, со всех сторон получалась засада.

Огорченно крутанула монетку на полу наподобие волчка, та завертелась, а я почувствовала сильное головокружение…

Этот момент я хорошо помнила. Это было где-то в конце зимы. Я помнила, что тогда у меня закружилась голова, а потом я очнулась уже лежащей на матрасе. Похоже, было что-то вроде обморока. Вот только в этом видении дальше все пошло не так, как я помнила.

Голова закружилась и вдруг я ощутила, что падаю куда-то вниз. Что было странно, потому что сидела я на матрасе, который лежал на полу. Я падала недолго, по ощущениям высота была метра полтора-два, не больше. И упала я на что-то мягкое. Потом услышала вопль, голоса.

Один из голосов был неприятный, женский. Он визжал и верещал что-то. Я с трудом разлепила глаза, которые крепко зажмурила. когда голова закружилась и увидела, что сижу посреди довольно большой кровати со смятыми простынями. Повернув голову налево, я увидела женщину.

Блондинка лет тридцати с шикарной фигурой была абсолютно голой. Она визжала, спешно вытягивая из-под меня одеяло и наматывая его на свое голое тело.

– Ты обещал, что никто не узнает! – верещала она, – Не дай бог мой муж узнает, он же прибьет нас обоих!

– Дорогая, я сам ничего не понимаю, – услышала я мужской голос справа.

Я повернула голову направо и увидела мужчину. Примерно ровесник женщине, светловолосый, он был одет ничуть не больше, чем женщина. Голый мужчина прикрывал свой пах подушкой, которую, похоже, схватил с постели, на которой я сидела и пытался успокоить свою… хм… партнершу.

То есть, я в принципе не сомневалась в том, чем занимались эта парочка, когда я вдруг на них свалилась. Вот только как я тут оказалась и где этот тут находится?

Пока я сидела, хлопая на этих двоих непонимающими глазами, дверь вдруг распахнулась и в комнату влетел еще один мужчина. Он был слегка похож на того, что прикрывался подушкой, видимо брат или какой-то родственник. Но на нем были пижамные штаны, мужской халат и тапочки.

– Что случилось? – спросил Одетый. – Что тут происходит?

Потом он взглянул на нашу композицию и спросил Раздетого:

– Ты что, притащил к себе двух девиц и они тебя не поделили?

– Эта… – ткнул в меня невежливо пальцем Раздетый, – свалилась на нас с потолка.

– И что вы делали на потолке? – спросил меня Одетый.

А я сидела и хлопала глазами, вообще ничего не понимая, и он продолжил мой допрос:

– И кто вы вообще такая? Как тут оказались?

– Н-н-не знаю… – выдавила я из себя.