Карина Родионова – Баба Яга и (не) ее оборотень (страница 1)
Карина Родионова
Баба Яга и (не) ее оборотень
Баба Яга и (не) ее оборотень
Глава 1
Эта старушка была воплощением городской повседневности: невысокая, чуть сгорбленная, в привычных спортивных штанах и выцветшей косынке, повязанной наспех. Казалось, она — лишь еще одна деталь в бесконечном потоке людей, спешащих по своим делам ранним летним утром. В одной руке она сжимала верную метлу, в другой — тяжелую сумку-тележку, которая, судя по тому, как она накренилась, весила добрых полпуда.
Втиснуться в переполненный, пропахший бензином и утренней сыростью автобус ей было не под силу. Молодой человек, стоявший рядом, наблюдал, как женщина, тяжело дыша и кряхтя, пытается пробиться сквозь плотную толпу пассажиров. Заметив, как она отчаянно цепляется за ручку своей неподъемной ноши, он молча шагнул вперед. Вздохнув, он аккуратно забрал сумку и водрузил её на верхнюю ступеньку, а затем, подхватив бабушку под мышки, легко, словно пушинку, поднял её наверх, к багажу.
— Садитесь, бабушка, не мучайтесь! — тут же подскочила с сиденья хрупкая девчушка.
— Спасибо, милая, золотая ты моя! — отозвалась старушка, с трудом усаживаясь и тут же, по привычке, прижимая к себе и сумку, и метлу, будто это были самые ценные сокровища в мире.
— Что ж ты, бабуля, на метле-то не полетела? — не удержался от шутки стоящий рядом мужчина. Старушка лишь печально вздохнула, и в этом вздохе было столько напускного драматизма, что пассажиры невольно улыбнулись.
— Дыкть, милок, метла-то есть, а права на управление ею отобрали! — проворчала она.
По автобусу прокатилась волна добродушного смеха. В душном салоне, где многие ехали на работу, щурясь от утреннего солнца и мечтая лишь о прохладной постели, настроение внезапно сменилось с сонного на бодрое. Люди начали переглядываться, обмениваться короткими шутками, и даже тяжелая духота перестала так сильно давить.
На одной остановке вышла та самая девчушка, что уступила ей место. Сегодня её ждал день, который изменит всё: важные соревнования по художественной гимнастике, за которыми будет пристально наблюдать легендарный тренер. Один точный прыжок, один идеальный пируэт — и её судьбу решит этот решающий момент. Сегодня у нее будет удачный день.
Следом покинул салон и молодой человек. Его ждало собственное маленькое чудо: случайный взгляд девушки, в которую он был безнадежно и давно влюблен, а через месяц она примет его предложение стать его женой. А еще — звонок из офиса крупной фирмы с заманчивым предложением, от которого невозможно отказаться.
Старый автобус, издав прощальный лязг и скрежет, замер на конечной остановке у дачного поселка.
— Конечная! — прохрипел водитель, и последние пассажиры потянулись к выходу.
Бабушка выходила последней. Один из мужчин, помогая ей вытащить тележку, на мгновение замер от изумления.
— Бабуль, у тебя там что, кирпичи? — спросил он, пытаясь удержать равновесие под весом сумки.
— Камни! — гордо пояснила старушка. — Эта хулиганка-сумка, если её не нагрузить как следует, так и норовит в небо взмыть!
Мужчина хохотнул, пожелал ей доброго пути и пошел дальше, не подозревая, что и его день сегодня сложится идеально.
Бабуля, прихрамывая, двинулась по тропинке, петляющей среди густых лесных массивов. Дойдя до тихой лесной просеки, она ловко нырнула в заросли папоротника. Оглядевшись, старушка решительно открыла сумку и начала вытряхивать из неё тяжеленные булыжники. Когда с сумкой было покончено, она сделала немыслимое: буквально залезла внутрь, устроившись там, как в ведьминской ступе, крепко держась за ручку тележки. Взмах метлой, тяжелый вздох, и она произнесла:
— Ну, полетели, родная!
Сумка приподнялась над землей, едва касаясь травы. Она скользила в двадцати сантиметрах от почвы, плавно огибая кочки. Со стороны казалось, что по лесу несется странный гироскутер с ручкой.
Вскоре «транспорт» причалил к небольшому домику на самой окраине поселка. Бабушка довольно резво для ее возраста выбралась наружу и толкнула скрипучую деревянную дверь.
Случайный прохожий, заглянувший в это окно, увидел бы лишь скучную деревенскую нищету: старая печь, облупленный стол, железная кровать с провисшей сеткой и стопка подушек с вязаной салфеткой на них. Но стоило двери захлопнуться, как реальность дрогнула и преобразилась.
Унылая печь превратилась в роскошный камин, от которого исходило живое тепло. Старая кровать сменилась мягким современным диваном, а скрипучий пол внезапно стал идеально ровным, покрытым ламинатом. На стене вместо теней заплясали блики на огромной плазменной панели, а старая лампочка Ильича уступила место светодиодной подсветке.
Бабуля подошла к зеркалу в пол и решительно сняла косынку. Седые пряди, рассыпавшись по плечам, начали на глазах менять оттенок и становиться гуще и длиннее. Через мгновение из зеркала на мир смотрела молодая, сияющая рыжеволосая девушка в ярком, пестром сарафане.
Раздался стук. Девушка вздохнула и пошла открывать. На пороге стояла соседка.
— Марусь, это ты? — удивленно приподняла брови та. — А я думала, Марфа приехала. Вроде её макушку видела у забора.
— Да, теть Вера, мы вместе с бабушкой приехали. Но она ушла баньку топить. Передать ей что-нибудь?
— Да, милая, попроси её, пожалуйста, принести ту мазь от артрита, что она советовала. Суставы крутит — сил нет! А я вам яичек принесу, свежих, от своей наседки.
— Хорошо, передам.
Когда соседка ушла, Маша уже собралась заняться делами, но резкий звонок телефона вырвал её из раздумий. На экране высветилось: «Эльвира».
— Машка, привет! — раздался бодрый, почти задорный голос подруги. — Ты не забыла, что завтра шабаш? Прилетишь?
Маша поморщилась, вспоминая недавние неприятности.
— Эльк, ну какой прилет? У меня права на метлу отобрали, ты же помнишь? А ступа моя после вчерашнего ремонта требует — далеко на ней не уедешь.
— Эх, Маша! — вздохнула Эльвира. — Ну вот какого черта тебя поперло летать над озером в самый разгар праздника? Народ же Ивана Купала отмечал! Мы едва перед туристами отмазались, выдавая твой полет за «световое шоу и аттракцион».
— Настроение было... пошалить захотелось, — виновато буркнула Маша.
Теперь, когда её ведьминское «водительское удостоверение» было заморожено на месяц, о шалостях можно было забыть.
— Ладно, не кисни! — бодро предложила подруга. — Полетим вместе на моей метле!
— А твоя-то потянет двоих? — с сомнением спросила Маша.
— Да таких тощих, как ты, троих сразу потянет! — рассмеялась Эльвира.
Глава 2
Мария
Я всем сердцем не хотела лететь на этот шабаш. И дело было не в самой тусовке — я вполне могла бы насладиться ведьминским безумием, — а в одном маленьком факторе: присутствии Верховной ведьмы Раисы. Стоило ей появиться, как воздух вокруг начинал искриться от её желания в очередной раз прочитать мне лекцию о «правильном поведении молодняка».
И вот, виновата ли я в том, что зелье невидимости от Арины оказалось бракованным? В самый неподходящий момент, когда я мирно дрейфовала над зеркальной гладью озера, магия просто… испарилась. Секунда — и вместо того. чтобы тихо и спокойно наслаждаться полетом, я оказалась в центре внимания. Толпа на берегу мгновенно ожила: послышался испуганный гул, чей-то радостный визг, а затем замигали смартфоны, фотографирующие и снимающие меня.
Раньше времена были проще: объявишь, что у них галлюцинации от передоза самогонки, и дело с концом. А теперь? Теперь у каждого в кармане — персональный летописец, который запечатлел мой позор в HD-качестве. Хорошо хоть, что я не поддалась на уговоры подруг про «полеты в чем мать родила». С таким компроматом мне бы не хватило и десяти жизней, чтобы отмыться от позора.
Мы с Элькой приземлились на высоком холме, где уже вовсю кипела жизнь — ведьмы нашего района собрались в привычный круг. Метла у Эльки — та еще капризная особа: старая, ворчливая и невероятно самолюбивая. Всю дорогу она демонстративно фыркала и вздрагивала, изображая великую мученицу. Мол, «как же тяжело тащить на себе двух кобылок!». При том, что маму Эльки возила, даже не морщилась, хотя весит та вдвое больше нас с подругой, вместе взятых!
Едва мы коснулись земли, эта вредина резко дернулась, буквально сбросив нас, и, торжествующе зафыркав, рванула к парковке, где стройными рядами стояли её сотоварки. Началось… Сплетни и шумные обсуждения своих ведьм среди метел пошли по кругу быстрее, чем колдовской импульс.
— Ягинская! — этот визгливый, режущий слух голос заставил меня непроизвольно втянуть голову в плечи.
— Я - Баба Яга! — огрызнулась я, пытаясь вернуть себе остатки достоинства.
— Да какая ты баба! — Раиса подошла ближе, и её лицо исказилось в презрительной гримасе. — Девчонка сопливая!
Она вечно пыталась меня задеть. И ведь не за что! Моя единственная вина в том, что у неё были старые счеты с моей бабушкой. Но она не унималась:
— Напоминаю, Ягинская, что штрафные работы тебе никто не отменял! Две недели будешь помогать зельеварам!
— Да я-то тут при чем? — я не выдержала и вспыхнула. — Это всё косяк Арининого зелья!
— Вот и потренируешься варить его самостоятельно, — отчеканила она, и в её глазах блеснула холодная насмешка. — Раз уж в Академии ты так и не научилась элементарным вещам.
— У меня вообще другая специализация! — выкрикнула я, чувствуя, как внутри закипает ярость.