Карина Пьянкова – Прима (страница 38)
Фелтон красноречиво ухмыльнулся, давая возможность собеседникам помучиться неведением.
— Все, Касс, драматическую паузу ты выдержал, теперь давай о деле, — спустя полминуты велела кузену леди Гринхилл. — Почему мы так запросто проспали появление Лестера? И почему его не проспали в с Катариной?
На физиономии Короля на пару секунд проступила гримаса превосходства. Я начала подозревать, что между ним и леди Гринхилл, вероятно, идет какое-то негласное соревнование. Но, в любом случае, Кассиусу нельзя зачесть этот раунд. Маловероятно, что мы с ним и Грант не попали под влияние чар из-за каких-то там особых дарований.
— Заклинание, Даф. Лестер использовал какое-то заклинание, которое обеспечило спячку всем в замке за исключением четверых.
Я с недоумением покосилась на некроманта. Четверых? Нас же было только трое!
— Катарина, я, Эшли… И наш дорогой дядя Френсис, который соблаговолил явиться лично и объяснить лорду Лестеру, что он категорически не прав.
Похоже, первое впечатление оказалось верным: Фелтон относился к проблеме родового артефакта куда проще, чем Грант. Да и истерикой Дэнни тут даже не пахло. Крайне… специфическое отношение.
Через пару секунд я сумела выдавить:
— А почему дядя Френсис?
Вроде бы Темное Писание скорее тянуло на какого-нибудь прапрапра… в общем, предка.
Полоз пожал плечами.
— Подозреваю, что внешне на дедушку он не тянет, да и у меня нет никакого желания вычислять, сколько именно поколений нас с ним разделяет.
Профессор Бхатия сообщению о Темном Писании не обрадовался, разумеется, но тоже паниковать не спешил.
— Количество Фелтонов на одну квадратную милю уже просто зашкаливает. Готов поспорить, добром это не закончится.
Полицейская пожала плечами, проигнорировав шпильку в адрес собственной семьи. Наверное, и сама считала, что история выйдет мутной.
— И что же Френсис? Буйствовал? Пытался напасть на тебя или Эшли?
Полоз покачал головой.
— Его куда больше интересовал Седрик Лестер. И, кажется, их страсть взаимна целиком и полностью. Подозреваю, что и лорд Лестер куда больше жаждет получить Писание, а не голову собственного отпрыска на блюде.
Леди Гринхилл широко и довольно ухмыльнулась.
— Что и требовалось доказать, Киран. Он здесь. Возможно, даже давно. И пока все живы. Так что не забивай голову ерундой, Фелтоны между собой в любом случае договорятся.
Дальше меня просто отправили спать, как лишние уши и даже не особо скрывали, что просто хотят избавиться от ненужного свидетеля. Обижаться я и не подумала, ведь ни Фелтону, ни его кузине другом я не приходилась. Они просто пытались защитить собственную семью настолько хорошо, насколько могли. А я потенциально опасный чужак.
Но могли бы и проводить, между прочим!
Обычно галантный Фелтон даже не озаботился тем, как я буду идти по темному замку до своей комнаты. И если обычно я не обратила внимания, то после встречи с Темным Писанием и лордом Лестером разом, во мне поднял голову инстинкт самосохранения и никак не желал снова засыпать.
— Спокойно, Кати, спокойно, — пробормотала я себе под нос на авзонийском, пытаясь восстановить пошатнувшееся душевное равновесие.
Я все ждала, что мне вот-вот навстречу выйдет Фрэнк с привычной чуть насмешливой улыбкой. Более того, мне даже хотелось его сейчас встретить. Вот только первокурсник наверняка спал и даже не подозревал, что девушка, которая раз за разом отказывала ему, теперь страстно желала его внимания.
До комнаты я дошла без приключений и перепуганной мышью нырнула за дверь, тяжело дыша.
Мне было… было неспокойно. И я не могла рассматривать Темное Писание как дядюшку со скверным характером… И лорда Лестера — тоже. Они оказались жуткими и сильными, очень сильными.
И главное… Каким образом, я должна защищать Дэнни от его ненормального отца?! Как Фелтону и его родне вообще в голову могло прийти, будто мне по силам такой фокус?!
С каждой новой мыслью меня трясло все больше и больше. Лучше не думать. Лучше вообще не думать обо всем произошедшем.
Я легла спать, но оказалось, что этим сделала только хуже. Потому что во сне снова был он, тот кто говорил со мной, но ни разу не показывался.
— Ну и где ты?! — воскликнула я, с отвращением слыша, как в голосе звенят истерические нотки. — Где ты, черт бы тебя побрал?!
На этот раз вокруг была библиотека, пустая, словно бы застывшая во времени.
— Неужели соскучилась? — осведомился невидимый собеседник. Фраза подразумевала, по меньшей мере, иронию, но голос звучал просто устало.
Соскучилась. Как будто по нему можно соскучиться.
Ругательства вырвались едва ли не против воли, а потом я спросила напрямую:
— Ты Темное Писание?
Я почти не сомневалась, что получу ответ «да». Ну, если только артефакт не пожелает солгать. Но, Мадонна, как же я хотела оказаться обманутой. Не так легко было испугать меня, но Писания я боялась.
— Зачем тебе нужно это знать?
Отличный вопрос, просто потрясающий. И ведь вопроса на него у меня нет как такового. Ну, не распинаться же на тему «своего врага нужно знать в лицо, верно?
— Какая тебе разница! Отвечай! — потребовала я, пытаясь загнать как можно глубже начинающуюся панику.
Это был сон или же просто пласт мироздания, где душа значила больше тела, но в любом случае он здесь как дома. В отличие от меня.
— Катарина… — тяжело вздохнуло существо. Говорили оно нарочито мирно, спокойно и до безумно раздражало. — Не нужно начинать со мной сражение. Мы не враги. Не стоит быть настолько агрессивной.
Разумеется, не враги. С Седриком Лестером мы тоже не были врагами, но это не помешало бы ему убить менять.
— Ты Френсис Фелтон? — вспомнила я то имя, которое первой назвала мне леди Гринхилл.
— Да, — ответил словно бы нехотя артефакт.
Замечательно. Просто великолепно. С одной стороны, хорошо, я теперь знаю, что ко мне привязалось действительно Темное Писание. С другой стороны… вот именно этого лучше было и не знать. Жила бы куда спокойней.
— Убери руки от моей магии! — снова перешла в наступление я. Так было не настолько жутко. Сложно испытывать страх, если ты злишься.
Злость — это правильно, злость — это желание выжить. Самая правильная позиция в моем положении.
— Катарина, от тебя все равно не убудет, — равнодушно откликнулся живой артефакт, даже и не думая воспринимать меня как серьезного противника. Это вызывало чувство практически обиды.
— Это не твоя сила! Какое право ты имеешь ее брать!
Писание промолчало, даже не думая появляться передо мной.
— Эй! Ты где?! — занервничала я еще больше. Прежде невидимый собеседник проявлял больше инициативы в разговоре. — Писание!
Сказала и сама почувствовала себя нелепо. Пусть я и разговариваю с предметом, но у него есть имя.
— Френсис Фелтон!
На этот раз голос раздался прямо у меня из-за спины.
— Вот ведь неуемная, — проворчало существо.
По спине побежал холодный пот. Он рядом, так близко, что мог бы собственными руками мне шею свернуть. Нельзя подпускать врага на расстояние удара. Я резко развернулась, чтоб посмотреть ему в глаза… и проснулась.
Резерв был девственно пуст, как будто там в принципе не могло быть магии.
— Ну не тварь ли? — риторически вздохнула я и поднялась с постели. Еще один день без заклинаний начался.
Рэйчел так и не вернулась, и я мучительно соображала, радоваться ли мне за нее или объявлять в розыск. Раньше она ни разу не пропадала вот так. Или она решила выдавить из сердца все чувства к гаденышу Лестеру принудительно и завести роман с кем-то другим?
Первое занятие было у профессора Бхатии со стихийникам, и я готова была поспорить, что в нормальном состоянии соседка бы никогда не пропустила встречу с тем, кому потом сдавать государственный экзамен.
Слава господу, блондинка на лекцию пришла. Выглядела она несколько… помято, а глаза сияли так, что вечером нам вряд ли придется включать свет. Если, разумеется, Рэйчел появится в комнате.
Заметив меня, соседка помахала рукой и широко довольно улыбнулась.
После недолгих размышлений, я пришла к закономерному выводу, что Рэйчел просто действительно завела себе парня.
Усесться с девушкой показалось мне самым естественным и правильным: стихийников я держала за магов второго сорта и не стремилась заводить каких-либо знакомств среди них. С меня и одного стихийника до конца жизни хватит.