Карина Ли – Дикий шалфей (страница 3)
Снизу, сразу после сообщения, я увидела фото нарисованной карты. Судя по всему, эту карту нарисовали на скорую руку. Линии были корявыми и неровными, а название местности едва ли можно было прочесть.
«Так, хорошо, – подумала я про себя. – Даже если это правда и мне действительно можно помочь, то как я смогу дотуда доехать?»
Если мне не изменяют память и школьные познания в географии, отметка, помеченная как местонахождение шамана, находилась на западе Монголии, чуть ниже которой уже был Китай. Если расстояние на нарисованной карте выглядит далеко, то не могу представить, сколько же нужно времени, чтобы добраться до этого места и в самом деле.
Наш город располагался в 600—700 километрах от Монголии и был любимым местом для туризма среди местных жителей. С Нараном мы пару раз ездили в гости на праздники к его друзьям, поэтому минимальное представление об этой стране у меня было. Огромная и бескрайняя территория кочевников, местами даже безлюдная. Судя по всему, от столицы, Улан-Батора, добираться не менее тысячи километров.
«Мне не проделать этот путь в одиночку, – подумала я, убирая свой телефон в передний карман рабочего халата. Но вторая мысль сразу же перебила первую: – Куда ты собралась?»
– Может, мы уже начнем? – услышала я голос клиентки, которая уже начала нервничать, раздражаться и цокать. – Я не могу опоздать на свидание. Побыстрее, пожалуйста.
– Да-да, простите, – начала извиняться я, приготавливаясь к трудоемкому процессу.
Но после сообщения Кристины я была сама не своя. То инструмент из руки выпадет, то неправильно оформила дизайн ногтя, отчего всё пришлось переделать. Лучше бы я и вовсе не брала телефона в руки. Сладкая иллюзия легче суровой правды. Люди и не с такими трудностями справляются, и без помощи волшебников и чародеев.
Дом – работа – Наран. Это было моей жизнью. Я ухаживала за домом и старалась угождать мужу, затем пилила ногти незнакомым мне людям, которые порой даже улыбки не могли выдавить из себя, а затем я возвращалась домой к любимому мужу, которой лупил меня до посинения. Хорошо, что лицо не всегда было его главной мишенью, иначе бы я точно могла потерять работу за страшный вид. Эти мысли посещали меня снова и снова, день за днем, пока я аккуратно наносила цветной лак на каждый пальчик девушек.
Я мастер по маникюру со статистическими семейными проблемами, а не путешественник Васко да Гама, который на свой страх и риск смог проплыть морским путем из Европы в Индию. Наверное, смысл женщины действительно заключается в том, чтобы родить ребенка.
Но мысль о маршруте не давала мне покоя. Мечтать – не запрещено. Можно попробовать?
Глава 3
В нос ударил запах свежей крови. Тонкая белая пелена, заполнившая мои глаза, постепенно развеялась, и я наконец-то смогла присмотреться к ближайшим предметам. Тусклый свет, исходивший от масляной старой лампы, падал на грязную землю, местами отсыревшую от капель, стекающих по стенам. Пещера имела ракушкообразную форму с каменным навесом и выходом, откуда открывался вид наружу. Уже стемнело, и лишь блеклые остатки заката красного цвета намекали, что было не так поздно.
Впереди, прямо у входа в пещеру, стояли двое мужчин, облаченных в кожаные халаты, на одном из которых я заметила железные погремушки с медными фигурками. Позади с плеч другого мужчины свисало множество разноцветных змей и хвостов, а к одному из них был привязан маленький колокольчик. Хозяином пещеры, скорее всего, был тот, у кого был головной убор в виде ленты, к верхнему краю которой были пришиты орлиные перья. Мужчины читали молитвы монотонным звуком, не обращая внимания на брыкание овцы, которую они держали мертвой хваткой.
Они приступили к ритуалу. В руках второго появилось острое лезвие, отчего мое сердце забилось тяжелым стуком, отдавающимся вибрацией в груди. Недалеко от себя я заприметила старое овечье одеяло, в некоторых местах которого шерсть уже скомкалась, и в целом оно выглядело неопрятно, но именно туда мне нужно будет лечь. Я знала это, но не понимала откуда. Неведомая сила заставила меня смотреть на весь ужас проводимой процедуры, где брюхо овцы было вспорото, как если бы вор искал драгоценности в перине. Быстро и не задумываясь. Овечья кровь перемешалась с грязью, а внутренние органы уже были изъяты.
Легкий кивок шамана в мою сторону говорил о том, что пора начинать. Я легла на аккуратно разложенный плед, украшенный этническими животными. На мне было минимальное количество одежды, но достаточное, чтобы скрыть все интимные места.
Я закрыла глаза, стараясь не думать о тех овечьих органах, которые шаман разложил по линии моего тела. Сердце – к сердцу, легкие – к легким, и так до матки. Я почувствовала жар, тепло совсем еще недавно бегающего и беззаботного животного, но рвотные порывы было непросто проглотить. Я боялась открыть глаза, не ведая, какая картина может предстать перед глазами. Казалось, что я до сих могу чувствовать биение сердца животного, но тепло одеяла и монотонное произнесение молитвы медленно погружали меня в состояние транса, где я снова теряла связь со временем.
– Не бойся, – услышала я мужской голос возле себя. – Органы здоровой и крепкой овцы вбирают в себя твои болезни, ты будешь здоровой.
Его голос растворялся где-то далеко, отталкивая меня все дальше и дальше назад. Я чувствовала, как теряю ту маленькую связь, что успела связать меня с этим местом. Мне хотелось разомкнуть глаза и остановить это падение, но у меня не получалось. Отчаяние за отчаянием поглощали меня с каждым новым толчком, когда я хотела вернуться к голосу шамана, но я уже ничего почти не слышала. Только тонкий писк, похожий на плач ребенка, вытолкнул меня наружу, и я проснулась.
Огромные капли холодного пота текли ручьем по моей спине. Парализующий страх все еще держал меня в своих когтях. Чувствуя, как сердце готово выпрыгнуть наружу, я приподнялась на кровати, но сильный удар мужской руки повалил меня обратно. Я почувствовала неприятное жжение у губы.
– Чего разоралась? – раздался в темноте голос мужа, которого я, судя по всему, разбудила. – Или, может быть, ты за меня пойдешь завтра на завод?
– Прости, – тихим голосом ответила я, но как ни странно, оплеуха мужа вывела меня из странного транса и теперь я полностью могла отличить, что было реальностью, а что нет. Одна из плотных штор в спальне была отодвинута в сторону, и лунный свет косым клином падал на угол старого дивана, где лежал мой домашний халат.
– Иди на диван спать, раз кошмары мучают. Настоящий кошмар придет, когда зарплату не выплатят, – сказал муж напоследок, переворачиваясь на другой бок.
Я решила послушаться мужа и лечь в гостиной, но перед этим сменить мокрую одежду на сухую. Я тихо выскользнула в коридор, притворив за собой дверь, и быстро прошла к ванной. Привычный, но ужасный вид, а при виде небольшой ранки на губе по всему телу пробежали мурашки.
– Нормально так треснул, – сказала я вслух, аккуратно собирая кровь ватной палочкой. – Урод, – обратилась я к спящему мужу, но уже более тихим голосом.
Я села в ванну, разгоняя по воде мыльные круги. Соляной скраб Кристины был сейчас очень кстати. На упаковке иронично было написано «для расслабления себя и тела».
Моя мама когда-то в детстве рассказывала, что бабушка с папиной стороны тоже практиковала шаманизм, но я не припоминаю, чтобы я хоть что-то видела своими глазами, а значит, сегодняшний сон – это всего лишь результат моей бурной фантазии, в корне не имеющей отношения к тому, что происходит в моей семье.
Звуки храпа Нарана доносились даже за две комнаты, расположенные далеко от спальни. Сменив одежду и вытерев насухо тело, я еще раз взглянула на себя в зеркало. Крови уже не было, но небольшой синяк, скорее всего, останется напоминанием о сегодняшней затрещине, в которой я не была виновата.
– Нужно что-то делать, Аяна, – обратилась я к себе через отражение зеркала. Меня отталкивало изображение пугливой и бесформенной женщины, что смотрела на меня. Увядшее лицо, увядшая душа. – Ты сможешь, – снова сказала я себе через зеркало, словно отвечая на предыдущий вопрос.
Я бы и дальше поговорила сама с собой, но тучный и звенящий храп, разносившийся по всему дому, вернул меня в реальность. Неспешными, но твердыми шагами я направилась к кровати, у боковой стенки которой лежали подушка и сложенное одеяло цвета лаванды. Поплотнее завернувшись в него, я погрузилась в свои мягкие мечтания, желая себе спокойной ночи.
Сегодняшний поход в женскую гинекологию был таким же непростым, как и в предыдущие дни. Не потому что я до смерти не любила любые врачебные манипуляции, включая стандартный осмотр, а просто потому что не хотела снова ощущать пристальный взгляд медсестры, рассматривающей ссадины на моем лице. Если царапины от любви мужа оказывались чуть ниже носа, то достаточно было натянуть на лицо простую медицинскую маску и пару раз закашлять для убедительности.
Перед выходом я еще пару раз осмотрела лицо. Выглядело как обычно, учитывая, сколько тоналки мне пришлось нанести, чтобы скрыть постыдное, но такое частое явление.
– Раздевайтесь, – обычным тоном сказала врач, указывая на кушетку. Ее длинные черные волосы создавали безумный контраст с белыми стенами, поглощающими любую позитивную энергию. – Ага, помню вас, помню. Вы ребеночка с мужем запланировали, верно? Муж уже сдал анализы?