Карина Илларионова – Кризис среднего возраста (страница 6)
Зотов непонимающе обернулся, так и не прикурив.
А Вика тихонько охнула и зажмурилась.
Глава 4
— К сожалению, у Зотова не было возможности ни украсть деньги, ни устроить поджог, — с нескрываемой тоской сказал Илья.
— А у кого была? — поинтересовалась Анна.
— Ни у кого, — ещё тоскливее ответил он и глубоко вздохнул. — Я же не просто так говорю, что картинка не складывается. Ощущение, что надо собрать пазл, только вот частей в пять раз больше, чем нужно, и все они какие-то... неподходящие.
— В пять раз больше? Как это?
— С чего бы начать... Ладно. Во-первых, ни у одного из пяти фигурантов не было причины находиться вечером в офисе. Ни у кого. Но все они туда приехали, причём одновременно. И знаешь, почему?
— Почему? — спросила Анна.
— Четверым из них пришло сообщение в телеграм с одним и тем же текстом: «Пора расставить все точки над "и". Приезжай в офис к 20:00. Поговорим».
— От кого?
Илья почесал бровь:
— А вот это самое непонятное. Виктория Журавлёва получила сообщение якобы от Евы Константиновны Левицкой, жены Шахрая. Но Левицкая утверждает, что не писала Виктории. Когда мы попросили Журавлёву показать нам сообщение, оказалось, что его не существует.
— Вот как...
— То же самое у остальных. Жене Шахрая пришло сообщение от Максима Епифанцева, младшего брата Шахрая. Брату — от компаньона. Компаньону от Журавлёвой. Все получили сообщение, но никто никому не писал. И все сообщения исчезли.
— Так, стой! — Анна притянула к себе сумочку и достала ручку. Взяла бумажную салфетку, начертила на ней квадрат из стрелок и попросила: — Давай ещё раз всю цепочку. Кто от кого получил сообщение?
— Любовница от жены, жена от брата, брат от компаньона, компаньон от любовницы, — послушно повторил Илья.
— Кого-то не хватает. Так, секретарша! Её тут нет.
— Секретарше написал сам Евгений Шахрай. Сказал, что нужно разобраться с какими-то бумагами. Приказал срочно явиться в офис или считать себя уволенной.
Анна с подозрением посмотрела на Илью:
— Хотя бы у неё сохранилось сообщение?
— Да, у неё сохранилось.
— Значит, пешку пригласил сам король, — пробормотала Анна, начиная вырисовывать справа от квадрата шахматные фигурки.
Илья нахмурился.
— Что такое? — с удивлением спросила она.
— Как будто... Ладно, это не имеет... Но...
— Но?
— Шахматы, — сказал он. — Все они, кроме секретарши, упоминают шахматы, когда описывают отношения между собой и Шахраем. Пешка, король, королева. Слон и ладья. Ход конём... И вот теперь ты рисуешь шахматы. Это странно.
Анна непонимающе моргнула:
— Но это же база. Все умеют играть в шахматы.
— Не все, — чуть уязвлённо возразил Илья.
— Хорошо, почти все.
— Нет.
Анна подняла брови:
— Я играю столько, сколько себя помню.
— Ладно, проехали, — решительно сказал Илья. — В общем, все пятеро оказались в офисе после получения сообщений. Приехали они практически одновременно и были друг у друга на глазах. Ни у кого из них не было достаточного количества времени, чтобы забрать деньги из сейфа, заменить их бумагой, вылить две канистры бензина на пол и поджечь. Как будто бы ни у кого...
— Но кто-то ведь устроил пожар?
— Да.
— Значит, мы вычислим этого кого-то, и дело будет закрыто. Элементарно! — со смешком заключила Анна, и вдруг осознала, что у неё так и не вышло отнестись к ситуации серьёзно. Казалось, что они на самом обычном свидании и обсуждают героев фильма или сериала, а не реальных людей и случившуюся с ними беду.
На миг ей стало стыдно, но Илья, кажется, разделял её настроение.
— Элементарно? — фыркнул он. — Ладно. Продолжим, коллега.
— Коллега?
— Ну да. Ты же помогаешь мне в расследовании. Значит, коллега. А вообще, какое у тебя образование? Эконом или юридическое? Не хочешь к нам в отдел? Чернов с тобой будет паинькой, сможешь нас от него прикрывать. Сделаешь карьеру...
— Упаси бог, — с искренним ужасом ответила Анна. — Но, кстати, про карьеру...
— Да?
— Ты сказал, что Журавлёвой двадцать шесть лет. Она моя ровесница. И уже финансовый директор? Не слишком ли круто?
Илья пожал плечами:
— Для любовницы генерального директора не слишком. Впрочем, мы не знаем, влияла ли личная жизнь на продвижение Журавлёвой. Точной даты начала их отношений у нас нет.
— Но можно ведь спросить у неё самой или у тех свидетелей, кто знал про их интрижку с Шахраем, — с недоумением заметила Анна. — Или это не имеет значения?
— Мы спросили, — обречённо сказал Илья.
— И?
— И получили пять разных дат.
Анна прищурилась:
— Даже так? Пять? Не четыре, а пять?
— Да.
— Получается, жена тоже знала?
Илья одобрительно кивнул:
— Да, она знала. И, кстати, самая ранняя дата — как раз от неё. Со слов Евы Константиновны, их отношения начались около четырех лет назад, спустя полгода после прихода Журавлёвой в «Гранд».
Если бы не тонкая корка льда на дороге, чёрная ауди остановилась бы точно напротив Вики, мёрзнущей на остановке в ожидании автобуса. Но машина проскользнула на полметра вперёд, затем немного сдала назад, и стекло пассажирской двери медленно опустилось.
— Доброе утро, Виктория Вадимовна! — донеслось из салона автомобиля.
— Д-доброе, — с запинкой ответила Вика, не веря своим глазам и ушам.
— Садитесь в машину, — приказал Евгений, и она, не до конца понимая что делает, послушалась.
В салоне автомобиля было тепло и как-то уютно. Никаких резких запахов, мягкий свет приборной панели, тихая музыка. После четверти часа в темноте на пронизывающем ледяном ветру, от которого не спасала даже шуба, всё это ощущалось как подарок небес.
— Пристегнитесь, — скомандовал Евгений, трогаясь с места.