Карина Илларионова – Фабрика (страница 13)
Снег никуда не торопился.
Она же будет падать гораздо быстрее.
Саша подняла глаза к начинавшему темнеть небу, сморгнула набежавшие слёзы и сжала зубы.
– О, я рада, что вы задали этот вопрос, – сказала Саша вслух. – Во‑первых, я хочу поблагодарить своего младшего брата, Артёма Игоревича Фролова.
Телефон в кармане её шубы неожиданно зазвонил.
Она достала его и посмотрела на экран.
Саша фыркнула и нажала на отбой.
Ничего страшного. Как‑нибудь обойдётся без очередных нотаций от старшего брата. Хотя, конечно, было бы эпично сказать ему: «Кстати, Лёш, а ведь это из‑за тебя. Не только из‑за тебя, разумеется, но треть вины точно твоя… Так что рано или поздно мы встретимся в аду, братишка», и сразу после этого прыгнуть.
Она усмехнулась и снова заговорила:
– Во‑вторых, спасибо моему старшему брату, Алексею. Если бы не он, я никогда не достигла бы этой высоты. Ну и конечно, спасибо моему папе…
Она вздохнула и села прямо на снег. Привалилась спиной к невысокому кирпичному бордюрчику, тянувшемуся вдоль всей крыши. Безучастно посмотрела на замысловатый узор, выложенный красными и белыми кирпичами.
В нём была какая‑то странная, непривычная и неочевидная красота.
Интересно всё‑таки, что здесь хотели производить? Жаль, что она об этом не узнает. Хотя, наверное, ещё можно успеть спросить. Отец всё равно ничего не поймёт.
Он никогда её не понимал.
Возможно, потому, что никогда не слушал.
– Игорь Николаевич Фролов, дамы и господа, – пробормотала Саша. – Отец года. Поддержим его аплодисментами.
Она проверила время и решила, что пора возвращаться, иначе кто‑то может заметить её отсутствие. Наверное, можно было закончить прямо сейчас, но ей отчего‑то хотелось сделать всё точно по своему первоначальному плану.
Новый год – любимый праздник мамы.
Фабрика – самое важное, что есть у отца.
Будет символично закончить свою жизнь именно здесь и именно тридцать первого декабря. Один день – не так уж это и долго. Она подождёт.
Саша поднялась на ноги, тщательно отряхнула шубу и медленно отправилась в сторону спуска с крыши.
31 декабря 2004 г.
Из комнаты Артёма раздавались неясные вскрики и звуки выстрелов.
Саша постояла несколько секунд в коридоре, глядя на узкую полоску света за приоткрытой дверью. Младший брат был единственным человеком, с кем ей действительно хотелось попрощаться. Но он был так рад привезённому ранним утром новому компьютеру, с таким нетерпением ждал, когда Лёша всё подключит и установит нужную игру, с таким азартом стрелял в каких‑то монстров и пробирался сквозь лабиринты, что отрывать его сейчас было бы слишком жестоко.
Мальчишка. Пусть играет.
Да и отец должен был уже совсем скоро приехать из ресторана, в котором устраивал праздничный обед для своих старых друзей. Лучше было уйти до его возвращения.
Саша медленно спустилась по лестнице на первый этаж, мельком взглянула в зеркало – чёрная юбка, белая блузка, собранные в аккуратный хвост волосы – и почему‑то вспомнила слова отца.
– Хорошей девочки почти уже нет, – сказала она вслух, открыла шкаф и потянулась за шубой.
– Ты куда? – неожиданно раздалось за её спиной.
Саша вздрогнула и обернулась:
– Тёма? Ты тут? А кто же…
Со второго этажа всё ещё доносились звуки компьютерной игры, и она никак не могла понять, почему младший брат стоит здесь, в прихожей.
– Лёша меня выгнал, – сообщил Артём и смешно наморщил нос. – Сказал, я всё неправильно делаю, поэтому он сам пройдёт уровень.
– Понятно, значит… – Саша задохнулась и не договорила. Глаза словно обожгло огнём, и она отвернулась, скрывая лицо от брата. Торопливо надела шубу и сапоги.
– Куда ты? – настойчиво повторил Артём.
– Погуляю чуть‑чуть. Я скоро вернусь, ещё до папы.
– Я хочу с тобой.
– Тёма… – Саша зажмурилась, из последних сил сдерживая слёзы. – Не надо со мной, малыш. Я тебя люблю.
– Почему ты так говоришь? – испуганно спросил Артём.
Саша мотнула головой и выскочила за дверь.
В первый раз за эти дни её кольнуло сомнение, стоит ли доводить всё до конца. И тут же, от одной только мысли, что это бессмысленное продирание сквозь опостылевшую реальность будет продолжаться, её охватила паника.
Нет. Достаточно. С неё хватит.
Она отошла от дома на несколько сотен метров и вытащила из кармана телефон, чтобы вызвать такси. Разбитая иномарка приехала только через четверть часа, показавшихся вечностью. Саша нырнула в пропахший сигаретным дымом салон и растёрла замёрзшие руки.
– Такая красивая и совсем одна? – весело спросил молодой водитель.
– Да, – зачем‑то ответила Саша.
– Куда поедем, красивая?
Она открыла рот, чтобы назвать адрес фабрики, но запнулась.
– Ай‑яй‑яй, забыла, куда ехать? – с деланным сочувствием произнёс таксист и резко тронулся с места. – А хочешь ко мне? Мандарины купим, шампусика выпьем, а? Новый год же, праздник, да?
– Праздник, – согласилась Саша и вдруг, словно со стороны, услышала свой собственный голос, чётко проговаривающий адрес Сергея.
– Общага? – уточнил таксист.
– Да, – изображая уверенность, которой вовсе не испытывала, ответила Саша и провалилась в свои мысли.
Пусть. Пусть будет так. Так даже лучше. В конце концов, до двенадцати ночи ещё далеко, и можно успеть…
Саша отвернулась к окну.
К горлу подкатила горечь, но следом пришла ледяная уверенность, что это правильное решение.
Да. Она пойдёт и переспит с этим парнем. Незапланированный, но важный пункт. Иначе получится, что Лиза всё‑таки права, и Саша на самом деле никому не нужна даже в этом смысле.
Где‑то по краю сознания прошла мысль, насколько нелепо продолжать переживать из‑за слов заклятой подружки сейчас, прямо перед тем, как всё закончится. Как будто бы нет ничего более достойного, о чём можно…
Но Саша не успела додумать.
– Приехали, – громко сообщил таксист. – Сто восемьдесят.
– Сколько? – с ужасом переспросила Саша. – По телефону сказали…
– Сто восемьдесят рублей, – повторил он. – Новый год, красивая. Всё дорожает.