Карина Илларионова – Дело N… (страница 26)
– Да, – ответила она.
– Алексею Денисычу привет передавайте, Вера Алексеевна, – неожиданно попросил Филистович. – Как он, не заскучал ещё на пенсии? Или внук скучать не даёт?
Вера сдержанно улыбнулась:
– Не даёт.
– Хорошо, хорошо… Дай бог вашему отцу здоровья. Судья что надо был, таких сейчас уже не делают.
Задоров раздражённо тряхнул головой и придвинулся ближе к столу:
– Давайте к делу.
Филистович снисходительно кивнул, положил руку на лежавшую рядом пухлую картонную папку и передвинул её в центр стола:
– Да. К делу. Разумеется.
Папка не была подписана. Илья вопросительно посмотрел на Филистовича.
– Здесь копии, оригиналы останутся в нашем архиве, – пояснил подполковник. – Дело Иры Кузнецовой.
– Успели возбудить? – деловито спросил Задоров. – По сто пятой?
– Успели, – ответил Филистович. – Полтора месяца гуляла девочка. Сто пятая, часть один.
Вера, прикусив губу, задумчиво разглядывала папку.
– У вас вопросы, Вера Алексеевна? – Филистович с усмешкой наблюдал за ней.
– Почему вы привезли материалы дела лично?
– Решил помочь коллегам восстановить справедливость. Вы верите в справедливость, Вера Алексеевна?
Илья переглянулся с Дроновым и с тревогой посмотрел на Веру. Её лицо застыло.
– Отлично, – ледяным тоном произнесла она. – Я впечатлена. Но к чему это всё?
– Мне нужно, чтобы вы отнеслись к моим словам серьёзно, – сказал Филистович. – Потому что кроме слов у меня, по сути, ничего нет.
– Да как же нет, вон сколько макулатуры нам привезли, – возразил Дронов и притянул папку к себе. – Таааак, что тут у нас?
Он бросил ленивый взгляд на первую страницу дела, тут же напряжённо выпрямился и начал торопливо перебирать бумаги. Вера практически выдернула у него из руки один из листов и погрузилась в чтение. Илья с любопытством на них посмотрел и вновь сосредоточился на Филистовиче.
Тот едва заметно нахмурился.
– Тут нет самого главного, – сказал он. – Тут нет ни одного доказательства, что уход Кузнецовой Ирины не был добровольным. А я в этом уверен.
– Почему? – спросил Илья.
– Я хорошо знаю эту семью. С Николаем мы дружим с раннего детства. Ира моя крестница.
– Вот как, – удивленно сказал Илья.
– Она не могла уйти сама. Тем более по той причине, которую озвучила по возвращении. Я не знаю, что с ней происходило в течение этих шести недель и почему она так упорно держится за свои слова. Но, возможно, теперь у нас появился шанс узнать.
– У нас? – Вера подняла голову. – Хотите принять участие, товарищ подполковник? Возбуждаете дело?
Филистович криво усмехнулся:
– В вашем отделе хоть кто‑то читал уголовно‑процессуальный кодекс?
Гуров сморщил лицо, но промолчал.
– Для возбуждения дела нет оснований, надеюсь, все присутствующие это понимают. Но даже если дело будет возбуждено, я не смогу его вести.
– Вы не являетесь ни близким родственником, ни близким лицом по отношению к Васильченко Инне, – заметила Вера.
– Зато по отношению к Кузнецовой Ирине являюсь, – сказал Филистович. – Учитывая перспективу слияния дел в единое производство, вмешиваться я не буду.
– Вы считаете, что здесь есть какая‑то связь? – уточнил Илья.
– Практически уверен.
Вера бросила на Гурова вопросительный взгляд. Тот вздохнул и нехотя сообщил:
– То же самое нам говорил Давыдов Вячеслав Витальевич. С ним вы тоже знакомы?
– Разумеется, – спокойно сказал Филистович. – Мы учились в одном классе. Я, Кузнецов и Давыдов. Давыдов был женат на сестре Кузнецова, но развёлся после пропажи племянницы.
– После – вследствие? Или просто после? – спросил Илья.
Филистович не успел ответить. Дронов вздохнул и начал читать с листа вслух:
– В связи с вышеизложенными фактами прошу проверить причастность Давыдова Вячеслава Витальевича к возможному похищению или убийству моей племянницы, Кузнецовой Ирины Николаевны…
– Кто это написал?
– Кузнецова Юлия Аркадьевна, – раздражённо ответил Филистович. – Бывшая жена Давыдова, сестра Николая. А вышеизложенное – это обвинение Давыдова в домогательствах к его несовершеннолетней падчерице, Кузнецовой Арине. Бездоказательное, увы, Арина опровергла показания своей матери. Давыдова оставили в разработке, но ничего найти не смогли. Впрочем, проверяли не только его. Под вопросом была причастность и парня Ирины, и отца. Была версия об убийстве или похищении посторонним человеком. Затем Ира вернулась домой, и дело было закрыто. Но, как я уже сказал, я не верю в её самоуход. Сейчас, после аналогичного случая с Васильченко Инной, вырисовывается предположение о серии. Но все остальные варианты не следует отбрасывать. Даже если это серия, виноват может быть кто‑то из окружения Ирины. И лично я ставлю на Давыдова.
На несколько секунд в кабинете Гурова воцарилась тишина.
– Спасибо за информацию, Семён Владимирович, – прервал затянувшееся молчание Задоров. – Всё изучим и отработаем.
– Рад это слышать, – откликнулся Филистович. – Так, и пока не забыл, личная… пока что просьба: верните Кузнецовым технику. Если не сегодня, то завтра. Думаю, проблемы вашим операм не нужны.
Илья фыркнул.
– Не нужны, – нехотя признал Задоров. – Всё сделаем.
– Благодарю за понимание, – с лёгкой усмешкой сказал Филистович и поднялся из‑за стола. – Будем на связи.
Глава 10
Квартира встретила Арину тишиной и едва уловимым, но знакомым ароматом любимого дядиного парфюма. Она медленно разулась и поплелась на кухню. Налила воду в электрочайник, щёлкнула кнопкой и взялась за банку с растворимым кофе. Задумчиво рассмотрела оставшиеся на дне крупинки, пересыпала их в бокал и залила кипятком. Вода приобрела странный светло‑коричневый оттенок.
Арина вздохнула и полезла в кухонный шкаф в надежде обнаружить новую банку кофе, но вместо этого наткнулась на бутылку коньяка.
Коньяк.
В их квартире коньяк.
Что за бред?
С тех пор, как дядя закодировался, алкоголь в их доме попал под негласный запрет. Не то чтобы мать когда‑то сильно пила, но пара бутылок какого‑нибудь вина всегда стояли в шкафчике на случай неожиданных гостей. Два года назад и спиртное, и гости из их жизни исчезли – всё ради того, чтобы ненароком не спровоцировать дядю на новый круг алкомарафона.
Интересно, жалела ли когда‑нибудь мать о том, что отказалась от посиделок с подругами ради брата? Арина никогда не спрашивала об этом вслух, потому что и без того знала, какой услышит ответ.
Арина решительно захлопнула шкафчик и вылила неудавшийся кофе в раковину. Села за стол и по привычке открыла в телефоне новостную ленту. Пролистала множество похожих друг на друга сообщений о пропаже Инны, проверила время, раздражённо отложила мобильный в сторону и взяла телевизионный пульт. Включила региональный новостной канал и поняла, что опоздала: на экране сразу же появилось изображение Влада, завершающего рассказ о своей работе в поисковом отряде.
Он говорил чуть сбивчиво, заметно нервничая, как будто не был до конца уверен в том, правильно ли отвечает на вопросы. И сейчас Арина понимала, почему.
Она выключила телевизор и снова взялась за телефон. Быстро зашла на форум поисковиков, открыла тему с поиском Инны и внимательно прочитала одно из первых сообщений.