Карина Илларионова – Дело N… (страница 28)
– Каждый год… – Влад глубоко вздохнул, как будто давал самому себе время подобрать правильные слова. – Каждый год в мае очередная тупая… малолетка… уходит из дома. Каждый грёбаный год.
– И?
– И я каждый раз… каждый раз надеюсь понять, зачем они это делают…
Арина почувствовала, как сковавшее её напряжение начинает отступать – слова Влада звучали хорошо. Правдоподобно. Они объясняли его странный график. Ну а серьги, если хорошо подумать, и вовсе не имели никакого значения.
– Почему? – продолжал Влад. – Зачем? Чего им не хватает? Как… Как они могут… вот так? И не могу понять, Ариш. Никак не могу.
Привычная, удобная, ставшая почти что родной за эти годы мысль.
Ира – мразь. А сама Арина, её семья, близкие, Влад – жертвы. Но если… если вдруг её паранойя не совсем паранойя, то выходило, что всё наоборот.
– Кстати, не пережил это не только я, – прервал молчание Влад. – Ты тоже не похожа на человека, который понял, принял и простил.
– Я не думаю, что должна кого‑то прощать, – с горечью ответила Арина.
Он хмыкнул:
– Ты вообще не изменилась, Ариш. Вот вообще.
Она вздохнула и включила музыку, чтобы избавиться от необходимости отвечать. Кажется, Влад был этому рад, и за всё то время, которое ушло на продирание сквозь вечерние пробки, не произнёс ни слова.
Заговорил он только тогда, когда Арина припарковалась под аркой, ведущей во внутренний двор Дворца:
– Спасибо за доставку.
– Обращайся! – Арина старательно улыбнулась, хотя далось ей это с огромным трудом. Вид хорошо знакомого автомобиля отчима, занявшего второе свободное место под аркой, окончательно испортил ей настроение.
Влад вышел из машины и задумчиво огляделся по сторонам.
– Что‑то не так? – спросила она, вставая рядом.
Он тоже улыбнулся, и Арина прекрасно понимала, что в его улыбке не больше искренности и веселья, чем в её собственной.
– Всё так, но я…
– Но ты? – глядя ему в глаза, поторопила она.
Он резко выдохнул – словно решился на что‑то – и шагнул вперёд. Положил руки ей на плечи. Сжал.
На долю секунды Арине стало страшно, но Влад сделал ещё один шаг, прижал к стене, наклонился и впился в её губы – страстно, жадно, горячо, не оставляя ни малейшего шанса не ответить тем же, и её тело вышло из‑под контроля. Этот поцелуй был худшей вещью, которая только могла произойти. После всего, что Арина узнала, нужно было держаться на расстоянии и ни в коем случае… ни в коем случае… Но он был её мечтой – столько времени! Она влюбилась в него в тринадцать, смогла забыть только пару лет назад, и вот сейчас её мечта сбывалась. Слишком поздно и совсем не так, как ей хотелось, но он был рядом, снова целовал её, и она была не в силах его оттолкнуть.
Руки Влада опустились ниже. Одна ладонь легла на ягодицы Арины, а вторая каким‑то образом оказалась под футболкой, на голой коже спины, и уверенно двинулась вверх, посылая россыпь мурашек по позвоночнику.
– Какие люди! – громко раздалось откуда‑то сбоку.
Влад застыл. Арина отпихнула его, торопливо одёрнула одежду и зажмурилась, сгорая от неловкости.
– Добрый вечер, Владислав Игоревич! Добрый вечер, Арина Васильевна! – с издёвкой продолжил мужской голос. – Надеюсь, я вам не сильно помешал?
Она сжала зубы и открыла глаза.
– Не сильно, – ответила она, выравнивая сбитое дыхание. Влад стоял в двух шагах, и к Арине постепенно возвращалось самообладание. – Здравствуйте, лейтенант… Дронов.
– Старший лейтенант, – спокойно уточнил тот.
– Мне пора, – смущённо сказал Влад. – Время… Я позвоню, Ариш.
– В штаб? – спросил Дронов.
– Да.
Арина, прикусив губу, посмотрела на Влада и кивнула. Он кивнул в ответ, развернулся и пошёл в сторону запасного входа Дворца.
– Зачастили вы сюда, Арина Васильевна, – заметил Дронов, доставая из кармана пачку сигарет. Сегодня он был почему‑то не в форменной одежде – простые серые джинсы, кроссовки, мятая футболка, поверх которой была надета наплечная кобура – и выглядел гораздо более усталым, чем в их предыдущую встречу.
– Вы тоже, – ответила Арина.
Дронов усмехнулся и, не отводя от неё глаз, неторопливо раскурил сигарету.
– Здесь не курят, – сообщила Арина.
– Какая незадача, – откликнулся Дронов, выдыхая дым.
Она фыркнула и покачала головой.
– Так вы, значит, пара, – наполовину утвердительно произнёс Дронов.
– Нет.
– Нет? – наигранно удивился он. – Значит, мне показалось, что вы тут собирались перейти к выполнению демографической программы?
– Мы не собирались! – возразила Арина.
– Как скажете, – с ухмылкой ответил Дронов.
– Как скажу? – возмущённо переспросила она.
Лейтенант сделал очередную затяжку, продолжая выжидающе наблюдать за Ариной, и она подумала, что более удобного момента может просто не быть. Вздохнула, достала из кармана телефон и, боясь передумать, быстро заговорила:
– Можно я вам кое‑что покажу? Я не понимаю, что это значит, это выглядит очень странно, и вы мне очень поможете, если проверите.
– Вы серьёзно, Арина Васильевна? Я похож на частного детектива? Нет, так‑то я не против, но это платная…
– Дослушайте, – попросила она. – В общем, сегодня я зашла на форум поисковиков.
Дронов отбросил сигарету в сторону и словно подобрался.
– Так. И что там?
– Вот… – Арина передала ему телефон с открытым на экране списком ссылок на найденные объявления о поисках девочек. – Посмотрите их, прямо по порядку. И вы всё поймёте.
– Я точно пойму, Арина Васильевна? – поинтересовался Дронов, нажимая на одну из ссылок. – Спасибо, что верите в меня, но мы, опера, люди простые и…
Он замолчал. Нахмурился. Быстро открыл все ссылки, пролистал темы и пристально посмотрел на Арину.
– Я читала форум и случайно заметила, – как можно небрежнее пояснила она.
Дронов поднял брови.
– Вы хотите сказать, – медленно заговорил он, – что видите связь между этими случаями и текущей ситуацией?
Арина кивнула:
– Да, разумеется. А вы не видите? Почти один и тот же возраст, месяц, день недели – это всегда первое воскресенье мая! Да даже их внешность! Всё повторяется!
Внезапно какое‑то смутное воспоминание скользнуло по краю её сознания. Она зажмурилась, пытаясь его поймать, но недавно испытанные ощущения от прикосновения горячей мужской руки к спине почему‑то забивали всё остальное.
– Не всё, – возразил Дронов, в упор глядя на Арину. – Но кое‑что действительно повторяется. Вы.