Карина Хвостикова – Часовщик из Последнего переулка (страница 3)

Внезапно Мастер резко повернулся к стене, где висели календарные часы, отсчитывающие дни до Нового года. Стрелка с мягким щелчком перевелась на одно деление вперед.

– До боя курантов осталось совсем мало времени, Лира. Анаморф не просто вредит. Он готовит что-то грандиозное. Каждый такой «шов» – не просто украденное воспоминание. Это… точка привязки. Гвоздь, вбитый в ткань реальности. Если вбить достаточное количество таких гвоздей и натянуть между ними нити…

– Можно создать клетку, – с ужасом закончила Лира.

– Хуже, – мрачно сказал Мастер. – Можно переписать правила. Он хочет остановить Новый год. Остановить сам ход времени, заморозив его в идеальной, по его мнению, момент – в канун, когда все еще надеются на чудо, но еще не успели испытать разочарование. Вечное «еще не». Вечное ожидание без исполнения.

Он подошел к Лире и положил руку ей на плечо. Его ладонь была теплой и твердой.

– Теперь ты понимаешь? Это не соревнование в ремесле. Это война философий. И твой дар – видеть шрамы – теперь наше главное оружие. Ты можешь находить его «гвозди». А я… я должен вспомнить, как их выдергивать.

В его глазах вспыхнула искра давно не использованной решимости. Урок был окончен. Ученичество – тоже. Начиналась охота.

3 глава. Запах старых фотографий

Воздух за пределами мастерской был густым и неподвижным, словно город затаил дыхание в ожидании бури. Снег выпал за ночь, укутав Последний переулок в неестественно безупречный, немой саван. Каждая ветка, каждый карниз были очерчены идеальным, пушистым контуром. Но для Лиры эта красота была обманчива. Ее нервы, обостренные вчерашним уроком, звенели, как натянутые струны.

Мастер дал ей задание – провести разведку. Проверить стабильность временного поля в районе Оловянного рынка, месте, где всегда кипела жизнь и накапливалось множество сильных, ярких эмоций – идеальной питательной среды для временных аномалий.

Она шла, закутавшись в шаль, но холод, который она чувствовала, был не от зимнего воздуха. Он исходил изнутри. Ее дар, тот самый, что позволял ей видеть «шрамы», теперь был настроен на поиск чего-то конкретного: неестественной гладкости, геометрической правильности, того самого «шва» Анаморфа.

Рынок был пуст. Это стало ясно еще до того, как она вышла на его площадь. Обычно сюда доносился гомон голосов, звон монет, ароматы жареных каштанов и глинтвейна. Сейчас стояла тишина. Не просто отсутствие звуков, а плотная, ватная тишина, поглощающая даже шум ее собственных шагов по снегу.

И тогда она почувствовала запах.

Сначала едва уловимый, витающий на краю сознания. Пахло пылью, припудренной одеколоном, высохшими лепестками роз и чем-то сладковато-приторным – как духи, которые давно вышли из моды и теперь хранятся в запечатанных флаконах на дне комода. Запах старых, пожелтевших фотографий. Тот самый холодный, стерильный аромат, что она уловила вчера в шраме Сони, но здесь он был в тысячи раз сильнее, окутывая всю площадь, как невидимый туман.

Лира остановилась на краю площади, и сердце ее закололо.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.