Карина Хелле – ПОГАСШИЙ МАЯК (страница 50)

— Поняла.

— Удачи, — и она покинула комнату.

Я не знала, как уснула этой ночью. Нервы гудели, мысли были далеко, а вскоре и солнце встало.

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ:

Я села в самолет с сердцем, колотящимся в груди, будто испуганная пташка, и улыбнулась служащему так широко, как только могла, пока протягивала билет. Я чувствовала себя очень важной персоной, хоть этого и не было. Но в моих действиях была загадка и бунтарство, ведь я столько наврала. И, должна признать, это восхищало.

Я позвонила Фриде в шесть тридцать утра, чтобы добавить моей лжи реализма. Если я и знала что-то об игре в заболевшего, так это то, что нам редко хватает смелости позвонить в нужное время. В ее голосе звучало подозрение, потому было сложно звучать заболевшей, но не настолько сильной, чтобы стало понятно, что я приду в понедельник. Все же она не смогла ничего поделать и сказала позвонить вечером в воскресенье и сказать, смогу ли я выйти на работу.

С родителями было чуть проще. Я оделась и приготовилась, как и всегда. Я нервничала, и мое волнение проявилось еще до утреннего кофе. Пока я забирала остатки из холодильника, мама спросила, в порядке ли я. К счастью, там была Ада, и она переключила разговор на себя, я даже ответить не успела. Я хотела ей подмигнуть, но если мама заметит, нам несдобровать.

Я быстро села на маленький самолет, летящий до аэропорта Си-Так. Полет прошел без событий, но я не могла перестать ерзать на сидении, словно дикая обезьянка. Когда мы приземлились и поехали, старичок, что сидел рядом, похлопал меня по руке и сказал:

— Все хорошо, мы в безопасности, — о, хотелось бы, чтобы это было так.

Когда пришло время выходить, я схватила сумочку и прошла по коридору к двери, гудя от волнения. Я была как персонаж из романтического фильма. Эти мысли были глупыми и девчачьими, но я не могла притворяться, что их у меня нет.

Радостно отсалютовав пилоту, я прошла в терминал и увидела Декса.

Хотелось бы сказать, что он «лишь мужчина», как я говорила себе всю неделю, но стоило увидеть его у ворот, как я поняла, что это не так.

Он прислонился беспечно к колонне, зубочистка выглядывала из его рта. Темные волосы были зачесаны вверх спереди, порез на лбу почти исчез. Он все еще добавлял немного грубости его лицу, которое сейчас выглядело свежее и моложе. Глаза его сияли, и я могла поклясться, что его ресницы стали длиннее, или изменилось что-то еще, ведь он выглядел почти мило. Даже его усы в стиле Эррола Флина было едва видно, а подбородок был гладко выбрит.

Одежда его тоже изменилась — белая рубашка с длинными рукавами и черные брюки. Он мог бы сойти за официанта, если бы не зеленая армейская ветровка, что была ему большой.

Я не могла врать. При виде Декса мое сердце превратилось в сироп, медленно растекающийся в груди. Наши взгляды пересеклись, и по мне словно попал луч гормонов, меня потянуло к нему. Хорошо еще, что это притяжение прекратилось, когда я казалась достаточно близко к нему.

— Привет, — сказала я, голос дрожал, и это мне не понравилось.

Он вытащил зубочистку и бросил на пол перед женщиной, и она одарила его мрачным взглядом. Он ухмыльнулся ей в ответ и вскинул с намеком брови. Он повернулся ко мне и улыбнулся.

— Ты пришла, — он был удивлен.

— Ага, — ответила я, поправляя ремешок сумки на плече, не зная, стоит его обнимать или нет.

— Ты глупее, чем я думал, — он стукнул меня по руке. — Прелесть юности.

Я не успела понять его слова, а он вытащил из кармана часы и посмотрел.

— Пора, хмм?

И он пулей пошел из терминала. Я шла за ним, начиная подумывать, что совершила ошибку. А еще мне хотелось, чтобы его куртка была короче, чтобы я лучше видела его задницу. Ага. И такого мне хотелось.

Путь по городу был долгим, мы попадали в пробки, часть дороги была перекрыта из-за ремонта. А мне не терпелось узнать, что же у него получилось.

— Сначала я думал, что все пропало, ведь многие кадры оказались черными, но со звуками. А потом понял, что если смогу спасти аудио и наложить на другие части, то это добавит эффектности. А если я еще и получу твой голос на фоне, то можно будет заполнить пустоты.

Я смотрела, как Декс говорит о фильме, и понимала, как сильно он заботился обо всем этом, и что он знал, о чем говорит. Он видел картину целиком, а я не могла представить, как то, что мы сняли, может стать чем-то хоть отдаленно интересным. Если бы я могла своей камерой снять Старого Родди, был бы совсем другой разговор. Но Декс был уверен, что в его руках нечто потрясающее, хоть я сама в этом и не верила.

Он, наверное, увидел недоверие на моем лице, потому что повернулся и сказал:

— Поверь, выглядит отлично. Нам есть с чем работать.

— Это тот случай, когда мне нужно просто тебе поверить, да?

— А я-то надеялся, что ты всегда мне верила, — серьезно ответил он.

Я не знала, что сказать, так что промолчала. Я выглянула в окно. Не сказать, что Дексу нельзя было доверять. Он мне жизнь спас. Но он был таким непредсказуемым, что я с трудом принимала на веру его слова. А еще он сам признал, что он — лжец, еще и с расстройством, и вообще, я хотела, чтобы он остановил машину, чтобы я забралась ему на колени и приставаниями все из него выбила. Я знала по своему опыту, что нельзя доверять парням, которых считаешь очень сексуальными.

Темный, хмурый и загадочный? Нужно быть осторожной.

И, конечно, было его слово «всегда», словно он знал, что мы будем работать вместе постоянно. И хоть я этого хотела, ответственный взрослый во мне требовал понять, во что я ввязалась. Это помешает моей работе? Сколько мне за это заплатят? Заплатят ли вообще? И зачем мне все это? Я не хотела проблем из-за этого.

Я обдумывала это остаток пути и даже в лифте, пока мы поднимались в одном из небоскребов Сиэтла. Для небольшой интернет-компании они неплохо устроились.

Мы вышли из лифта и повернули налево, а там на табличке значилось: «Shownet». Мы остановились у двери из толстого стекла.

Декс потянулся к ручке, но замер. Он посмотрел на меня.

— Ты в порядке?

Я кивнула. Я была в порядке, хотя от каждого шага к двери чувствовала все больше тревоги, пока я не начала дрожать.

— Немного нервничаю, — призналась я. — Но я всегда нервничаю. Всегда. Как бы там ни было.

— Понадеемся, что это его тронет, как меня, — сказал Декс, но тон его был не таким бодрым, как мне бы хотелось.

Мы вошли в комнату и вежливо поздоровались с секретаршей Леей, которая ответила Дексу с сияющим видом куклы барби, но с демоническим видом заговорив со мной. А я думала, что из меня секретарь не вышел. Ага, как же.

Мы прошли в маленький, но уютный зал заседаний. Странного вида кофейный автомат стоял в углу, и я пристально на него смотрела.

Декс это заметил.

— Хочешь кофе?

Он уже хотел подойти туда, но дверь распахнулась, и тощий лысый кореец с очками хипстера вошел в зал.

Декс тут же сел в кресло и махнул мне сделать так же. Лысый мужчина прошел к другому концу стеклянного стола, отодвинул со стуком кресло и склонился над столом, глядя на меня.

— Джимми, это Перри Паломино, — быстро сказал Декс.

Я хотела подать Джимми руку, но он всего лишь кивнул и сел в мягкое кресло. Если бы на его коленях сидел кот, он был бы идеальным злодеем из комиксов.

Я посмотрела на Декса в поисках поддержки. Он сжал под столом мое колено. Это было неуместно, но успокоило.

— Так это ты, — медленно сказал Джимми высоким и настороженным голосом.

— Это я, — согласилась бодро я, надеясь, что источаю очарование.

— Вообще-то я хотел уехать по делам, заработать денег, — начал он, снял очки и потер глаза. Мы с Дексом терпеливо выжидали. Он вернул очки на лицо и посмотрел мне в глаза. — И тут возникла ты.

И замолчал. И что мне говорить? Извиниться? Я не знала, куда клонит этот Джимми, но он не казался общительным.

Декс повернулся ко мне.

— Джимми просто хочет убедиться, что ты в этом участвуешь.

— Наверное, — сказала я как можно увереннее. — Но я хочу знать, в чем именно. О чем мы говорим?

— А ты умнее, чем выглядишь, — фыркнул Джимми. Я обиделась, но виду не показала. Я ощутила, что Декс рядом со мной напрягся.

Джимми вытащил из папки какие-то бумаги, посмотрел на них, но мне не дал.

— Если я решил это делать, а «если» здесь большое, потому что хоть мне и нравится, что Декс мне показал, и я уверен, что у него есть отличный вкус, я не могу быть уверенным в тебе. Но если я и дам вам обоим пропуск, надеюсь, ты понимаешь, что это не для известности и богатства. Я хочу лишь привлечь достаточно посетителей, чтобы свести концы с концами и, может, дать Дексу новую камеру.

Я посмотрела на Декса. Он был смущен и смотрел на свои ладони.

— Я зарабатываю деньги, — продолжал Джимми, — опуская стоимость. Для тебя, Перри Паломино, это значит, что оплата зависит от того, сколько часов ты вложила в проект. Одна неделя может принести много денег, другая — ничего. Так что я предлагаю не бросать твою работу баристы, или кем ты там работаешь.

— Я координатор продукции в рекламной фирме, — гордо сказала я.

— О? Так ты умнее, чем выглядишь. Что ж, это к лучшему.

Я не сдержалась и прищурилась. Я никогда не была в обществе человека, что так унижал меня, как пытался делать он.

— Перри решит сама, нужно ли ей сохранять работу, — сказал за меня Декс.