Карина Демина – Змеиная вода (страница 71)
- Мне казалось, что причина в разных жизненных целях.
- Вы иногда начинаете говорить, прям как бабушка… - Зоя бодро шагала. А вот Бекшеев не успевал.
- Погоди, - попросил он. – Не так быстро. Я быстро, к сожалению, ходить не могу.
- Да, бабушка назвала вас проклятым инвалидом, которому давно на погост пора… не подумайте, она не мне это сказала, а Толику.
А Зоя по привычке услышала. И донесла с детской непосредственностью. Или… дело не в непосредственности? А в том, что ей нужна помощь и она старается этой помощью заручиться, а заодно не допустить, чтобы Бекшеев начал бабушке симпатизировать.
И снова приходится делать вид, что он не понял намерений.
- Ниночка, - напомнил Бекшеев.
- Ах да… Ниночка… она сюда всегда бегала. Даже не так… когда мы приехали, Ниночка держалась так, будто она в доме хозяйка. И от бабушки ни на шаг не отходила. Вся прям такая заботливая… Мария Федоровна, вы не замерзли, может, шаль принести… Мария Федоровна, вам нельзя волноваться… Мария Федоровна, в саду ныне жарко… лимонад слишком холодный… кофе горячий, - это Зоя произнесла блеющим голосочком. – А бабушка и рада… искренне полагала, что Ниночка её любит и уважает. Доченькой называла… ага… только Толика подбила Надьке предложение сделать. Ниночку, когда узнала, прям перекосило всю…
- А почему так? Надежда твоей бабушке больше нравилась?
- Ничего подобного. Наоборот. Она её терпеть не могла. Надежда никогда не сюсюкалась. И мнение высказывало свое. А своего мнения в доме быть не может. Разве что у Толеньки и то, он давно уже думает так, как бабушке надо.
- Тогда почему?
- Потому что Надька старше. Как это… Только тоже Ниночку хотел, в жены. А бабушка заявила, что у них нет времени столько ждать.
- Почему?
- Не знаю. Только перед этим они с Толиком поругались. Точнее, она с ним. Даже слегла… он что-то такое сделал… правда, потом он упрекал её, что, мол, поспешила… что все оказалось не так и плохо и время есть. И вообще Надька его раздражает.
Что ж, в одном Зима оказалась права. Дети и вправду слышали больше, чем следовало.
- Скажи… - Бекшеев замолчал, раздумывая, стоит ли задавать вопрос. – А Ниночка могла знать, что у сестры появилась… привязанность…
- К Пилипке?
Зоя ничуть не удивилась.
- Что? Я его видела. Мама меня брала в ту школу. Думала отдать, но бабушка встала на дыбы, что это невозможно, что мы благородного рода… что должны учиться исключительно на дому, раз уж тут нет приличного заведения. И учителей наняла… мне хотела гувернантку, чтобы та языкам и этикету, а мама сказала, что только через её труп… так и получилось. Не смотрите так. Я не маленькая. Я многое понимаю.
- Не сомневаюсь. Значит, Ниночка была в курсе… отношений сестры.
- Ага… еще бы не в курсе… она видела, как они целовались. И об этом бабушке доложилась сразу.
Любопытная подробность.
Весьма.
И Мария Федоровна о такой малости упомянуть не удосужилась.
- Думала, наверное, что помолвку разорвут…
- А твоя бабушка не разорвала?
- Она почему-то сказала, что, может, так и лучше… хотя… чем лучше? Не понятно…
Вот и Бекшееву совершенно не понятно.
- О… - Зоя привстала на цыпочки. – Надо же… она здесь. А говорили, что в Петербурге…
- Где?
- Вон, - Зоя указала вперед. – У меня зрение хорошее… идет. В гости что ли?
Глава 31 Королевская кобра
Глава 31 Королевская кобра
Мария Федоровна смотрела на меня сверху вниз, всем видом выражая недоумение, мол, как это я вовсе оказалась в чудесном её доме и почему она вынуждена тратить время на беседу со мной. Вот только меня подобные взгляды давно уже не трогали.
- Доброго утречка, - сказала я и улыбнулась.
Улыбаться вежливо.
И приятно. Особенно, если твоя улыбка раздражает. А Марию Федоровну она раздражала. Впрочем, справедливости ради, не только улыбка, но и вся я, целиком.
- Не скажу, что рада визиту, - заявила она.
Льняной костюм. Нить жемчуга. Аккуратные серьги и уже знакомая мне брошь на лацкане жакета. Мария Федоровна выглядела изысканно и… пожалуй, у меня так никогда не получится. А ведь было время, когда я искренне полагала, что нужно вот еще немного…
Учебы.
Старания.
Желания, ведь если бы у меня было желание, я бы все смогла. А на деле… на деле каждая из нас такая, какая есть.
- Вы же сами приглашали в гости, - не удержалась я.
- Не все приглашения стоит принимать всерьез.
Очень по-светски.
- Никогда не понимала смысла всех этих игр. Есть в них что-то донельзя двуличное. Впрочем, куда мне…
- Именно, - сухо произнесла Каблукова. – И все-таки в чем цель вашего визита? И где моя внучка?
- Милая девочка… очень вежливая и воспитанная. Она решила показать Бекшееву дорогу к поместью Пестряковых.
Лицо Марии Федоровны окаменело.
- Надеюсь, вы не против?
- Я подам жалобу.
- На внучку?
- На вас… вы обманом выманили дитя из дому, утащили в лес… и ладно, от особы, подобной вам, не стоит ждать понимания.
Это точно. Особы, подобные мне, обычно на редкость непонимающими рождаются.
- Но князю следовало бы подумать о репутации девочки.
- Репутации? – ну и бред же в головах людей творится. – Вы думаете, что в обществе Бекшеева этой репутации что-то да угрожает?
- И эта ваша привычка называть его по фамилии… отвратительно!
Во мне для нее все было отвратительно.
Впрочем…
- Говорят, что Анатолий – не сын Каблукова, - сказала я, чуть отступив. Мне нужно было увидеть выражение её лица. Надо же… как закаменело.
Закостенело.
- Кто вам…
И ярость. И страх. А вот последнее явно говорит, что не все сплетни так уж далеки от истины.