Карина Демина – Спаситель (страница 30)
Они и вправду все… не овцы, скорее уж дети, оказавшиеся в родной башне, уверенные, что тут-то, под защитой, безопасно.
– Он прав, – тихо сказал Винченцо. – Мы все… слишком… доверились. И это действительно не нормально. Да, мальчик сказал, что кроме нас живых нет. Но если нет живых, это еще не значит, что здесь безопасно.
Дикарь задумался, правда ненадолго.
– Действительно… – он произнес это задумчиво. – Как… подростки. Нельзя разделятся. Хотя бы пока Джер не придет в себя. И надо бы изучить место. Кажется, я сам себе противоречу?
– Если комнаты можно объединять, надо объединить.
– Миара не обрадуется.
– Она разумная женщина. Несмотря ни на что.
Получилось довольно убедительно. Винченцо надеялся, что Миара в кои-то веки и вправду поведет себя как взрослая разумная женщина.
Но не обрадуется.
Точно.
И был прав.
Миара сидела, разглядывая пальцы. На ногах. Пальцы были длинными, разве что на левой ступне мизинец чуть изогнулся.
Да и сами ногти отливали синевой.
– Почему мне кажется, дорогой брат, что ты собираешься испортить мне настроение? – поинтересовалась она светским тоном.
– Нам надо держаться вместе, – сказал Тень и после небольшой паузы добавил. – Госпожа.
– И поэтому вы приперлись сюда?
– Пришли, – поправил Винченцо. – Мы попробуем объединить помещения…
– Я вас уже ненавижу… я только начала надеяться, что смогу немного отдохнуть. Поспать в тишине, без храпа…
– Я не храплю! – кажется, Тень даже обиделся.
– Но сопишь. Вы все сопите, ворочаетесь, бормочете, встаете, ложитесь, шевелитесь. Дышите слишком громко в конце-то концов! – рявкнула она, и Ица встрепенулась, попыталась сесть, но Миара отключила девочку щелчком пальцев. – Боги… я хочу побыть в одиночестве!
– На одиночество не слишком похоже, – Дикарь указал на спящих детишек.
– Они, в отличие от вас, тихи и не мешают…
Миара поднялась, потянулась так, что тонкая ткань облепила кожу, и вздохнула:
– Ладно. Я не дура… твой сынок где?
– Там.
– Очень… содержательно.
– Уснул. Я… запер дверь. И кое-что поставил, – Тень нахмурился. – Проклятье! Я… сейчас перенесу.
– Вдвоем, – Винченцо тоже принял решение. – Если уж решаем, что здесь недостаточно безопасно, то разумнее перемещаться парами.
– Боги, дайте мне сил… – Миара закатила глаза.
И вздохнула.
– Но если вы не найдете, как объединить эти треклятые комнаты… – донеслось в спину. – Лучше не возвращайтесь… пусть меня сожрут, но хотя бы умру выспавшись!
– Не сожрут, – буркнул Тень. – Нежить своих чувствует…
Хорошая шутка.
Главное, чтобы не услышала…
– И слух у меня отличный! Глухие целители – это нонсенс…
Мальчишка все еще спал. Свернулся калачиком на кровати, сунул ладошки под щеку и во сне улыбался. На губах пузырилась слюна, и выглядел он до того счастливым, что Тень вздохнул.
Посмотрел так… выжидающе.
– В конце концов, – сказал Винченцо, озираясь, – здесь пока тихо. Значит, ни нежити, ни иных… опасностей нет. Пусть спит. Тоже устал. К тому же восстановление все еще идет… то, что он выглядит здоровым, не значит, что он здоров.
– Спасибо, – Тень подвинул сумки к выходу. – Бесит.
– Что?
– Все. Но что дверей нет – особенно…
– Удобно. Подходишь и открывается.
– Как?
– Магия? Наука? Есть артефакты, настроенные на тонкое тело владельца. Или голос его. Кровь… тут что-то похожее. Тебя узнают и впускают.
– А если узнавать перестанут? Или вовсе впускают всех? Врагов, друзей? Нормальную дверь хотя бы завалить можно. Баррикаду поставить. Или что покрепче. Да и сама она щит. А тут? Подойдут и пальнут из арбалета в лицо…
– Кто?
– Не знаю, но… – Тень перекинул сумки.
Вздохнул.
И посмотрел на мага.
– Сумки я еще потащу, – сказал Винченцо. – А его – извини, но нет…
Тем более мальчишка давно уже вышел из того детского возраста, когда детей не зазорно носить на руках.
– Тогда я тут… посижу?
– А как же благоразумие и все такое…
Тень пожал плечами.
– Но ты же не ощущаешь опасности?
Винченцо прислушался. Он и вправду не ощущал.
Хотя…
– Погоди, – сумки он поставил на пол. – Если пойдете, сами заберете.
Заклятье было из числа не самых простых, но вполне надежных. Требовало оно не столько силы, сколько умения и полной сосредоточенности.
Да и сила…
Здесь по-прежнему с силой было тяжело. Она слушалась, но нехотя, стала вязкой, словно сироп. Но при том, несмотря на эту вязкость, так и норовила растечься.
Впрочем, Винценцо справился.
Сотворенное заклятье расползлось, растеклось, сперва нехотя, удерживая само себя в этой комнате, где Винченцо услышал биение двух сердце.
Тень.
И мальчишка. Этот даже не пошевелился, хотя всплеск силы вышел вполне ощутимым.