Карина Демина – Почти цивилизованный восток (СИ) (страница 58)
Звук не исчез. Он был. Где-то на самом краю слышимости. Драл душу, то почти исчезая, то появляясь, заставляя дрожать от непонятного страха. И холодом потянуло, не тем, что из окна, а самым что ни на есть могильным. Тем, который навевает мысли о бренности бытия.
- Тогда он играл для живых, - страх сковывал. Страх заставлял силу стучаться в виски. Надо успокоиться. Взять себя в руки. Страх – это просто страх. – Но шаман обычно играет душам. И если так… то надо…
- Боюсь, - Чарльз вытер нос, показав руку, испачканную алым. Красная, красная кровь… - Боюсь, что тут могут не понять.
- Нельзя мешать, - я потянула его к выходу. – Если прервать, духи вырвутся. Будет плохо всем.
Чарльз сделал шаг.
И еще один.
А потом мешком осел на пол. Я и подхватить-то не успела.
- Чарли? – я бросилась к мужу. И сердце оборвалось уже от настоящего ужаса. Куда там потустороннему! Чарльз дышал.
Слава всем богам и Эдди… если с моим мужем что-то случится, я эту дудку ему… что-нибудь сделаю. С ним и с дудкой.
Но Чарли дышал.
Сипло. Сквозь стиснутые зубы. И все-таки дышал. Звук завибрировал. Ощущеньице, будто шкуру живьем снимают. И Чарльз выгнулся, пальцы его заскребли по полу. А потом он сел и… его вырвало.
Твою мать!
Что происходит?!
- Чарли? – я взяла его за голову. – Чарли, ты меня видишь? Ты… тебе плохо?
Что я несу? Понятно, что плохо. Даже хреново. Но…
- Чарли…
Взгляд его метался по комнате. И… и меня он не видел. Совершенно точно. Он взмахнул рукой, дернулся, пытаясь освободиться.
- Сиди! – рявкнула я. И Чарльз, как ни странно, послушал.
А где-то там раздался топот. И голоса.
Грохот.
Кто-то пытался достучаться до Эдди. Надо сказать, чтобы подождали. Надо… Чарльз вдруг схватил меня за руки и потянулся.
- Милли…
- Я.
- Смерть. Я видел смерть.
- Чудесно. Это у тебя от несварения, - я выдала первое, что пришло в голову.
- Все умрут, Милли… все умрут… - он хихикнул, будто сказал что-то смешное, а потом стал заваливаться на бок. Твою же… нет, это я уже говорила, но повторюсь. – Он разобьет шар… и все умрут.
Чтоб вас всех!
И Эдди.
Я отпустила Чарльза. Прижала пальцы к шее, убеждаясь, что сердце бьется. И дышать он дышит. А что бледноват слегка, так бывает. Только… странно. Да, песня Эдди отзывалась в моей душе. И не скажу, что приятными ощущениям, но в обморок падать я не собиралась.
И…
Матушка вошла, как всегда, вовремя.
- Что с ним? – спросила она. – Эдди играет.
- Услышала. А… ему плохо вдруг стало. Еще стал нести, что все умрут.
Матушка подошла и опустилась рядом.
- Он дышит.
- И дышит. И сердце бьется вполне ровно. Я бы сказала, что он в глубоком обмороке, но это… это интересно, - матушка задумалась. – Знаешь, дорогая, мне нужно вызвать одного человека.
- А Чарли…
Матушка встала и поглядела этак, скептически.
- Мне кажется, что сейчас твой муж точно никуда не денется.
- Эдди…
- И он в том числе, - матушка сцепила пальцы и, оглядевшись, вздохнула. – А вот переехать нам, боюсь, придется немного раньше, чем я планировала.
Чарли открыл глаза и выдохнул.
- Что… происходит? – поинтересовался он почти нормальным голосом.
- Ничего особенного, - я шмыгнула носом. – Ты в обморок упал. А еще вот с Эдди не понятно что…
На ноги мой муж поднялся сам.
Интересно, он и вправду ничего не помнит?
Человек, ввалившийся в номер, застыл. Он приоткрыл рот, и казалось, что лицо его, весьма благообразное с виду, перекосилось. Красная шапка съехала, а красная же ливрея встопорщилась.
- Ох ты ж… - за его спиной виднелись еще двое.
Трое.
И один в форме полисмена. Он-то и смотрел на дождь завороженно. Искры же таяли в воздухе. И музыка смолкла.
Эдди слышал её эхо, но и то почти истаяло.
- В… - первым опомнился коридорный. – В нумерах строго запрещено использовать чары!
- Я не использовал, - Эдди выдохнул. Тело пело от переполнявшей его силы.
Спасибо, девочка.
И… и хорошо, что у него получилось.
- Но… - коридорный указал на остатки соляного круга и свечи, давно уже прогоревшие. – Это же очевидно!
Его голос стал тонким.
И сам он вытянулся. А потом, словно спохватившись, расправил плечи.
- Отель будет требовать компенсации.
- Все-таки он идиот, - меланхолично произнесла леди, которая, в отличие от других призраков, и не подумала исчезать. Напротив, она словно налилась цветом.
- И при всем уважении к графу… мы настоятельно рекомендуем вам покинуть…
- Что происходит? – упомянутый граф протиснулся в двери.
А за ним и Милисента.
Вместе?