Карина Демина – Кицхен отправляется служить (страница 2)

– Первая, с которой он, собственно говоря, сочетался браком буквально за месяц до всей этой истории, весьма скоро его покинула. Случился ещё один скандал, который едва не вылился в войну с родом Танар, ведь леди приходилась герцогу ат Танар племянницей.

– Но обошлось?

И странно. Род Танар гордый, если не сказать, горделивый. А тут такое оскорбление.

– Да. Танар решили, что не хотят воевать с некромантом.

– Что?!! – кубок едва не выскользнул из рук. И герцог поглядел с упрёком.

– Успокойся. Я разве не сказал? Некромантия – это родовой дар дэр Каэр.

Новость Дагласа не обрадовала. Настолько, что на карту он взглянул уже без былого огонька в глазах.

– Отчасти поэтому они и получили титул Владетелей. И право на земли. Помнишь? Как там в Кодексе? Пока не угаснет огонь дара, – герцог произнёс это с раздражением. – А он того и гляди угаснет. Смотри, всего у старика пятеро детей. Если верить Бархатной книге.

Герцог пошарил под столом и вытащил ещё бутылку, которую и протянул Дагласу.

– На, выпей вот лучше.

Отказываться Маккензи не стал. Некромант. Не то, чтобы он и вправду полагал их проклятыми, поскольку даже Святая Церковь давно уже признала, что нет никакого проклятья, а есть лишь воля Всевышнего, пусть и выраженная недоступным для человеческого разума образом. И вообще, лучше уж родные некроманты, чем танерийские богоотступники с их упорным нежеланием признать Ютланский канон и, что куда важнее, главенство Архиепископа Юта.

Но всё-таки.

Всё-таки репутация у некромантов была своеобразной.

Крайне.

И этот факт заставлял нервничать.

Маккензи пригубил вино, покатав на языке, пытаясь сосредоточиться на оттенках вкуса, но вместо бархатистого букета ощутил лишь вязкость и кислоту.

– Старший Каэр преставился в прошлом году, – продолжил его собеседник. – Однако незадолго до этого призвал поверенного, а тот засвидетельствовал, что дар не угас. Что по крайней мере один из наследников обладает нужной силой. Собственно, к нему, согласно Кодексу, и перешло право Земли и Меча.

– И кто теперь там главный?

– Кицхен дэр Каэр, – это имя хозяин произнёс на распев. – Он же единственный некромант в выводке. Опять же, если верить Бархатной книге.

Не верить Бархатной книге, в которую вносили имена всех благородных особ, причин не было. Но что-то всё-таки смущало.

Правда, Маккензи, сколь ни пытался, не мог понять, что именно.

Глава 2 В которой зреет заговор

Идеальный баланс, этанол гармонии

– И ты думаешь договориться с ним? Или просто выкупить землю?

– Родовые вотчины? – герцог поморщился. – Нет. При всём желании не получится. Я тут попробовал разузнать, тоже сперва подумывал через продажу, но шансы невелики. Каэр как убрался из столицы, так и засел в своей глуши. Про него и помнят-то исключительно из-за той истории с женитьбой. Ну и характер тоже. Но кое-что выцепил. Каэры повёрнуты на всех этих старинных обычаях. Они и в жизни, если верить слухам, руководствуются скорее Кодексом, а не законом.

– Ну, на самом деле они во многом совпадают. Но это так… – Маккензи снова замолчал, поскольку излишняя осведомлённость в вопросах права могла быть истолкована неверно. Герцог лишь отмахнулся.

– Так, да не этак. В любом случае, предлагать им расстаться с родовыми землями смысла нет.

Да и денег тоже.

И у Маккензи, поскольку жизнь младшего сына мелкопоместного барона изначально не предполагает богатств. А уж с учётом того, сколько раз отец закладывал поместье, то просить его о помощи бессмысленно. Но денег нет и у герцога. Даглас уже понял, что здесь, в столице, и герцоги бывают нищими.

Даже если делают вид, что это не так.

– Мы поступим иначе. Смотри, – из-под стола появились листы, свёрнутые трубочкой. – Выписка из Бархатной книги. Итак, в третий месяц лета у благородного Каннахо дэр Каэр появились на свет дети. Карлайл дэр Каэр дат Танар, Киньяр дэр Каэр, Киллиан дэр Каэр, Кицхен дэр Каэр и Киара-эль-Лин дэр Каэр. Чтоб… он их как щенков в помёте называл? На одну букву?

Сравнение было грубым, но самому герцогу явно понравилось. Он даже хохотнул, и Маккензи вежливо улыбнулся, показывая, что шутку оценил. Впрочем, занимало его иное.

– Постой, – Даглас перехватил листы. – Так. Карлайл понятно, он из Танаров. А у остальных матери кто?

– Вот! – герцог поднял палец. – Соображаешь. Матери не указаны, следовательно, не из родовитых. Купчихи, мещанки… поговаривали, что вовсе трактирную девку подобрал, но это как-то совсем уж.

Имена.

И даты. Действительно, дети появились на свет в один месяц.

– Сам подумай, кто из действительно благородных людей отдаст свою дочь второй или третьей женой? Это немыслимо. Но нам на руку. Значит, никто за наследством не сунется. С Танарами, как я узнавал, был оформлен развод, а ещё дополнительное соглашение. Ребенок по закону остался с отцом, соответственно, Танар не имеют на него никаких прав. Девица и вовсе, судя по приставке, альвийских корней, а те в дела людей не суются и ублюдков не жалуют.

– Странно…

– Что?

– Имена – понятно. Даты. Отметки есть, что дети одарены.

Следовательно, сила им досталась, если не некромантическая, то какая-то иная. Но почему нет конкретной информации, какая именно?

– Кодекс, – откликнулся герцог. – Кодекс уравнивает Владетелей с особами королевской крови. А те имеют право сохранять тайну дара. Думаю, он и некроманта указывать не стал, если бы Кодекс позволял. Заметь, освидетельствование проводилось.

Отметка об этом наличествовала, как и имена трёх свидетелей, в присутствии которых Кицхен дэр Каэр явил свой дар.

– Но и только.

Действительно, запись на диво краткая. Дар был явлен. Способности подтверждены. И только. Но ни слова о силе этого самого некроманта.

– Но и плевать. Не важно, кто там, от кого и когда родился. Нам нужны не они. Нам нужна она, – палец ткнул в другое имя. – Смотри. Согласно Кодексу, род считается угасающим, если в нём остался один мужчина моложе двадцати лет. И до недавнего времени Каэр подпадали под правило, но в прошлом месяце им всем исполнилось двадцать.

– И что?

– И то, что они больше не могут прятаться за Кодексом. А по закону у нас что?

– Что? – Даглас потёр лоб. Было неприятно вновь ощущать себя недостаточно сообразительным.

– То, что любой человек, благородного рождения, при наличии у оного дара, достигнув восемнадцати лет обязан поступить на военную службу. И год своей жизни отдать Короне, – герцог скривился. Воспоминания о службе, надо полагать, у него были не самые приятные.

– Точно! То есть ты хочешь…

– Услать всю эту четвёрку подальше, – он обвёл имена пальцем. – В конце концов, закон един для всех, а право на отсрочку они утратили. Так что пусть отправляются…

– В гвардию? Думаешь, тут его уговорить?

– Не думаю. Гвардия нам совершенно не нужна. Вот.

Поверх первой карты легла вторая.

– Видишь?

– Танерийский хребет?

– Именно. И вот, – палец накрыл собой кружок.

– Таут-ан-Дан? Серьёзно?

– Именно. Крепость славная, но старая, если не сказать, древняя. Не так давно комендант сменился.

– Гаррах, – Даглас кивнул. Это имя он слышал. Да и про крепость говорили, не сказать, чтобы много. Так, очередная сплетня. – Его же за растрату собираются судить, кажется?

– Не кажется. Но суда не будет, просто удалили на заслуженный покой. Родственники вовремя заступились, – ат Доннах прижал край карты кубком. – Но нам это даже на руку. Сейчас там молодой выскочка из новых баронов. Шлёт депеши, требует усиления. Вот и откликнемся. Усилим. Сразу четырьмя магами. В том числе некромантом.

Звучало солидно.

– Тем паче туда направляется и Тринадцатый Иберийский. Так что выглядеть будет всё вполне логично.

– Его ж выбили весь, – Даглас начал понимать замысел. И тот ему не нравился.