Карина Демина – Кицхен отправляется служить (страница 4)
Ладно, жениться ему всё одно надо, он и приглядывался, честно говоря, но не так это и легко, найти невесту с приданым, если у самого за душой ни гроша.
Может, что-то и выйдет.
Да и… в конце концов, он ведь не собирается обижать девицу, красивая она там или не особо. И уж тем более он не из тех, кто со спокойной душой обменяет жену на королевские милости. Об этом и думать мерзко.
– Киара, – произнёс он имя, привыкая. – Киара Маккензи…
Неплохо звучало.
А если всё и вправду получится, то… впрочем, об этом думать пока было рано.
– Не боишься, что обману? Женюсь на девице, найду камни, – Даглас сказал именно то, что должен был. И герцог ответил улыбкой:
– Что ты, как я могу усомниться в моём дорогом друге…
Прозвучало с искренним возмущением.
Вот как у них тут выходит? Будь Даглас понаивней, он бы поверил и в улыбку, и в возмущение.
– Однако, надеюсь, мы оба понимаем, что такой союз… нуждается в определённых гарантиях.
– Конечно, – согласился Даглас. – Клятва?
– Приятно иметь дело с разумным человеком. Даглас, ты не поверишь, как тяжело в столице найти кого-то, кто способен думать… – герцог перевернул кубок и встряхнул. Остатки вина алыми каплями разлетелись по карте. Клинок поднял с пола, вытер о сюртук и первым вспорол руку. Алая капля упала на дно кубка.
– У меня свой, – Даглас воспользовался ножом, пусть не таким роскошным, как этот, увитый серебряной лозой, но куда более надёжным.
Во всяком случае этот точно не смазывали хитрым ядом.
И проклятье не цепляли.
В теории.
Герцог понимающе усмехнулся.
– Взрослеешь. Учишься… это хорошо. Очень хорошо. Мне нужны не просто верные люди. Мне нужны сильные и умные верные люди…
Кровь смешалась с кровью. И вспыхнула, принимая искры силы. И снова Даглас ощутил, насколько он, дома гордившийся своим даром, слаб по сравнению с истинным аристократом. Но для клятвы хватило бы и малости.
И хватило.
Герцог первым заговорил, а Дагласу оставалось повторять слова. Стандартные. Союз. Верность. И с каждым произнесённым становилось жарче.
Сила откликалась.
Сила принимала. И сила запоминала сказанное. Она же не позволит обмануть.
Старик ат Доннах не просто так молчал столько лет.
– Вот теперь совсем хорошо, – герцог лизнул кончик серебряного клинка. – Теперь мы друг с другом связаны, Даглас Маккензи… до самой смерти.
Прозвучало обещанием.
– Надеюсь, она не скоро ещё разлучит нас, – Даглас сумел изобразить улыбку. Пусть и получилось не так хорошо, как у герцога. Но тот рассмеялся.
– О да, мой друг… о да… на эту жизнь у меня большие планы. И поверь, тебе в них отведено весьма важное место.
Почему-то это не обрадовало.
– А если… – он попытался заглушить голос, нашептывавший, что именно сейчас, ввязавшись в эту историю, Даглас совершил самую большую ошибку в своей жизни. – А если они справятся? Всё-таки маги… четыре мага – это сила.
– Это сила, когда сила, – герцог подкинул на ладони мешочек. – Эти же… говорю, я пытался узнать хоть что-то. Но о них вообще ничего не известно. В имперской школе они не обучались, про университет и говорить нечего. Никто из них даже не пытался поступить. А почему? А потому, что сила та существует исключительно номинально. Так что не волнуйся, друг мой. План надёжный. Главное, девицу не упусти.
Глава 3 Повествующая о некоторой специфике провинциального бытия и отношениях между соседями
Моей мечтой было оказаться на святом балу. Передвигать конечности в счёт музыке.
Истошный свиной визг, раздавшийся где-то совсем рядом, разрушил мой такой замечательный полный покоя сон.
– Сволочи, – сказала я, хотя вряд ли могла быть услышана, и перевернулась на другой бок. И голову сунула под пуховую подушку, для надёжности придавив её рукой.
Бесполезно.
Визг раздался снова. И было в нём что-то такое, насмешливое, издевательское даже.
– Киц! – в окно что-то бахнуло. – Вставай! У нас тут…
Свинья.
У них там свинья. Снова. Стекло, приняв удар, зазвенело, но выдержало. Папенька ещё при жизни все окна заменил на зачарованные. Дорого, конечно, стало, но с учётом специфики нашего семейства окупилось.
Поэтому я лишь покрепче зажмурилась, заставив себя считать до десяти. Сейчас свинью прогонят, во дворе воцарится тишина, и я усну…
– Киц! – дверь с грохотом ударилась о стену. – Там… там такое!
– Опять? – я приподняла подушку, очень надеясь, что вопроса хватит, дабы выразить всю глубину моих чувств, равно как и моё желание вступать в диалог.
– Ага! – сказал братец и подушку отобрал. – Ты нам нужна!
– Я спать хочу!
Нет, я знала, что Киньяр не отстанет, но попытаться всё-таки стоило.
– Не время для сна, – произнёс Кин с обычной своей мрачной патетикой. – Враг на пороге!
– Это свинья.
– Это совершенно точно враждебно настроенная свинья, – мне протянули халат. – Она хитра. Изворотлива. Он. Потому что формально это кабан. Но всё равно половая его принадлежность не отменяет факта агрессивного поведения…
– Кин.
– Что?
– Я тебе говорила, что ты зануда?
– Сегодня ещё нет.
– Тогда считай, что да.
Тапочек обнаружился под кроватью. Один. И почему-то пожёванный. Странно, потому что собак в доме не было, и вообще никого, кто посмел бы жевать мои тапки. А нет, точно. Это грыхл кладбищенский, которого я вчера притащила в лабораторию, а он сбежал.
Почти.
Грыхла я в конечном итоге отыскала, но тапки пали в неравном бою с нежитью. Жалко. И пол холодный. И желание вернуться в постель, которая в отличие от пола, была тёплой, лишь крепнет с каждою секундой.
– Твой задумчивый вид заставляет меня предположить, что ты не рада пробуждению.
– Такому – нет, – я потрогала пол стопой. – А ты…
– Мама запретила пользоваться огнём в доме, – сказал Киньяр.
И правильно. Это я спросонья просто.
– Но увидев в коридоре твой тапочек, я закономерно предположил, что и второй может быть испорчен. А отсутствие обуви сделает невозможным твоё присутствие во дворе. Поэтому я взял на себя смелость одолжить тебе сапоги, – он продемонстрировал пару роскошных белоснежных ботфортов, украшенных шитьём и крохотными бантиками. В центре каждого бантика блестел камушек.
Вся эта красота сияла и переливалась.