Карина Демина – Громов: Хозяин теней – 8 (страница 11)
– А вот ни о чём таком, о чём ты бы хотел знать, я не слышал. Если и были какие-то организации, то, в отличие от нас идиотов, действительно тайные.
Жаль.
И Тимоха уловил мой настрой.
– Ничего. И тайные раскопаем, – он потянулся, расправляя плечи. – Раскопаем и найдём того урода, с которого я за деда спрошу. И за всё прочее тоже…
Спокойно так сказал.
Только нехорошо. У меня вон по спине мурашки пробежали.
Глава 5
Всё те же, всё то же…
Шувалов, который бережно несёт покойную девицу. Сейчас она завёрнута в мягкий плед, из-под которого выглядывает атласный подол платья.
Купили, стало быть.
И когда плед соскользнул, стала видна и туфелька, в цвет платья и расшитая камушками. Красивая, пожалуй. Только от этой красоты ком подкатил к горлу.
Димка шёл за отцом, в чёрном костюме, строгий, серьёзный с этим своим аристократически-одухотворённым выражением лица. И нос ещё задрал, надо полагать, для пущей важности. В руках Димка нёс солидного размера кофр. Ну а сзади за ним, прикрытый попонкой, вышагивал зверь. Честно, если б в сумерках, может, и сошёл бы за дога там или мастифа, но посеред дня чёрная попона выгодно контрастировала с костяной белизной.
На нас Зевс и не посмотрел, а вот на соседку, голова которой показалась над забором, уставился с немалым интересом.
– Божечки! – женский вопль пронёсся по округе. – А мамочки мои родные…
– Спокойно! – Карп Евстратович сделал шаг к забору. – Проводится операция!
Договорить он не успел.
Громко хлопнула дверь, и стало опять тихо.
– А мама предлагает ему сшить маску, чтоб морду прикрывала. И комбинезончик… – произнёс Димка задумчиво. – Я думал, будет глупо, но, кажется, надо бы.
Зевс вздохнул.
Вот сдаётся мне, что и эта скотина понимает куда больше, чем принято думать.
– Занятная у тебя животина, – сказал Тимоха, наклоняясь. – Я, конечно, слышал, но как-то поменьше его представлял.
– Просто я пока не рискну оставить его одного, – Димка похлопал по загривку. – Но он спокойный. Послушный.
– И находится под полным ментальным контролем, – добавил Шувалов-старший, явно принюхиваясь. – Извините… тут запах такой. Своеобразный. Взрывали что?
– На той стороне, – Мишка выбрался из той же машины, из которой вышел Карп Евстратович. И я даже не узнал братца, настолько изменил его этот серый в тонкую полоску костюм. И котелок, и тросточка. А говорят, что не одежда красит человека.
Ещё как красит.
Теперь его точно не приняли бы за мастерового.
– Что ж, – Тимоха поглядел на меня и взгляд был тяжёлым. – Я, конечно, не слишком рад, но понимаю необходимость проведения обряда. Хотя предпочёл бы обойтись своими силами.
Это он про меня?
Э нет, я такое не пропущу.
– Боюсь, ваша сила пока под вопросом, – откликнулся Шувалов с очаровательной улыбкой. – А без помощи того, кто не единожды показывал свои… способности, скажем так, я не рискну работать. И так во многом будем полагаться на удачу.
Последним из машины выбрался Николя.
И тоже с кофром, который Мишка хотел забрать, но целитель покачал головой. С прошлой нашей встречи он ещё сильнее осунулся и похудел. Костюм сделался ему велик, и потому выглядел Николя несколько несуразно. Вот только никто и не подумал улыбаться.
– Я бы вообще предпочёл отложить всё на недели две-три, – произнёс он сухо. – Вы, Карп Евстратович, далеко не в лучшем состоянии. Да и я сам…
– Времени мало, – Карп Евстратович вытащил часы, будто именно они показывали то самое, уходящее время. – Да что там, его почти и не осталось уже.
Тик-так.
– Что ж, тогда не будем затягивать…
– Ироды! – дверь приоткрылась, но соседка так и не посмела выглянуть. – Язычники!
Странно, что Михаил Иванович не счёл нужным явиться. Хотя у него там свои дела, свои вопросы. И свои сложности, надо полагать.
В подвале всё так же воняло. И ёкнуло сердце, когда я приложил раскровавленную ладонь к стене. Откроется или нет? А вдруг механизм сломался? Или те, кто приходил к Мишке, сломали его? Потом уже, позже? Что мешало им вернуться и…
Снова запах.
Смесь гари, тлена и иного мира.
И лампа под потолком вспыхивает. Свет заполняет комнату, которая казалась довольно просторной, но не для такого количества людей.
Я потянул Метельку, и мы отошли в сторону, позволяя осмотреться.
Мишка встал рядом.
– Как ты? – тихо спросил я. – Вижу, имидж сменил.
– Что?
– Одежду. Внешность.
– А… да… и документы тоже.
– И кто ты теперь?
– Михаил Иванович Айты. Это тайное имя матушки. Его даёт шаман, когда дитя входит в возраст. До того имени нет, есть лишь прозвище. Пока нет имени, дети как бы не живут, а значит, и для злых духов они не интересны, зато духи рода могут их защищать. А вот позже, потом уже, шаман уводит дитя в горы и даёт ему первое, тайное, имя. И оно известно лишь самым близким. Это имя связано с душой.
Красиво.
И верю, что действительно связано.
– Для всех есть и второе. А когда она вошла в род Воротынцевых, то взяла и третье. Но эти имена – просто слова. А то… я подумал, что будет правильно.
– Необычно, но да. Правильно. И звучит. Род Айты.
– До этого ещё далеко, – Мишка скрестил руки на груди.
– Но возможно?
– Да. Сейчас служба и вправду открывает возможности. Но…
И закрыться они могут, если Государь вдруг передумает идти в светлое будущее. Или не передумает, а, скажем, погибнет.
Может такое случится?
Может.
Ещё как может, потому отчасти мы и тут.
– И как служба?
– Пока не разобрался, слишком много всего. И я присматриваюсь, и ко мне, но точно интересней, чем в мастерской. В мастерской некромантические обряды не проводят.